На этот вопрос ответить практически невозможно. Вообще говоря, понять, чего именно хочет женщина, непросто, тем более что она и сама подчас путается. Но есть то, что заложено в ней лриродой, по факту рождения, ее Х-хромосомой (впрочем, то же самое можно сказать и о мужчине с его Y-хромосомой). И с этим ничего не поделать, здесь не помогут ни законы, ни лозунги. Если женщина мечтает о любви, ласке и уюте — значит, так и должно быть. При внимательном рассмотрении оказывается, что радикальный феминизм требует вовсе не равных с мужчинами прав, а мужской душевной организации для женщин. Он требует, чтобы женщина хотела строить бастионы, водить войска, насиловать сексуальных партнеров и управлять государством. Но возможно ли это?..
Хотя между людьми разных полов может существовать дружба, в которой нет и тени нечистых помыслов, тем не менее женщина всегда будет видеть в своем друге мужчину, точно так же, как он будет видеть в ней женщину. Такие отношения нельзя назвать ни любовью, ни дружбой: это нечто совсем особое.
Психотерапевтический опыт свидетельствует, что женской душевной организации такие «свершения» не свойственны, даже если женщинам эти утопичные планы и кажутся подчас вполне правомерными. Женщина хочет быть «как мужчина». Но спрашивается, что в этом хорошего?.. По всему выходит, что женщина просто страдает от комплекса, что она не родилась мужчиной. А страшащемуся никакие оборонительные сооружения не кажутся достаточными, пока он боится — он ненасытен до укреплений и предосторожностей, а еще он как заведенный повторяет: «Нападение — это лучшая оборона».
Мужчины, конечно, наделали делов, излишне переоценив себя и свой статус, так что теперь женщина, родившаяся женщиной, чувствует себя ущербной, «человеком второго сорта». «Ну что с тебя взять? Тебе простительно, ты же женщина!» — говорит «великодушный» мужчина. Говорит и даже не догадывается, что таким образом он собственноручно роет себе могилу. Формируя в сознании женщины комплекс ущербности, он толкает ее на боевые действия, она будет пытаться «восстановить справедливость». И поскольку все здесь буквально пропитано отсутствием какого-либо здравого смысла и тотальной невротичностью, разгорающаяся война пойдет «до победного конца» — пока все не погибнут, никто не успокоится. О, не будите в женщине воина — это воин-камикадзе!
Беда в том, что женщина не видит, не ценит тех своих достоинств и возможностей, которых, кстати сказать, нет у мужчин! Ни общество, ни сама женщина не понимают того, чем она действительно может гордиться. Мужчине, например, никогда не узнать радости материнства, ему никогда не найти того душевного покоя, который известен женщине. Он обречен на постоянный поиск, а потому и на разочарования. Тогда как женщина самой своей природой застрахована от такого рода неприятностей. Родиться женщиной — значит получить право на счастье, но если где и нарушены в нашем обществе права женщины, так это именно здесь — у нее это право отобрано.
Необходимо, чтобы определенная степень его мужественности точно соответствовала ее женственности; при таком условии обе односторонности взаимно сгладятся. И оттого самый мужественный мужчина будет искать самой женственной женщины, и наоборот, точно так же всякий индивидуум будет тяготеть к той степени половой определенности, которая соответствует его личным свойствам.
Феминизм ничего не делает для того, чтобы избавить женщин от великого заблуждения, что для счастья нужно «быть мужчиной» или, в худшем случае, «быть как мужчина». Задумайтесь, разве вы будете ощущать себя комфортно в чужой одежде? Вряд ли. Почему же кто-то думает, что женщине больше подойдет мужская роль, чем ее собственная? Если женщина будет подсознательно играть мужскую роль, разве сможет она обрести «женское счастье»? А какое еще может быть счастье у женщины, кроме женского)..
Вместо того чтобы поднять авторитет женственности, феминизм принижает авторитет мужского. Избавит ли это женщину от ее мнимого, но крайне болезненного чувства ущербности?.. Напротив. Мы не зря устроены, как зеркальные отображения друг друга. Мужчина ощущает себя мужественным рядом с женщиной, а потому и женственность может расцвести только на фоне мужественности. Так что принижая мужское, феминизм автоматически обесценивает и женственность.
Феминизм, если бы его действительно интересовало счастье женщины, не ратовал бы за пресловутые равные права для нее. Зачем женщине лишняя головная боль? Он бы стремился к тому, чтобы у женщины была возможность реализации ее истинных потребностей и задатков. Но феминизм амбициозен и неосмотрителен, он обеспечил женщине право участвовать в политической жизни, на которую ей, по большому счету, глубоко наплевать, но разучил ее чувствовать, переживать, испытывать истинную сексуальную радость. Феминизм учит женщину быть хищницей, сражаться, скалить зубы, работать локтями, а ведь это противоречит всему ее устройству! Феминизм разлучает женщину с самой собой. Как говорится, за что боролись...
Кто сказал «мяу»?
Радикальные феминистки, которые воюют за некие абстрактные равные права, игнорируют как природу женщины, так и ее желания. Вне всякого сомнения, женщина должна получить равные права с мужчиной, но не следует обязывать женщину делать то, что она не хочет или не может делать. То же самое, кстати сказать, относится к представителям мужского пола, поскольку по ряду причин, обсуждение которых почему-то всегда остается «за кадром», ущем-ленности их прав никто не замечает. Но то, что мужчину уравняют в правах с женщинами (если это когда-нибудь и произойдет), отнюдь не означает, что они захотят или должны будут использовать предоставленные им женские возможности. Итак, мое предложение: давайте всех уравняем, чтобы никому не было обидно, а потом каждый будет делать то, что ему по его природе делать удобнее, сообразуясь с интересами и пожеланиями противоположной стороны. И никакого давления! Хватит, додавились уже бог знает до чего!..
Ну так вот, радикальные феминистки требуют от женщин, чтобы те сами принимали все решения в своей жизни. Здесь дурно пахнет слово «все». Как психотерапевту мне очень часто приходится убеждать женщину: «Это тот случай, когда вам придется принимать самостоятельное решение. Ожидание здесь — это ожидание у моря погоды, а промедление смерти подобно». И я знаю, насколько сложно, с какой болью эти решения даются женщинам, если вообще даются (в этом смысле радикальный феминизм — это банальное проявление изощренной мести всему женскому, которое феминистки так ненавидят). И поэтому я не вижу смысла в этом тезисе: «Товарищи женщины, примите все решения сами!» Какой в этом смысл?Ради чего? Просто — «чтобы было»? Нет, это абсурд. Всякий раз, когда у женщины есть возможность передать право принятия решения мужчине, которому это дело можно поручить, это нужно делать. А почему нет?
Другое дело, что женщина должна помнить здесь об ответственности перед самой собой: если она передает право принятия решения какому-то мужчине, то далее на него нечего будет сетовать — сама передала, сама и получи. Так что нужно думать о том, какого ты мужчину выбираешь, чем в этом случае руководствуешься — одними ли надеждами или же адекватной оценкой ситуации. Мечты, что он все поймет, оценит, изменится и будет делать то, что «должен» в такой ситуации делать, — это чистой воды утопия. Но женщина может поступить вопреки своему исключительному жизненному здравомыслию (говорю это без всякой издевки и в превосходной степени), она может пойти на поводу у своей мечты-надежды, любовной доминанты, а потом окажется, что с получившимся корытом есть проблемы. Так что тут у женщины действительно ответственность собственная и перед самою собой.
Дальше мы будем более подробно говорить о том, что, по факту, оказывается: мужчины чаще и больше принимают решения (это им свойственно и в целом это у них неплохо получается), однако реали-зовывать эти решения в жизнь выпадает на долю женщины. Мужчина — стратег (он может быть как хорошим, так и плохим стратегом), а женщина — тактик (причем она тоже может быть как хорошим, так и плохим тактиком). Подобное «разделение труда» должно быть осмысленным, и об этом стоит подумать прежде, чем очередной катамаран, состоящий из мужчины и женщины, будет собран в дорогу жизни. В результате все равно получится именно так: мужчина напринимает решений, а расхлебывать будет женщина (мужчина, правда, потом будет расхлебывать за то, что пришлось расхлебывать женщине, так что тут все будут квиты). А раз получится так, то давайте определимся с тем, что должно получиться и как поступить правильно, т. е. так, чтобы получилось желаемое, а не «как всегда». В общем и целом эти правила выглядят следующим образом.