Банды тем временем наконец-то сошлись, главари сказали друг другу что-то остроумно-оскорбительное (с их точки зрения) - и началось…
Вирда за его остроту тут же пырнули ножом в бок, но тот, к счастью, успел предугадать быстрое (но не молниеносное: я бы увернулась) движение противника, чуть отклонившись и подставив под удар руку, защищенную курткой. Ровная, тонкая полоса разрезанной ткани тут же обагрилась кровью, правда, судя по сохранившейся резвости его движений, рана была несерьезной.
Впрочем, уже этого мне хватило, чтобы понять: шутить здесь никто не собирается.
Хмель мигом повылетел из голов, ребята хмуро скучковались и пошли в атаку. Один "кожаный" согнулся пополам, получив ногой ниже пояса (ботинки с тяжелой подошвой - неплохая замена острым шпилькам), второй с шипением и руганью отступил, зажав руками живот. Хотя и в наших рядах не обошлось без потерь: Вирд, орудуя только одной рукой, с трудом отбивался от насевших на него противников, в Кидранна полетел нож и, недоуменно брякнув, отскочил от невидимой простым взглядом кольчуги. Сам Кирн ещё несколько минут упрямо разглядывал плечо, силясь узреть там застрявший клинок.
Похоже, пора бы и мне вмешаться.
Второго "кожаного" я сняла тихо и осторожно: никто и не заметил, как он, задев ногой невидимую энергетическую ниточку, осел на землю без сознания. Дальше пошло хуже: пришлось бросить на Кирна дополнительный щит, ибо этот олух теперь, обнаружив радостное свойство своего организма: невосприимчивость к колюще-режущим предметам, кидался под все ножи без разбору!
И тут меня заметили…
"Кожаные", не наши: нашим было не до того, чтобы смотреть, кто там на крышах сидит, а вот лучник заинтересовался скромной особой, косящей его собратьев за здорово живешь.
– Ну, ехидна… - премерзко ухмыльнулся он, натягивая двумя пальцами тетиву.
– Приятно попрощаться, - согласно фыркнула я, уворачиваясь сразу от двух стальных птичек, чирикнувших над грудью и под головой (по какой дуге выгнулось тело, даже представить себе не могу).
Лучник оскорблённо вспыхнул, полез в колчан, но - поздно: белесая искра обездвиживания, каплей воды сорвавшись с моих небрежных пальцев, настигла его быстрее, чем он сообразил, что такое вообще творится.
Между тем Вирд справился ещё с одним противником, а единственный оставшийся логично рассудил, что лучше уж он отнесет скорбную весть родственникам и близким павших в неравном бою - и драпанул куда глаза глядят.
Победа была за нами!!!!! Правда, о моем незначительном участии никто из прочих победителей не подозревал. Обидно, но… Наступим на горло мании величия…
"Великие люди должны быть скромными!" - как всегда не ко времени высунулся мой голос разума.
Молчал бы уж! Великий и скромный!
"Ха! Да ты б меня тогда уже забила!"
Вот именно! Так что сиди и не вякай!
"Угу, си..дю. Давай лучше поговорим о другом"
О чем, о другом?
"Ну, например, о том маге, которого ты встретила в таверне…"
С чего это мы с тобой должны о нем говорить?!!
"Ну, вдруг ты решишь поделиться сердечными терзаниями…" - издевательски промурлыкал он, словно кот.
Иди ты в…!!!
"Мне и дотуда недалеко…"
…Пока я препиралась с самой собой, Вирд увел своих подопечных. То ли по домам разошлись, то ли опять пьянствовать - благо, повод теперь есть.
Что ж, пора бы и мне уже слезать с этой осточертевшей крыши! А то там что-то в доме подозрительно шумят…
Слезть я не успела.
Из двери выскочил всклокоченный мужик с вилами наперевес, одной рукой держащий орудие защиты и нападения, второй отмахивающийся от выглядывающей из-за приоткрытой двери жены, а третьей придерживающий спадывающие штаны. Ей-ей, вид у него был до того эпатажный, что я бы расхохоталась… если бы не выглядела ещё смешнее.
Стоит на крыше девка. Растрепанная, разрез на юбке до середины бедра развевается, шпильки по черепице скрипят, искры высекают. Страх, да и только!
– Ты чаво туда залезла?!!!!!!!!
– Я… эээ… да вот, - "поведьмачить чуток решила" - так и лезло на язык, но, увы, учитывая название переулка, шутить с такими вещами не стоило. - Да я на спор! Пообещала на вашу крышу залезть! Спорили с одним недотепой, что он и трех шагов не пройдет по "высотке", а он - надо ж, гад какой! - четыре прошел! Вот и пришлось… Да вы не беспокойтесь, я ничего не поломала!
…Забор не в счет - он от старости прогнил…
Мужик смерил меня КРАЙНЕ недоверчивым взглядом ("смотри, девка: я тебя запомнил!") и решительно заорал:
– Так слезай, дура! Или ты ещё и петухом там орать на рассвете подрядилась?!!!
Я легко оттолкнулась и по-кошачьи мягко приземлилась на землю рядом с остолбеневшим от такого финта мужиком. Второй шов на юбке треснул, не выдержав тягот нынешней ночи.
– Спокойной ночи, - страстно выдохнула я в лицо виловооруженному представителю местного населения и растворилась в ночи.
– Чаво уставился, будто девок сроду не видал?! - тут же заорала на него жена, невесть когда успевшая найти скалку. - А ну шагай домой!
– Ага, - потерянно откликнулся мужик, с сожалением вздыхая и заходя в избу. Звук скалки, отскочившей ото лба забывшегося мужичка, перепутать нельзя было ни с чем…
Я устало привалилась к плетню соседнего огородика (предыдущий и так изрядно от меня пострадал!). Ну и денек выдался! Вроде бы все по мелочам, по мелочам, а усталость и раздражение копятся, чтобы вечером накинуться на тебя голодным волкодлаком и разодрать в клочья.
Я тяжело вздохнула, отрываясь от полюбившегося заборчика. Зеленоглазый кот у обочины сочувственно мяукнул вслед.
Кидранн не помнил, где они опять пили, да и что (судя по звенящей голове - какую-то дрянь), и сколько (опираясь на тот же факт - ОЧЕНЬ МНОГО) пили, тоже, собственно, не помнил. Но к дому ноги машинально принесли.
Привычно споткнувшись о порог, он уже выставил было руки вперед, чтобы смягчить удар о пол, когда вдруг понял… что не падает. Подозрительно… И уже не в первый, между прочим, раз!
Лестница жалобно заскрипела под тяжелыми ботинками, седьмая чуть подгнившая, продавленная ступенька совсем прогнулась, грозя переломиться пополам. Давно уже надо бы починить, да вот никак руки не дойдут. А у дяди просить денег на плотника неудобно…