В «воронье гнездо» поднялся адъютант Мюллера и доложил о судне с двумя мачтами и одной трубой. Затем наблюдателям показалось, что дым над горизонтом исчезает, и появилось новое предположение: возможно, это пассажирский пароход, идущий в Австралию. По перехваченному радиосообщению, он как раз в это время должен был проходить где-то поблизости. Но вскоре сигнальщики поняли, что ошиблись. Дым снова стал приближаться к острову. Подготовка к приему угля на «Эмдене» была закончена, и, ожидая подхода «Буреска», матросы, собравшись на баке, покуривали трубки и наслаждались маршами корабельного оркестра. На мостике царило напряжение.
Наблюдающие за дымом из «вороньего гнезда» понимали, что происходит что-то не то. Уж очень быстро столб дыма приближался к острову. Но они выжидали, не желая пока докладывать о своих подозрениях.
Прошло еще 5 минут. Вдруг из «вороньего гнезда» взволнованный голос доложил: «Столб дыма приближается на большой скорости! Видим две высокие мачты и четыре трубы! Это крейсер противника!»
Было 9 часов 15 минут утра. На мачты «Эмдена» немедленно был поднят флажный сигнал, срочно отзывающий на корабль десантную партию. С берега сигнал должны были хорошо видеть. Над горизонтом уже появились мачты неизвестного корабля. Наклонные мачты и густой дым не оставляли сомнений — это был военный корабль!
На «Эмдене» завыли сирены, предупреждая лейтенанта Мюке и его десантников об опасности. Взлетевшие до клотика сигнальные флаги предупреждали о том, что крейсер снимается с якоря.
Но десантники не появлялись. Уже удалось разглядеть на приближающемся корабле радиоантенны — типичные для боевого корабля. Затем сигнальщики увидели английский военно-морской флаг, вьющийся на гафеле.
Итак, после нескольких месяцев охоты противнику удалось поймать «Эмден». Теперь нужно было думать о том, как избежать уничтожения, поскольку любой крейсер противника был сильнее «Эмдена».
Мюллер приказал поднимать пары во всех котлах. Не переставая выли сирены, призывая обратно десантников, но вскоре стало ясно, что ждать более нет никакой возможности. Противник приближался слишком быстро. Это был, судя по всему, новейший легкий крейсер типа «Ньюкастл», значительно превосходящий «Эмден» по огневой мощи и скорости хода.
На «Эмдене» заревели колокола громкого боя.
Под вой сирен залязгали подъемники, подавая снаряды к орудиям. Горны и барабаны призывали матросов к последнему бою. Был выбран якорь. Задержались еще немножко, чтобы дать лейтенанту Мюке последний шанс. Нужно было срочно уходить, поскольку «Эмден» был почти полностью лишен свободы маневрирования на узкой, усеянной рифами якорной стоянке.
«Эмден» развернулся в сторону приближающегося врата.
«Поднять стеньговые!» — приказал Мюллер. — Полный ход!"
Все уже находились на своих местах по боевой тревоге. В 09:17 «Эмден», неся стеньговые флаги и ложась на северо-западный курс, вышел из лагуны. Идя самым полным ходом, крейсер круто повернул вправо, занимая удобную позицию для боя на отходе.
Несмотря на царящее напряжение, все на крейсере было как обычно. Из погребов бесперебойно подавались снаряды. В них ввинчивали взрыватели и укладывали в кранцы первых выстрелов. Открылись замки орудий, поглощая первые снаряды. Стволы орудий, задираясь вверх, разворачивались на борт. Было определено расстояние, и наводчики уже держали корабль противника в прицелах своих орудий.
«Эмден» несся, подняв по носу огромный белый бурун.
«11 тысяч метров, 10500 метров, 9500 метров», — непрерывно докладывали с дальномерного поста. «Открыть огонь! Залп!» — скомандовал Мюллер.
Громыхнули орудия, и пять снарядов упали с недолетом у самого борта английского крейсера. Противник шел со скоростью не менее 26 узлов. «Эмден», на котором еще не успели поднять пар во всех котлах, значительно ему уступал. Орудия «Эмдена» произвели второй залп, упавший с незначительным перелетом. Третьим залпом было достигнуто несколько попаданий, но «Эмден» был слишком далеко от противника, чтобы достигнуть какого-либо серьезного результата своими 105-мм орудиями. Мюллер приказал повернуть на два градуса вправо, чтобы уменьшить дистанцию.
Между тем, борт английского крейсера сверкнул яркими вспышками первого ответного залпа. Столбы воды, поднявшиеся вокруг «Эмдена», безошибочно дали понять, что противник вооружен 150-мм орудиями. Они ошиблись, считая вражеский корабль крейсером типа «Ньюкастл». Он оказался гораздо мощнее.
Везение кончилось. Еще залп, и 152-мм снаряды англичан начнут рвать «Эмден» на куски. Единственной надеждой немцев было добиться какого-нибудь рокового попадания в крейсер противника. Третьим залпом «Эмдену» удалось уничтожить дальномерный пост на английском крейсере, и на какой-то момент стало казаться, что счастливая звезда немецкого крейсера еще сверкает над ним. А после восьмого залпа с «Эмдена» увидели сильный пожар, вспыхнувший на корабле противника. Взрывом немецкого снаряда подожгло пороховые снаряды у одного из носовых орудий английского крейсера, выведя из строя всех комендоров.
Пожар был потушен из шланга корабельным юнгой, который позднее получил за свой подвиг Крест Виктории. Только на двадцатой минуте боя «Эмден» получил первое попадание. Снаряд разорвался в радиорубке. Казалось, что по крейсеру ударили огромной кувалдой. Радиорубка была полностью уничтожена, а все радисты либо убиты, либо серьезно ранены. Взрывной волной несколько человек было выброшено за борт.
«Эмден» продолжал яростно отстреливаться. С мостика видели, как на корме английского крейсера вспыхнул новый пожар, и корабль противника отвернул в сторону, чтобы выйти из-под обстрела. Мюллер хотел сблизиться с противником, но ничего не получилось — тот был гораздо быстроходнее.
Англичане знали о смертоносных немецких торпедах с дальностью действия 3500 метров и не подходили к «Эмдену» ближе чем на 7000 метров.
Сразу же после попадания снаряда в радиорубку, второй снаряд разорвался на шканцах вблизи грот-мачты. Осколком перебило руку старшине Менкедику. Еще один снаряд рванул на палубе около боевой рубки. На какое-то мгновение воцарилась полная тишина, разорванная криками и стонами раненых и умирающих сигнальщиков и комендоров. Вскоре вышла из строя система управления огнем. Снарядами противника были уничтожены оба распределительных электрощита. Затем из боевой рубки прекратились команды на руль, а вскоре с грохотом повалилась на левый борт сбитая снарядом передняя дымовая труба. Утром крепящие растяжки трубы были сняты. Скорость крейсера и его маневренность сразу упали. Дым из обрубка трубы начал стелиться по палубе, люди задыхались, в закопченные прицелы невозможно было разглядеть противника.
Темп огня «Эмдена» упал из-за многочисленных потерь среди комендоров, которых некем было заменить. Электроподъемники снарядов перестали действовать, и снаряды к орудиям приходилось подавать вручную.
Капитан 2 ранга Мюллер понимал, что конец недалек. Некоторые орудия обслуживались одним раненым комендором. Остальной расчет либо погиб, либо подавал снаряды из погребов. Это была медленная и тяжелая работа. Еще одним снарядом была выведена из строя рулевая машина, что сделало «Эмден» почти неуправляемым. Следующим снарядом разбило дальномер, убив и ранив почти всех, находящихся в боевой рубке. Командир дальномерного поста Циммерман, оставшись без дела, бросился к орудию, возле которого не осталось ни одного комендора. Следующим взрывом офицера убило на месте. Разорвавшимся на баке снарядом выкосило весь расчет носового орудия. Затем последовало попадание в корму, где сдетонировали не менее 30 снарядов, сложенных в ларь для подачи к кормовым орудиям. Все, включая командира кормовой батареи лейтенанта Леветцова, были убиты. А на корме забушевал сильный пожар. Во внутренних помещениях из-за выхода из строя вентиляционной системы и пожара стояла такая жара, что на переборках начала плавиться краска.
Огонь распространялся с невероятной быстротой. Пламя отрезало в румпельном отделении Гропиуса и его матросов, пытавшихся управлять крейсером вручную. То же самое произошло и с некоторыми уцелевшими комендорами, еще находившимися у орудий. Очередной снаряд попал в каюту командира, сбросив взрывной волной за борт почти всех, находившихся на корме. Из 18 человек спастись удалось лишь сигнальщику, унтер-офицеру и двум его подчиненным.