Шел горячий бой. Вражеские автоматчики при поддержке минометного и пулеметного огня бросились на наши подразделения, пытаясь контратаками вернуть отбитые позиции. На взвод, которым командовал коммунист лейтенант Николай Сергеев, наступало вдвое больше гитлеровцев. Но дружный огонь наших бойцов опрокинул фашистов. Они побежали. Тогда взвод начал преследовать врага.
- Бей фашистов! - раздался голос Сергеева.
Уничтожив половину автоматчиков, бойцы закрепились на опушке леса. Обозленные неудачей, гитлеровцы вызвали артиллерийский огонь. Снаряды стали ложиться вблизи наших боевых порядков, и фашисты снова бросились в атаку. Вдруг вблизи, взвизгнув, разорвалась мина. Командир упал. Осколок попал ему в грудь, вырвал карман гимнастерки вместе с партийным билетом. Второй осколок пробил левую руку командира. В сознании Николая Сергеева мелькнула мысль о партийном билете. Превозмогая боль, истекая кровью, он искал партийный билет. Нашел его. Потянулся к билету. Здесь силы оставили лейтенанта. Вовремя подоспев, санитары подняли командира. В его руке был зажат партбилет, пробитый осколком. В санчасти, когда Сергеев пришел в сознание, он прежде всего спросил:
- Где партбилет?
Сергееву принесли партийный билет, покрытый кровью. Воин-большевик сохранил его в самые тяжелые минуты боя. Он ценил эту маленькую красную книжку как жизнь. Партийный билет лежал перед раненым командиром подтверждение его боевого подвига, верности своей родной ленинской партии.
В ходе боев армия поддерживала тесную связь с трудящимися Урала и Москвы. В конце августа в нашу армию прибыла делегация из Москвы. Ее возглавляла член ЦК партии, член Президиума Верховного Совета СССР, секретарь ВЦСПС Клавдия Ивановна Николаева. Делегация привезла бойцам и командирам приветы и подарки от москвичей.
Приезд на фронт делегации вызвал огромный подъем среди воинов армии. Во многих частях прошли красноармейские митинги.
Как сейчас я помню эти волнующие встречи Клавдии Ивановны с бойцами нашей армии. Вот из рядов воинов выходит сержант Огурцов.
- Жена и дети пишут мне в письмах, - говорит он, - бей фашистов. Это голос моей семьи, моей Родины. Недавно наш взвод ходил в атаку. Не зная страха, дрались бойцы. Мы не жалели огня. Я русский. Рядом со мной сражался казах Бекпирген Сегимбаев. Пусть он расскажет об этом бое. Пусть знают все, что русские и украинцы, белорусы и казахи - все едины своей ненавистью к врагу. Велика ненависть в нашем сердце. Я буду уничтожать гитлеровцев, где угодно и чем угодно. Товарищ командир, давайте боевой приказ. Мы готовы выполнить его в любую минуту, выполним любой ценой.
Просит слово герой недавних боев Сегимбаев. Он плохо говорит по-русски, но участники митинга отлично понимают его. У меня осталось в памяти его выступление. Он сопровождал свои слова жестами, показывая как действовал в бою. Его рассказ произвел на всех неизгладимое впечатление. Потом Клавдия Ивановна говорила: "Какой казах - это богатырь! Сердце радуется!"
Командир роты, начал Сегимбаев, дал приказ - ни шагу назад. Значит надо идти вперед, стоять на месте нечего. Немцы открыли огонь, пули косили траву. Кругом рвались мины. Ну, думаю, смерть все равно один раз бывает, бегу вперед и стреляю. Пока наступали - обойм десять выпустил. А фашисты из дзота палят, мешают нам. Мы первыми с командиром подбежали к дзоту. Командира тут ранили. Залегли в воронку, до немцев рукой подать - метров 15 осталось. Пулей их никак не убьешь. Вытащил я из-за пазухи противотанковую гранату. Угодил в самую амбразуру. Вторую взял у командира. Так же попал. Очень не понравились немцу наши гранаты. Перестал стрелять. Ни один из них не ушел. А из дзота только дым повалил. Радостно стало у меня на сердце, что уничтожил врагов, выполнил боевую задачу, боевой приказ командира. Потом выступили другие лучшие воины.
В заключение на митинге выступила К. И. Николаева. Эго был пламенный оратор, ее речь по яркости, образности, силе эмоционального воздействия напоминала выступления Долорес Ибаррури. "Злобный враг, - говорила Клавдия Ивановна, - хочет отнять нашу свободу, наше счастье. Хочет заковать в кандалы советский народ. Камни вопиют о диких зверствах, которые творят фашисты. Убейте их, пока они не убили вас. Сейчас судьба Родины решается на полях сражений. Мы в состоянии разбить врага. Все зависит от нашей стойкости и мужества. Советский народ в напряженном труде дает вам все, что необходимо для победы. Он требует от вас самоотверженной борьбы. Будьте достойны своего героического народа!"
Громкое многоголосое "ура" разнеслось по лесу на берегу р. Ловати.
Через несколько дней делегация отбыла в Москву. В письме бойцам, командирам и политработникам нашей армии она писала: "Мы расскажем рабочим и работницам о ваших славных боевых делах, расскажем о Соне Кулешовой, об автоматчике Михаиле Максимове, дважды награжденном правительством, о славных героинях - снайперах Ковшовой и Поливановой, которых вы с такой любовью ласково называли - Наташа и Маша, и о сотнях других героев и героинь вашей армии".
На празднование 25-й годовщины Октября от нашей армии выехала в Москву делегация в составе десяти человек. Среди делегатов - пулеметчик Ф. Козин, снайпер И. Панов, младший лейтенант И. Квашнин, старший сержант А. Панкратов, санинструктор В. Злодеева и другие.
Воины присутствовали на торжественном заседании в Кремле, встречались с рабочими и работницами завода "Красный пролетарий", "Трехгорной мануфактуры", были на приеме у Н. М. Шверника и К. И. Николаевой. Им предоставили почетное право вручить переходящее Красное знамя ГКО заводам "Динамо" и "Красный пролетарий".
Рабочие "Красного пролетария" просили передать фронтовикам:
- Рабочие и работницы, не жалея сил, работают для фронта. Бейте врага до полного разгрома!
И этот наказ рабочих Москвы воины нашей армии восприняли, как наказ Родины.
А в ночь на 7 ноября 1942 г. в 44-й стрелковой бригаде делегация Дмитровского района Московской области вручала Красное знамя передовой части бригады. Его принимал участник освобождения д. Степанове Дмитровского района капитан М. Г. Фильшин.
- Передайте труженикам Дмитрова, - говорил Фильшин, - мы клянемся, что в боях за нашу Родину доверие советского народа оправдаем.
Большое значение мы придавали своевременному вручению правительственных наград. Их вручали непосредственно в частях, госпиталях, на слетах мастеров оружия, в торжественной обстановке. За февраль - ноябрь 107 раз выезжали в части руководители армии для вручения героям боев 2111 орденов и медалей.
Помню, как сейчас, в лыжной бригаде вручал награды бригадный комиссар Д. Е. Колесников. Подходит к столу старшина А. М. Хрипкин. Ему вручается орден Красного Знамени. Его поздравляют. Он стоит. "Желаю вам успеха в бою", - говорит Колесников. Но он продолжает стоять. А сзади офицер отдела кадров армии подает Д. Е. Колесникову орден Красной Звезды. Получив еще один орден, старшина ответил на поздравление: "Служу Советскому Союзу!".
Более четверти личного состава армии было коммунистами и комсомольцами. Это большая сила. Коммунист - это звание высокое. Он идет всегда впереди - в труде, бою. Он - идейный боец партии. И в самые тяжелые дни ожесточенных боев в партию шли самые лучшие, самые боевые воины.
В армии было около 500 первичных партийных организаций. Свою работу они проводили с учетом боевой обстановки. Партийные организации были прочной опорой командира в выполнении боевого приказа. Они мобилизовывали личный состав на разгром врага, воспитывали любовь к Родине и ненависть к немецко-фашистским захватчикам. Формы и методы работы партийных организаций были разнообразны.
Коммунисты собирались на партийные собрания и в боевой обстановке. А там, где обстановка не позволяла, проводили делегатские партийные собрания. На партийных собраниях обсуждали вопросы о передовой роли коммуниста в бою, выполнении боевой задачи, приеме в партию. Обсуждали многие назревшие вопросы. Коммунисты на партийных собраниях заслушивали отчеты секретарей партийных бюро об их работе.