– Ну что вы, милые красавицы, – ласково стал убеждать их землянин. – Сейчас я вас освобожу.
– Пифон! Пифон! – закричали в ужасе женщины, вперив глаза в его одежду.
– Ах, вот в чем дело! Это легко поправить. Вас пугает мой плащ? – он сбросил плащ на землю.
– Пифонтер! Пифонтер! – раздались крики, но уже в них не было страха, а скорее слышались восхищение и восторг. Теперь они подпустили Игоря к себе и дали разрезать веревки. Женщин было около двух тысяч. Освобожденные подбирали копья и их лезвиями резали веревки на руках своих подруг. Прошло однако не меньше двух часов, пока все пленницы стали свободными.
Смрад горелого мяса заставил землян покинуть площадь. Вслед за ними пошли и женщины.
– Что же мы будем с ними делать? – тихо спросил Игорь.
– Возможно, поблизости есть другие племена людей, которые приютят несчастных. Я попробую объясниться с ними.
– Какие, однако, красавицы! И все такие молодые. Ни одна не старше двадцати лет! Удивительно!
Владимир поискал глазами освобожденную им от пут черноволосую пленницу. Та оказалась рядом с ним.
"Попробую методом Дука", – решил Владимир.
– Как тебя зовут, красавица? – мысленно обратился он к ней и сразу же услышал ответ. Вернее, понял. Речь молодой женщины была звучная и мелодичная, однако смысл ее слов звучал где-то внутри его самого.
– Ореада, великий победитель Пифона.
– Ты уже не боишься моего плаща?
– Нет, когда увидела, что твой друг снял его.
– Как зовут ваше племя?
– Мы лапифы, дети Великой Матери Кибелы. Ты нас спас и теперь мы твои рабыни, о повелитель.
– Мой народ не знает рабства. Вы все свободны и можете идти куда захотите. Где-то есть еще другие племена лапифов?
– Ты нас гонишь? Но мы не знаем, куда нам идти. Наши мужчины погибли. Ты должен взять нас к своему племени! Ты лапиф, повелитель.
– Не называй меня так. Меня зовут Владимир.
– Вла-ди-мир, – повторила по слогам Ореада. – Что значит это имя?
– Повелитель мира, – машинально ответил Владимир.
– Вот видишь! – обрадовалась Ореада. Я сразу тебя узнала, о мой повелитель, – она склонилась на колени и прижалась губами к его ноге.
– Ой! Что ты делаешь? – Владимир быстро нагнулся и поднял Ореаду. Та прильнула к нему.
– Ого! – раздалось рядом насмешливое восклицание Игоря. – Я вижу, вы уже обо всем договорились.
От смущения Владимир не нашелся что ответить.
– Послушай, а почему они все голые?
Действительно, только на некоторых из женщин была одежда. Тем не менее никто из них не проявлял ни малейшего смущения перед незнакомыми мужчинами.
– А ведь действительно. Их, наверное, захватили во сне. Сейчас проверю.
Он снова обратился к Ореаде на языке Дука.
– Скажи своим подругам, чтобы оделись.
Ореада перевела его пожелание. Женщины стали вдруг смеяться, но постепенно разошлись по уцелевшим домам и появились снова в легких туниках.
– Спроси у своей знакомой, нет ли поблизости другого племени? Ведь надо пристроить этих красоток, у которых кентавры перебили всех мужиков.
– Я уже спрашивал, – ответил Владимир, но послушался друга и повторил вопрос.
– Мы не знаем, есть ли поблизости другие племена, – ответила Ореада и добавила: – Разве вы не возьмете нас с собой к своему племени?
Владимир перевел ответ девушки.
– А что? – оживился Игорь, – это идея! У нас как раз не хватает женщин! Здесь, правда, на всех не хватит, нас ведь около пяти тысяч, но мы с тобой по праву первопроходцев будем иметь по жене. А? Как ты думаешь?
– Я не против. Но не знаю, как на это посмотрит отец.
– Положительно. Поверь мне, что положительно.
– Не знаю, – все еще сомневался Владимир, – имеем ли мы право? Надо поспрашивать у нашего раненого лапифа. Может быть, он знает, где находятся другие племена людей. Отправляйся к катеру и пригони его ближе сюда.
– До скорого свидания, красавицы! – весело крикнул Игорь и направился к пролому в стене.
Игорь вернулся через какие-то полчаса. Он был смертельно бледен.
– Скорее! – закричал он на бегу. – Надо уходить немедленно!
В ПЛЕНУ У ЗМЕЯ
Самка Пифона проснулась от предчувствия страшной беды. Все ее десять сердец колотились в бешенном ритме, разгоняя кровь по длинному трехсотметровому телу. Оцепенение сна исчезло. Самка сползла с холма, на котором спала. Инстинкт гнал ее к реке. Уже войдя в воду, она поняла, что стряслась беда. Вода несла в себе кровь ее мужа. Это было невероятно. На планете не было ни одного живущего существа, которое могло бы причинить вред владыке всего живущего на ее поверхности. Все живое в ужасе бежало, едва только почувствовав приближение Пифона. Бежало, но не могло спастись. Ни один зверь на планете не мог соперничать с Пифоном в скорости его стремительного броска, преодолевавшего в долю секунды до полукилометра. Когда его свернутое в кольца тело распрямлялось, он, несмотря на свой громадный вес, летел как стрела, настигая бегущую жертву. Удар головы, и жертва валилась в траву с переломанными костями. Даже быстроногие кентавры, излюбленное лакомство Пифона, не успевали скрыться от него в просторах своих степей. Только Великая Мать, единая повелительница всего живого, могла остановить его прыжок. В этих случаях Пифон покорно прекращал преследование и медленно уползал в другое место, где ему разрешалось охотиться. Только Великая Мать могла покарать его за непослушание.
Самка замерла и прислушалась. Великая Мать молчала.
Самка поплыла дальше против течения. Проплыв километров пять, она снова замерла и стала ждать, не раздастся ли грозный и гневный голос Великой Матери, запрещающий ей плыть дальше. Нет! Запрета не последовало. Запах крови ее самца становился все явственнее. Самка почувствовала ярость. Внезапно над головой высоко в небе раздался непонятный, не слышанный ранее шум. Она подняла голову. Вверху кружились странные, еще невиданные ею раньше птицы. От них шли импульсы. Она их почувствовала. Это были импульсы, какие обычно издают лапифы, но значительно сильнее. Каждое живое существо издавало свои импульсы. По ним самка определяла издали, еще не видя жертву, кто из животных пасется на поляне или в лесу среди деревьев.