Некоторые сходства в интеллектуальных биографиях Насра и Хайдеггера можно проследить по следующим направлениям. Во-первых, пользуясь терминологией В. Бимеля о двойном лейтмотиве хайдеггеровской мысли: вопрос о бытии и вопрос об истине (алетейе) «как главном направлении мысли Хайдеггера, можно было бы в какой-то мере говорить и о двойном лейтмотиве» мысли Насра (вопрос об Абсолюте, с одной стороны, и «двойственной истине», секулярной и исламской науке и философии, с другой), о чем нами будет сказано позднее, когда мы займемся сравнением взглядов Насра и Хайдеггера по основным проблемным полям; во-вторых, известный хайдеггеровский поворот от «бытия и времени к времени и бытию» (выражение самого Хайдеггера), т.е. путь к размышлениям о самой мысли, искусстве, поэзии, языке, находит отдаленные сходства в эволюции мысли Насра. Если первые его работы непосредственно касаются проблем космологии, шире – натурфилософии, типологии знания в исламском контексте, определения основных контуров исламской метафизики, то последующие его сочинения выходят на более широкий горизонт, захватывая проблемы встречи мусульманской и западной цивилизации, культуры, искусства, поэзии, языка, человека, перевода философских и теологических трудов с одного языка на другой, отношения к классикам западной философии, от античности до двадцатого века включительно, критики Запада. Этот своеобразный «поворот» в мышлении Насра заметен даже при упоминании названий таких его некоторых наиболее важных, своего рода «веховых», работ, как «Исламская жизнь и мысль» (1981)[724], «Человек и природа: духовный кризис современного человека» (1976)[725], «Значение исламского искусства» (1982)[726], «Метафизика, поэзия и логика в восточной традиции» (1977)[727], «Исламская философия: переориентация или переосмысление» (1965)[728], «Значение и роль „философии“ в Исламе»(1973)[729], «Западный мир и его вызов исламу» (1973)[730], а также переводов (1975)[731].
Часть вторая
Хайдеггер и хайдеггерианство в Иране
Во «Всеобщей философской энциклопедии», вышедшей во Франции в конце 80-начале 90-х годов нашего столетия, в разделе «Иранская мысль и духовность» говорится, что в Иране можно выделить два основных течения мысли в последние десятилетия: 1) хайдеггеровское и 2) эзотерическо-исламское. Хайдеггеровское течение оценивается как более глубокое, но менее плодотворное, чем эзотерическо-исламское. Наиболее ярким представителем хайдеггеровского течения является Ахмад Факрид (1920 г.), который, ко всему прочему, известен тем, что основные свои идеи излагал не столько в виде сочинений, сколько в лекциях, читанных в тегеранском университете. Он получил не только исламское образование, но и западное (modern), изучая сначала во Франции во время своего короткого пребывания бергсонианство, затем в Германии – хайдеггерианство. В своих учебных и многочисленных публичных лекциях и беседах он размышлял об исламской аутентичности перед лицом десакрализации, т.е. потери в философии смысла таинственного, божественного Виновницей всего этого он считает западную мысль, которая, начиная с древних греков, сводила категорию божественного к измерениям дискурсивной рациональности. В итоге, по мнению Фардида, философия приходит к нигилизму.
Второе течение философской мысли в Иране представлено, как уже отмечалось выше, исламским эзотеризмом. Труды С.Х. Насра наиболее полно отражают суть этого течения. Далее в разделе об иранской мысли и духовности дается краткая характеристика его взглядов, намечаются основные контуры его интеллектуального портрета. Он блестящий знаток истории наук, что нашло отражение в его докторской диссертации и многочисленных трудах на эту тему, приобрел в шахском Иране статус полу-университетского, полу-политического деятеля. Благодаря таким известным западным ориенталистом, хотя и различным по направленности, как А. Корбен и Ф. Шуон, входит в тайны исламского эзотермизма, используя при этим и такой момент, как вообще блестящее знание им исламской культуры. Его обращение (постоянное и целенаправленное, избирательное) к ведущим западным, прежде всего французским, ориенталистам обеспечили ему международное признание, но содействовали и некоторому невосприятию его взглядов в самом Иране. Он сторонник суфизма, хотя поддерживал связи с ведущими лидерами шийзма. В 1975 году вместе А. Корбеном он создал в Иране шахскую иранскую академию философии, которая нацеливалась на публикацию работ мусульманских, прежде всего иранских, мыслителей на персидском, арабском, французском и английском языках. Несмотря на определенную сдержанность традиционных улемов, амбициозность своих намерений, институту удалось дать толчок иранским философским исследованиям[732]. Такова характеристика, данная в универсальной философской энциклопедии С.Х. Насру. Нам представляется, что она не в полной мере отражает сложный противоречивый характер его философского творчества, ибо обращенность Насра к исламскому эзотермизму, хотя и представляет важную интенцию его мысли, но далеко не полностью ее выражает. В вышеуказанной классификации философской мысли Насра не учитывается вовсе его двойственное отношение к Хайдеггеру, да и не принимается во внимание та классификация основных течений в иранской философии, которую дает сам Наср, относя себя как мусульманского мыслителя к тому или иному течению.
С.Х. Наср в небольшом по объему, но в весьма содержательном очерке, носящем во многом справочно-библиографический и аналитический характер, «Исламская философия в современной Персии: Обозрение деятельности в течение последних двух десятилетий» (1972) дает широкую панораму философской мысли в Иране в пятидесятые-шестидесятые годы. В Предисловии к этой работе директор средневосточного центра в университете Юта (США) Хосроу Мостови отмечает, что данный труд доктора С.Х. Насра, профессора философии, декана факультета в колледже литературы и гуманитарных наук при Тегеранском университете представляет по сути исследовательскую монографию о положении текущих исламских исследований в Иране. Он дал возможность западным ученым, изучающим Восток в основном по источникам на арабском языке, познакомиться со значительным количеством трудов иранских ученых, написанных как на арабском, так и персидском языках[733]. Не вдаваясь в детальное рассмотрение данного труда Насра, коснемся лишь тех мест в нем, где им дается типология основных течений в иранской философской мысли, его философская самоидентификация и отмечается влияние хайдеггеровской философии на тех или иных иранских философов.
Среди традиционных учителей исламской философии в Иране он выделяет А. Таватабаи., автора множества трудов, в числе которых 20-ти томный коранический комментарий. Среди иранских ученых (для Насра – читай философов, – М.К.), которые получили как традиционную, так и современную (читай – западную, – М.К.) подготовку, он помещает и самого себя, и Ахмада Фаркида[734], которого в универсальной философской энциклопедии, как мы отмечали выше, по сути развели в разные по отношению к Насру интеллектуальные, философские течения. Наср же делит все публикуемые в Иране труды по исламской философии на семь групп:
724
Nasr S.H. Islamic Life and Thought // Albany (N.Y.), 1981.
725
Nasr S.H. Man and Nature: the spiritual crisis of modern man // London, 1976.
726
Nasr S.H. Man and Nature: the spiritual crisis of modern man // London, 1976.
727
Nasr S.H. Metaphysics, Poetry and Logic in the oriental tradition // Sophia perennis 3/2 (Autumn 1977). P. 119–128.
728
Nasr S.H. Islamic philosophy: re-orientation or re-understanding // Eleventh Session Pakistan philosophical congress. Lahore, 1965.
729
Nasr S.H. The meaning and role of “philosophy” in Islam // Studia islamica, vol. 36, 1973. P. 57–89.
730
Nasr S.H. The meaning and role of “philosophy” in Islam // Studia islamica, vol. 36, 1973. P. 57–89.
731
“Allamah Tarbataba” i. Shi’ite islam. Trans. by S.H. Nasr // London and Albany (N.Y.), 1975.
732
Penseé et spiritualité iraniennes // Encyclopedie philosophique universelle. Paris, 1989–1993, tome 1. P. 1636.
733
Nasr S.H. Islamic philosophy in contemporary Persia: A survey of activite during the past two decades // University of Utah, 1972, Preface.
734
Op.cit.. P.8.