Жизнеописание и письма И. И. Троицкого см. в: Собрание писем великого раба Божия Ивана Ивановича Троицкого. С приложением краткого его жизнеописания и двух портретов. Вып. I [1882]. Шамордино, 1913; Собрание писем великого раба Божия Ивана Ивановича Троицкого. Вып. II. 1881 и 1883 гг. Шамордино, 1914; Собрание писем великого раба Божия Ивана Ивановича Троицкого. Вып. III. [1871–1897]. Шамордино, 1915.
В августе 1853 г. Иван Иванович находился в посаде Дубовка (Саратовская губ.), где и получил известие о смерти своего старца. Тяжело переживая эту потерю, он пишет одной из духовных дочерей отца Адриана письмо, которое быстро распространилось в списках среди почитателей покойного старца и было опубликовано в «Сказаниях о жизни и подвигах» (с. 72–74)[244]. Отсюда мы и перепечатываем это письмо. Дореформенное написание не воспроизводится, явные опечатки исправлены, адреса цитат из Священного Писания восполнены нами. В остальном сохранены все особенности оригинала.
Письмо одного из близких отца Адриана к преданным его, когда те известили его о кончине старца
О, любезные! Не знаю: с чего начать Вам сии бедные мои строки?.. Ум немеет, рука изменила, и перо дрожит! В настоящие минуты только Всевышний постигает чувства бедного моего сердца, да еще сочувствует равноангельская душа нашего Благодетеля, Отца, Покровителя и Наставника!.. Извещенный о кончине Батюшки отца Адриана, я тронут был до крайности. При всей бесчувственности сердца, много я пролил слезы о потере возлюбленнейшего моего отца и покровителя! за все заботы его отеческого сердца о мне недостойном да воздаст ему Господь во Царствии Своем! При всяком воспоминании об обращении с ним, о встрече, разговорах, хождении с ним по лесочку и приятнейших от него утешениях – обливаюсь горькими слезами[245]! Кто даст очесем моим источник слез, оплакать столь великую потерю в возлюбленнейшем нашем отце? По Премудрому: лишение такого друга неописанно... Иные, по милости Божией, утешаются родством, дружбою, богатством, чинами и достоинствами; а, с смертию дорогого нашего Батюшки, не погребены ли наши утехи и радости, ибо в нем было все наше на земле по Господе: и родство, и дружба, и богатство, и звание! Где наш Отец, заботливо воспитывавший вверенных ему от Господа чад? Где наш утешитель, – отрада унылых, скорбных сердец? Где наш врач, искусно целивший греховные наши струпы? Где наша Нянюшка, нежно лелеявшая своих деточек и терпеливо омывавшая их нечистоты[246]? Где звание нашего служения Богу – послушание? Где наше дерзновение к Богу и опора нашей слабой надежды на Него? Увы! Того, в ком заключалось единственное наше счастие на земле, – не стало!.. Да: Его уже нет на свете! Светлые очи его, кротко назиравшие наши немощи, смежились и уже покрыты гробовой доской. Медоточные его уста, мудро и любезно изрекавшие спасительные советы и отеческие замечания, уже замолкли! Его руки и ноги, скорые к утешению страждущего сердца всякого странника и Богомольца, в св<ятой> Обители и в отдаленных местах России, – недейственны и уже скрыты в мрачной могиле... Ты же, земля, храни сие сокровище, сие тело, бывшее жилищем Духа Божия, до общего всех воскресения!.. Какая трогательная картина: неутешные дети стоят над прахом своего любезнейшего отца, глубоко пораженные скорбию о потере любезнейшего сердцу своему.
При чтении сих печальных моих строк подслушиваю рыдания вашего сердца, воображаю обильные слезы, текущие по вашим ланитам. Если мое нечувственное сердце трогается при воспоминании о сей печальной истории, то что сказать о Вас, бывших очевидцами столь печальных происшествий? Отчасти сочувствую Вам, мои любезнейшие!
Маленькие слезы наши да будут ходатаями великих милостей у Господа об упокоении усопшего раба Божия, Иеромонаха Адриана!
Уже не довольно ли нам плакать-то, по Апостолу: да не скорбим о умерших(ср. 1 Фес 4:13)? Не пора ли сказать, при помощи Божией, что-нибудь и в утешение нашего скорбного сердца. Трогательно было Апостолам слышать Господа о Его телесной разлуке с ними; однако мысль, что Он идет умолить Отца о ниспослании им Духа Святаго и уготовать им место(Ин 14:2–3,16), утешала и укрепляла надеждою скорбные сердца их. Раз уже предавшиеся сердца, по вере и любви, Господу и по вознесении Его на Небо от Него не отпали; но с терпением и надеждою на Него, в посте и молитвах ожидали общего Утешителя(Ин 14:16). За то утешены были неизреченно: О, любовь, она николиже отпадает(1 Кор 13:8), только бы нам Господь помог от нее не отпасть!
Мы, по милости Божией, смею сказать во славу Божию, по примеру Апостолов, вверившие однажды и навсегда свои сердца любезнейшему нашему покойному Батюшке, – в утешение скорбных наших сердец, да веруем и теперь несомненно: что еще при жизни дерзновенный пред Богом молитвенник о нас немощных, старец и теперь пред престолом Всевышнего ходатайствует о ниспослании нам милостей Божиих в отраду и укрепление вверившихся его попечению немощных! Теперь быть ближе при каждом из нас для него удобнее. Его мудрые словеса, разговоры, кроткий и приятный поучительный голос, еще неизгладившиеся из нашей памяти, да будут нам предметом науки, при помощи Божией, за его св<ятые> молитвы, во всю нашу жизнь и побуждением к подражанию его Бого-подобным добродетелям, по слову Божию: поминайте наставники ваша иже глаголаша вам слово Божие: взирающе на кончину жительства их подражайте вере их(Евр 13:7). Да отзываются сии слова Апостольские в сердцах наших смиренно день и ночь! О, доблестный страдалец и неутомимый терпеливец утрудился! Упокой его, Господи, во Царствии Своем!
Приложение II
Из писем преподобного Гавриила (Зырянова) насельницам Марфо-Мариинской обители
Преподобный Гавриил (Гавриил Федорович Зырянов) родился 14 марта 1844 г. в семье пермских крестьян. 13 августа 1864 г. он поступает послушником в Оптину пустынь, окормляется у преподобного Амвросия. В 1874 г. послушник Гавриил, обойденный в Оптиной постригом, перебирается в Москву, в Высоко-Петровский монастырь и становится его экономом. 13 августа 1876 г. пострижен в монашество с именем Тихон. 20 февраля 1877 г. рукоположен во иеродиакона. В 1880 г., утомленный завистью и неприязненным отношением братии, переводится в московский Богоявленский монастырь, в 1881 г. – в Раифскую пустынь Казанской епархии. 24 января 1883 г. рукоположен во иеромонаха и назначен братским духовником, но уже осенью переведен в архиерейский дом г. Казани, а затем – в казанскую Седмиезерную Богородичную пустынь. В 1892–1898 гг. прикован болезнью к постели; время напряженного духовного подвига и многократных благодатных посещений. 5 октября 1892 г. пострижен в великую схиму с именем Гавриил. После выздоравления во время служения Литургии старец сподобился видения Небесной Евхаристии и стал созерцателем «тайны Христовой Жертвы за грехи людей». В 1901 г. назначен наместником Седмиезерной пустыни, 9 июня 1902 г. возведен в сан архимандрита. В 1908 г. из-за доносов братии подает в отставку и уезжает в псковскую Спасо-Елеазарову пустынь. Пребывание в ней ознаменовано расцветом его старческого делания. 24 августа 1915 г. в связи с наступлением германских войск уезжает в Казань, где умирает 24 сентября. 29 сентября похоронен в храме преподобного Евфимия Великого Седмиезерной пустыни. В 1997 г. прославлен в лике местночтимых святых Казанской епархии.
О преподобном Гаврииле см.: Поучения и слова Иеросхимонаха Гавриила. Казань, 1900;Архимандрит Симеон. Схиархимандрит Гавриил, Старец Спасо-Елеазаровой пустыни. Псков, 1915 (переиздания: Джорданвилль, 1964; СПб., 1996); Старец схиархимандрит Гавриил (Зырянов) и Седмиезерная Казанская Богородичная пустынь. М., 1991;Архимандрит Симеон (Холмогоров). Един от древних. Повесть о жизни и подвигах Схиархимандрита Гавриила (Зырянова). М., 1996 (дополненное переиздание вышеназванной книги архим. Симеона);Епископ Варнава (Беляев). Тернистым путем к небу: (Per aspera ad astra). О многоплачевной и зело поучительной жизни старца Седмиезерной и Спасо-Елеазаровой пустынь схиархимандрита о. Гавриила / СоставительП. Г. Проценко. М., 1996; Житие преподобного Гавриила, старца Седмиозерной пустыни. М., 1997.
244
Собрание писем великого раба Божия Ивана Ивановича Троицкого. С приложением краткого его жизнеописания и двух портретов. Вып. I. Шамордино, 1913. – С. 31–32.
245
При встрече с отцом Адрианом, после того как старец согласился принять его под свое руководство, Иван Троицкий сказал: «Батюшка <...> я так вам себя предаю всего, как железо ковачу. Делайте из меня, что хотите» (Там же – С. 14). Беседы наставника с учеником проходили обычно так: «Целыми днями иногда старец о<тец> Адриан занимался с ним, гуляя по лесочку, назидая его» (Там же – С. 16).
246
Нянюшка – «любимое слово батюшки отца Адриана; но под этим разумеется опытный и духовный руководитель». – Сказания о жизни и подвигах старца Адриана, иеромонаха Югской Дорофеевой общежительной пустыни. М., 1885. – С. 94, прим. *. Ср. Приложение III, прим. к письму 12 и др.