Вам нужно отвлечься. - продолжал Уэбстер, - чтобы не зацикливаться на этом перне. На мой взгляд, мистер Кит мог бы вам помочь, но если вам этого не хочется, как насчёт того, чтобы найти интересную работу и отвлечься?

У меня есть работа, - вздохнула она. - Я работаю у кузин Мишель и Перл.

Уэбстер был шокирован. А Джулия смотрела на него широко раскрытыми глазами с невинным, как котёнок, видом. Вот неожиданный поворот в истории Золушки: уродливые сёстры, неудовлетворившись тем, что она сидит дома среди золы и тряпок, эксплуатируют её и для себя.

Ему не верилось, что Джулию нельзя спасти. Девушку ещё не успели испортить окружающие взрослые, она просто свернула с узкого тернистого пути на ту усыпанную розами дорогу, куда её заманивали родственники. Значит нужно постараться вернуть её на прежнюю дорогу.

В своё время он спас пару заблудших душ...

Мисс Джулия, - объявил Уэбстер, - постыдитесь!

Это почему? - поинтересовалась она, даже не покраснев.

Как это почему?! У вас хватает совести смотреть мне в глаза и говорить о своей работе?

Конечно, хватает. Работа не такая уж важная, но вдвоём они просто не справляются. Когда меня попросили, я с радостью согласилась. В конце концов, примерно тем же я занималась дома.

А чем вы занимались дома?! Что это за способ зарабатывать?

Сейчас я зарабатываю совсем немного, ведь я только учусь. Стараюсь брать пример с Перл и Мишель. В городе всё иначе. Послушайте, Уэбстер, если вы, как и дядя, считаете, что я не должна на них работать, можете оставить своё мнение при себе. От него я наслушалась уже достаточно.

Когда речь зашла о столь простом предмете, девушка явно разволновалась. Очевидно, Аттербери пытался внушить ей прописные истины. И Уэбстер впервые почувствовал симпатию к таинственному хозяину.

Слушайтесь дядю, - посоветовал он. - Он заботится о ваших интересах.

Я так не думаю. "Работай где-нибудь на крупной фирме", - вот что он мне твердит.

Акции Аттербери резко упали. Теперь Уэбстер мечтал, в очередной раз убирая спальню, подложить ему в постель мышеловку. А племянница продолжала цитировать:

"Там больше чаевые, и дают чаще", - говорит он. Но думал ли он когда-нибудь, каково мне будет в крупной фирме? Я там пропаду. Мне нужен опыт, я пока слишком скромная.

Скромная? - негодующе фыркнул Уэбстер.

Рядом с Мишель и Перл мне кажется, что я на своём месте, но в большой фирме мне так не покажется. Если одна из них выйдет замуж, я смогу стать партнёром, у меня есть некоторые идеи, как привлечь больше клиентов. Дома я обслуживала всего несколько посетителей, но здесь...

Казалось, эта мысль лишила её дара речи.

Уэбстер тоже не находил слов. Никогда ещё его так не подводило умение распознавать людей с первого взгляда. Он выхватил у Джулии чашку с блюдцем и принялся мыть их горячей водой; поддайся он порыву, тут же хватил бы их об стену. Не может человек так чудно выглядеть и быть таким испорченным.

Мисс Аттербери, - теперь он уже не называл её "мисс Джулия", а принялся увещевать самым наставительным тоном. - Когда-нибудь вы осознаете свои ошибки. Надеюсь и молю Бога, что это не случится слишком поздно.

Как это - слишком поздно? Я молода, я могу пойти в колледж и не набираться опыта по крохам за бесплатно. Если захочу, могу прямо сейчас уехать домой и открыть свою чайную.

Чайную? - это было уж слишком.

Эх вы, мужчины! - воскликнула девушка. - Вечно считаете, что закусочная - это что-то смешное. Вы даже это слово произносите, как оскорбление. А знаете ли вы, что некоторые сети ресторанов начинались с того, что девушка открывала чайную? Что тут смешного?

Уэбстер был не в состоянии ответить. Он просто не смог сдержать смех. По щекам текли слёзы, когда он видел лицо Джулии: как у ребёнка, которого мальчишки дразнят за то, что он играет в куклы.

Должно быть, Мишель и Перл держат чайную как прикрытие, и это дитя не догадывается, чем они промышляют на стороне.

Вам бы это не казалось таким смешным, - продолжала Джулия, - если бы Мишель оценили по заслугам. Она прирождённый кулинар. Вы пробовали вчера вечром её божественные пироги?

Нет, мисс, но, должно быть, они в самом деле были хороши, если гости съели всё до последней крошки.

Всё было изумительно. Просто нет слов. Девочки от таких вещей без ума - девочки из "Присцилла Олден Клаб", где я живу, на улице рядом с чайной. Такое удобное место - но они вечно сидят на диете, а это губит все дело. В прошлом месяце мы не набрали бы даже на аренду, если бы не дополнительные заработки.

Какие, мисс?

Мы принимаем сообщения. Некоторые девочки из клуба считают, что телефонистки слишком любопытны, и потому просят своих парней передавать сообщения нам. Мы записываем, где они должны встретиться и во сколько. А Мишель потом собирает плату - по количеству обращений.

Уэбстер поспешил налить себе стакан воды, чтобы не стоять с глупо разинутым ртом. Кузины работали оптом и в розницу. Занимались выпечкой, оставляя Золушку в неведении относительно того, что делалось у неё за спиной.

Присцилла Олден, должно быть, перевернулась от всего этого в гробу.

Глава 10

Во втором часу дня зазвонил телефон. Уэбстер находился в другом конце квартиры, и судя по той скорости, с которой он мчался к аппарату, старик вполне мог выйти из четырех минут в забеге на милю. Звонок был первым признаком того, что хоть кто-то на свете интересовался мистером Аттербери.

Квартира мистера Аттербери, - выдохнул он.

Мистера Какого-бери? - последовал разочаровывающий ответ. - Я, наверное, ошибся. Звонившй и не думал извиниться; казалось, он даже рассердился, что Уэбстер ответил на звонок.

Когда трубку повесили, Уэбстер позвонил своему дворнику, чтобы узнать, что нового в его домах. Возникли некоторые проблемы; когда они были решены, телефон зазвонил снова.

Прежде чем Уэбстер успел ответить, раздался мужской голос:

С кем это вы болтаете?

Это был тот же голос.

- Я пытаюсь дозвониться больше десяти минут.

Уэбстер вежливо кашлянул и поправил:

Вы пытаетесь дозвониться не мне. Это опять не тот номер.

Не может быть! Я чётко нажимаю каждую кнопку, я тренировался двадцать раз, пока линия была занята.

Тем не менее... - начал Уэбстер. Но ему не дали закончить.

Чей это номер, вы сказали? - В голосе было что-то знакомое, он был молодым, но старался звучать солидно. Где же Уэбстер мог его недавно слышать?

Это квартира мистера Аттербери.

Надо же. Она клялась, что будет там после полудня... Подлая лгунья. Написала на бумажке номер и сунула его мне прошлым вечером. Это ведь Бингэм 8-9552, так?

Не знаю, сэр.

Как это не знаете?

Не имею представления.

Вы же стоите у телефона, так чего морочить голову?

Последовала тирада, которую Уэбстер прервал, отключив телефон. Вполне возможно, что номер действительно был Бингэм 8-9552, и одна из племянниц могла попросить этого джентльмена позвонить ей сюда. Но раз в доме никого не было, Уэбстер не собирался тратить время на такие пустяки.

Не удивительно, что голос показался знакомым. Он слышал его прошлым вечером из уст темноволосого гостя. Должно быть, Мишель или Перл потихоньку сунули тому бумажку с номером. Вряд ли это могла сделать Джулия.

Кто бы это ни был, лучше уточнить. Интересно, что они ответят. А сейчас надо сбегать за дневной почтой, посмотреть, нет ли новостей про Стеллу, и поскорее вернуться.

Он позволил себе задержаться в магазине канцелярских товаров и позвонил оттуда по доброму старому номеру Бингэм 8... - и так далее. Телефон отключён от розетки. Что он услышит - длинные гудки, не слышные в квартире, или телефонистку, которая скажет, что линия не отвечает?

Ему всегда было интересно, как работает автоматика. Раньше "центральная", как представлялись эти девушки, была бы очень озабочена, что он не может дозвониться; казалось, не будь она так занята, примчалась бы на помощь.