ПОЗИТИВНОЕ ОДИНОЧЕСТВО
...Люди думают, что, когда им одиноко, им должно быть грустно. Это просто неправильная ассоциация, неправильное истолкование, потому что всё, что красиво, всегда происходит в одиночестве; ничто никогда не происходит в толпе. Ничто от запредельного не происходит, иначе как в абсолютном уединении, одиночестве.
Но экстравертный ум создал всеобщую обусловленность, — которая проникла очень глубоко, — что, когда вы одиноки, вам должно быть плохо. Двигайтесь, встречайтесь с людьми, потому что всё счастье — с людьми.
Это не правда. Счастье, происходящее оттого, что вы с людьми, очень поверхностно, а счастье, происходящее, когда вы одни, безмерно глубоко. Радуйтесь ему. Само слово «одиноко» вызывает в вас определённую грусть. Не говорите негативно, что вам «одиноко», скажите позитивно, что вы в «одиночестве»; называйте это словом «уединение», не называйте это словом «изоляция». Неправильные названия могут создать проблемы. Называйте это медитативным состоянием — это так и есть, и когда это происходит — наслаждайтесь.
Пойте, танцуйте или просто сядьте лицом к стене и ждите, чтобы что-то произошло. Сделайте это ожиданием, и вскоре вы узнаете другое качество.
Это совершенно не грусть. Как только вы испытали саму глубину позитивного одиночества, все отношения кажутся поверхностными. Даже любовь не может двигаться так же глубоко, как позитивное одиночество, потому что в любви присутствует другой, а само присутствие другого удерживает вас ближе к периферии, к окружности. Когда никого нет, и нет даже мысли ни о ком другом, и вы в настоящем позитивном одиночестве, вы начинаете погружаться в себя и тонете в себе. Не бойтесь. Поначалу это будет выглядеть как смерть, и вас окружит мрак, вас окружит грусть, потому что вы всегда знали счастье с людьми, в отношениях. Просто обождите немного, пусть погружение станет глубже, и вы увидите, что возникает молчание, возникает тишина, в которой есть танец... неподвижное движение внутри. Ничто не движется, и всё же всё невероятно быстро — пусто, но всё же наполненно. Парадоксы встречаются, и противоречия рассеиваются.
Сидите в молчании, без напряжения, но с бдительностью, потому что вы ждёте: что-то вот-вот случится. Просто сидите лицом к стене. Стена — это прекрасно. Двигаться некуда — не на что смотреть, есть только стена. Идти некуда. Пусть не будет даже картины; пусть стена будет голой. Когда видеть нечего, мало-помалу ваш интерес к видению исчезает. Сидите лицом к стене, пустой и простой, и параллельно такие же пустота и простота возникнут в вас. Параллельно стене возникает ещё одна стена — стена не-мысли.
Оставайтесь открытым и радуйтесь. Улыбайтесь, или иногда напевайте мелодию, или покачивайтесь. Иногда вы можете танцевать, но продолжайте обращаться лицом к стене; пусть она будет для вас объектом медитации.
Рано или поздно человеку приходится прийти к согласию с ощущением, что ему одиноко. Как только вы сталкиваетесь с этим чувством лицом к лицу, оно меняет свой цвет, своё качество. Его вкус становится совершенно другим. Оно становится позитивным чувством одиночества. Тогда это не изоляция, это уединение. Изоляция подразумевает страдание; уединение означает расширение, блаженство.
8. СВЯЗЬ МЕЖДУ ТЕЛОМ И УМОМ
Обретение гармонии и целостности.
ДИАГНОЗ
...Однажды Мулла Насреддин давал показания в суде. Он заметил, что всё, что бы он ни сказал, записывает судебный стенограф. По мере продолжения рассказа он говорил всё быстрее и быстрее. В конце концов, стенографу удавалось за ним поспевать лишь ценой лихорадочных усилий. Внезапно Мулла сказал:
— Боже мой! Не пишите же так быстро. Я за вами не успеваю!
Я никогда не смотрю на часы. Но я научился понимать своё тело. Я научился чувствовать его потребности. Я научился многому, слушая его. И если вы тоже будете слушать тело и будете к нему внимательны, то начнёте приобретать дисциплину, которую нельзя назвать дисциплиной. Я её себе никогда не навязывал. Я пробовал в жизни всевозможные вещи. Я постоянно экспериментировал, просто чтобы почувствовать, что в совершенстве подходит моему телу. Когда-то я вставал рано, в три часа утра. Затем в четыре часа, затем в пять часов. Теперь я уже много лет встаю в шесть часов. Мало-помалу я заметил, что это подходит моему телу. Человек должен быть очень чувствительным.
Сейчас физиологи говорят, что тело каждого человека, пока он спит, на два часа теряет нормальную температуру; температура падает на два градуса. Это может происходить между тремя и пятью часами, между двумя и четырьмя или четырьмя и шестью, но каждую ночь температура тела каждого человека падает на два градуса. И эти два часа — время самого глубокого сна. Если в эти два часа вы встанете, целый день вы будете чувствовать себя потерявшими ориентацию. Может быть, вы проспали шесть или семь часов; это не имеет значения. Если вы встали в тот промежуток времени, когда температура была низкой, целый день вы будете усталыми, сонными, зевающими. И вы почувствуете, что чего-то не хватает. Вы будете более беспокойными, тело будет чувствовать себя нездоровым.
Если вы встанете сразу после этих двух часов, как только эти два часа истекут, — это правильный момент, чтобы встать. Тогда вы совершенно свежи. Если вы смогли проспать только два часа, даже этого будет достаточно. Шесть, семь, восемь часов сна не нужны. Если вы спите только те два часа, когда температура становится на два градуса ниже, вы будете себя чувствовать вполне хорошо, в порядке. Целый день вы будете чувствовать изящество, молчание, здоровье, целостность, хорошее самочувствие.
Каждый должен наблюдать, когда именно случаются эти два часа. Не следуйте никакой навязанной извне дисциплине, потому что эта дисциплина может быть хороша для человека, который её создал... Какой-то йог встаёт в три часа утра — наверное, это хорошо ему подходит, но все его последователи встают в три часа утра и целый день чувствуют себя нехорошо. И они думают, что не способны даже к соблюдению такой простой дисциплины. Они чувствуют себя виноватыми. Они пытаются изо всех сил, но не могут победить и думают, что их мастер исключительный, великий человек. Он никогда не чувствует себя плохо. Но просто ему подходит вставать в три часа утра.
Вы должны найти свои ритмы, установить, как они работают, что подходит вашему телу, — что для вас правильно. И как только вы это нашли, вы можете легко это позволить, и это не будет навязанным, потому что вы сонастроены с телом, и не будет речи о том, чтобы вы что-то ему навязывали; не будет никакой борьбы, никаких усилий. Наблюдайте, когда едите, что вам подходит. Люди продолжают есть всевозможные вещи. Потом у них расстраивается пищеварение. Потом это влияет на их ум. Никогда не следуйте никакой чужой дисциплине, потому что никто не похож на вас, и никто не может сказать, что вам подойдёт.
Именно поэтому я даю вам только одну дисциплину, и это дисциплина — осознавание себя, дисциплина свободы. Слушайте собственное тело. Тело содержит в себе огромную мудрость. Если вы слушаете его, оно всегда право. Если вы его не слушаете и продолжаете что-то ему навязывать, то никогда не будете счастливы; вы будете нездоровы, больны, вам будет не по себе, вы всегда будете рассеянны и сбиты с толку, дезориентированы.
Это был долгий эксперимент... Я ел почти всё, что только можно, и мало-помалу исключил всё, что мне не подходит. Теперь я ем только то, что подходит. Повару, который для меня готовит, приходится трудно, потому что она должна готовить каждый день почти одно и то же, и она не может поверить, как я продолжаю это есть и этим наслаждаться. Есть ещё ладно — но наслаждаться?