- Яйца, молоко, бекон и тосты, - с ухмылкой провозгласил я.
Женщина улыбнулась в ответ и записала заказ. Затем, к моей полной неожиданности, она задала еще один вопрос. Позже Дэвид пояснил, что она, вероятно, интересовалась, как приготовить яйца. В тот момент я даже не задумался о том, что вариантов может быть очень много, Я полагал, что она просто подаст мне яичницу, которую, по моим представлениям, ели на завтрак все люди Запада.
Но в ту минуту я был озадачен: неужели она не поняла заказа? И я очень медленно повторил: - Яйца, молоко, бекон и тосты.
Она растерянно моргнула и тоже повторила свой вопрос.
Мне стало жарко! Не зная, что ответить, я просто повторял эту фразу:
- Яйца, молоко, бекон и тосты.
Наконец, раздосадованная официантка удалилась. Возможно, она решила, что я над ней насмехаюсь, или просто посчитала меня тупицей - не знаю. Знал я только одно: голод меня уже не мучает. Я вынул кошелек, отсчитал пять американских долларов и оставил их на столике в качестве чаевых.
День обещал быть очень долгим.
Мои несчастья продолжились, когда я вышел в. вестибюль. Подбежавший посыльный очень быстро что-то протараторил и указал на стойку портье. Я не понимал, чего он хочет, но подошел к стойке. Портье улыбнулся мне - здесь улыбались все, но мой запас улыбок уже иссяк - и вручил мне листок бумаги.
Это была записка на английском языке. Единственными знакомыми словами оказались указанное вверху мое имя и стоящая внизу подпись Дэвида. Тарабарщина между двумя именами выглядела просто набором каких-то значков.
Я простонал и решил, что мне пора обратиться за помощью.
- Алло! Вилли? - нерешительно произнес я, сделав международный звонок.
- О Господи, Джеки, что случилось? - В трубке раздался приглушенный шум. Судя по всему, Вилли надел очки и взглянул на часы. - Тебе известно, что здесь уже за полночь? Я пытаюсь справиться со сменой часовых поясов и уснуть. Надеюсь, у тебя что-то важное?
Я сглотнул ком в горле и принялся сбивчиво объяснять свое затруднительное по- ложение, извиняясь за то, что разбудил его. Услышав мой рассказ, он отнесся к нему с обычным сочувствием.
- Джеки, мне очень жаль, но ведь ты не можешь звонить через весь Тихий океан каждый раз, когда тебе понадобится переводчик! - заявил он. - Я понимаю, что тебе трудно, но скоро ты начнешь заниматься английским. Леонард нашел прекрасного преподавателя-китайца, который даст тебе уроки. Я не сомневаюсь, что ты освоишься. А теперь прочитай эту записку по буквам, и я переведу ее.
Я порадовался тому, что записка не очень длинная. В ней говорилось, что Дэвид встретит меня в холле гостиницы в семь часов вечера, и мы отправимся на ужин.
- О нет! - воскликнул я. - В семь вечера!
- Что-то не так? Ты уже назначил на это время свидание?
- Да нет, я просто изголодался, - объяснил я. - Если я не поем до семи вечера, то просто умру. Вилли, прошу тебя, если ты мне все еще друг, расскажи, как заказать обед! Мы оба расхохотались.
Следующие полчаса я упражнялся в повторении слов перед зеркалом в ванной комнате, пока не убедился, что произношу их без запинки. Затем я спустился в ресторан, и меня провели к тому самому столику, за которым я сидел раньше. Увидев меня, официантка удивилась, но, судя по всему, мои чаевые ее вполне порадовали.
Прежде чем она успела что-то сказать, я торопливо выпалил свой заказ: Гамбургер, жареный картофель, "кока-кола".
На этот раз она просто улыбнулась и вскоре принесла мне еду. Америка чудесная страна!
200 "ПУТЕШЕСТВИЕ В АМЕРИКУ (часть 3)"
До встречи с Дэвидом оставалось еще много времени, но мне не хотелось отправиться на прогулку и заблудиться. Большую часть этого времени я провел перед телевизором. В Штатах телевидение было намного лучше, чем в Гонконге: на американские телешоу, без сомнения, уходило гораздо больше денег, чем на гонконгские полнометражные фильмы!
Думаю, за время пребывания в Америке я почерпнул из телевизора больше, чем откуда-то еще. Не знаю, хорошо это или плохо, но это факт.
Вечером появился Дэвид, который представил меня своему шефу, Андре Моргану. Андре начинал помощником Рэймонда Чжоу в Гонконге и со временем дослужился до должности начальника международного отдела "Золотого урожая". Он приветствовал меня на беглом кантонском диалекте. Это не должно было меня удивить, ведь он работал вместе с Рэймондом целых двенадцать лет. И все же американец, превосходно говорящий на китайском, - это поразительное зрелище.
Андре рассказал мне о фильме, в котором мне предстояло сниматься, Он получил рабочее название "Скандал в Бэттл-Крик". Это был исторический фильм, действие которого разворачивалось в тридцатые годы. Мой герой был бесшабашным молодым человеком, которому отец запрещал пользоваться искусством кун-фу. Однако когда на ресторан отца напали гангстеры, мне пришлось взяться за дело и без особого труда в одиночку одолеть трех бандитов. Это произвело впечатление на главаря шайки, который пригласил меня участвовать в боях без правил, проходивших в тихом городке шаттл-Крик в штате Техас. Как заверил Андре, эти состязания позволят мне продемонстрировать все свое мастерство, подобно тому как соревнования в логове Ханя в фильме "Появляется Дракон" стали для Брюса Ли возможностью показать себя. Бюджет картины составит четыре миллиона - по моим меркам, просто огромная сумма: целых двадцать миллионов гонконгских долларов.
- Мы надеемся, что это будет суперфильм, - сказал Андре. - Мы обеспечим рекламу, организуем тебе интервью - все, что необходимо. Мой друг, ты станешь настоящей кинозвездой.
- Новым Брюсом Ли? - с оттенком иронии поинтересовался я.
- Чем-то большим, парень, - занявшись своим бифштексом, возразил он.Чем-то большим. Конечно, нам придется заняться твоим английским. К сожалению, вре-мени на обучение у нас не так много, как хотелось бы, съемки начинаются уже через две недели. Пора браться за учебники, Джеки!
Я угрюмо уставился в свою тарелку. Всего неделя на то, чтобы освоить совершенно незнакомый язык. К тому же я не заходил в класс с двенадцатилетнего возраста.
- Яйца, молоко, бекон и тосты, - вполголоса пробормотал я.
- Что ты сказал, Джеки? - переспросил Дэвид.
- Нет, ничего.
201 "ПУТЕШЕСТВИЕ В АМЕРИКУ (часть 4)"
На протяжении всей следующей недели я целыми днями занимался с преподавате- лем, изо всех сил стараясь вбить себе в голову английские слова. Вечерами я смотрел те-левизор. Это было ужасное время. У меня все еще не было никаких друзей, и даже после недели занятий мой английский язык стал не намного лучше, чем прежде, - впрочем что я действительно усвоил, так это различные фразы, необходимые в ресторане.
С наступлением выходных я решил, что мне нужна передышка, и отправился на пляж. По моей просьбе Дэвид записал на листке бумаги адрес гостиницы, чтобы я мог показать его водителю такси, если не смогу найти дорогу назад. Кроме того, он предложил мне испробовать во время прогулок кое-что новенькое - катание на роликовых коньках. Это искусство было необходимо для съемок "Скандала в Бэттл-Крик". Я катался скверно, но в сценарии была одна сцена, где я должен был проявить свое мастерство об-ращения с роликами, так что мне поневоле предстояло много тренироваться.
К тому времени, когда я добрался до пляжа, солнце уже неистово пылало, и на большинстве людей, прогуливавшихся по пляжу, почти не было одежды. Я уставился на это зрелище с вытаращенными глазами. Гонконг лишен подобной простоты нравов, но здесь, в Калифорнии, и девушки, и парни ходили по улицам в таких нарядах, какие у нас вряд ли можно было увидеть даже в мужских клубах. Вокруг было множество ребят на роликовых коньках, и я решил, что не стану особенно выделяться, когда надену свои ролики и присоединюсь к катающимся.
Я быстро осваиваю новое - разумеется, то новое, что связано с физическими умениями. За несколько часов я перешел от постоянных падений к легкому фланированию вдоль побережья, и все же это занятие определенно измотало меня. Другие ребята на коньках вытворяли разные трюки, танцевали и исполняли настоящие акробатические номера в согласии с доносившимся музыкальным ритмом, и потому я решил присесть, вы-пить и понаблюдать за их приемами.