XIV
Монтаянские холмы
Аутрич, Маршрут Сарна
Федеративное Содружество
1 июня 3051 года
Как только погасли лучи солнца, темно-красного, непривычно огромного, Кай Аллард скинул с плеч рюкзак. Он прислонился спиной к большому валуну и почесал спину. Увесистые обломки скал окружали площадку, которую Виктор Дэвион выбрал для ночевки. От этого места до пункта назначения оставалось не более получаса ходьбы. Площадка была выбрана удачно – нависающий выступ и многочисленные трещины надежно защищали группу от разведывательного самолета или патрулирующего местность боевого робота.
Слева от Кая Виктор и Гален тоже сняли рюкзаки. Рядом остановились Хосиро и Шин. Наконец Рагнар и Касандра добрались до места. Тут и Сун-Цу подоспел и начал выискивать свободное пространство. Ходил и вынюхивал. Как зверь...
Кай глянул на часы:
– У нас есть запас времени, мы можем отдохнуть здесь до рассвета. Прежде всего надо подкрепиться, потом поспать.
Сун-Цу с презрением глянул на Рагнара и процедил сквозь зубы:
– Эй ты, разведи костер. Кай тут же откликнулся:
– Ни в коем случае. Сун-Цу нахмурился.
– Но ведь кто-то должен заняться костром. Пусть тогда это сделают Кокс или якудза.
– Я сказал – нет!
Рагнар, чтобы снять напряженность, предложил:
– Не беспокойся, Кай. Разведу я костер, в чем проблема!
Кай положил руку ему на плечо:
– Я запретил разжигать костер, потому что мы должны вести себя очень осторожно. – Он указал пальцем на север – там уже стыла непроглядная тьма. – Отблеск костра сразу выдаст наше местоположение. Стремительность и внезапность – вот наши козыри. Я не хочу их лишаться.
Виктор Дэвион, рывшийся в своем рюкзаке, рассмеялся:
– Я знаю, почему ты не рискуешь разогревать паек. Пока бутерброд холодный, с мяса можно соскрести застывший жир. Интересно, сколько лет этой тушенке? Должно быть, припасы лежали на складе со времен Второй войны за Наследство.
– Тогда оставь их для будущего агрессора. Может, вкусив эту прелесть, он тут же уберется восвояси, – с ехидцей сказал Сун-Цу.
Виктор, отлично понявший намек, иронически усмехнулся, потом ответил:
– Если бы в ту войну капелланцы оказали нам хоть какое-то сопротивление, то и этих запасов бы не хватило. А так сразу – бах, и ручки кверху.
Сун-Цу побелел и сделал было шаг в сторону Виктора, однако Гален Кокс тут же выпрямился и холодно посмотрел на Ляо. Тот что-то невнятно буркнул и вернулся к своему мешку. Здесь он опустился на колени лицом к уже зашедшему солнцу и закрыл глаза ладонями. Словно молился...
Кай посмотрел на него и покачал головой. С той поры, как напряжение между Хосиро и Виктором спало и Сун-Цу стало некуда вбивать клинья раздора, он сосредоточился на самом себе.
Боролся с внутренним разладом – это было нелегкое сражение. Кай сразу почувствовал это.
Трудное у Сун-Цу было детство! Постоянно из огня да в полымя! В его душе никогда не было мира. Он постоянно метался – то осознавал себя ожившим богом, по крайней мере воплощением божества; то презирал себя за ничтожество, за мерзость, хлеставшую через край. Но в любом случае самой сладкой, самой греющей душу страстью принца было отыскание виноватых. Кто-то же внес сумятицу в его душу, кто-то навеял подобные мысли, и если первых, назвавших его богом, следовало отблагодарить, то вторым, свергнувшим его в пропасть отчаяния, – отомстить.
Кай одернул себя – Бог с ним, с этим Сун-Цу! Ему еще предстоит с ним наплакаться, зачем сейчас забивать голову дурными мыслями! Он склонился к рюкзаку и уже в следующую минуту, нащупав банку со съестным, забыл обо всем остальном. Кай вытащил ее – это оказалось консервированное мясо с овощами. Высоко подняв в руке свою находку, он громко объявил:
– У меня тушеное мясо с овощами. Никто не желает? Могу обменять. Желательно на сухое печенье. Или на что угодно.
Гален Кокс уныло покачал головой:
– А куска черствого хлеба для меня не найдется? Рагнар с готовностью предложил:
– У меня здесь цыпленок в соусе и с лапшой. Идет?
Кай даже руку опустил.
– Ты хочешь обменять такую вкуснятину? Это единственная пища, которую можно взять в рот. Знали бы мы, когда собирались в экспедицию, что следовало взять с собой!..
Рагнар совсем по-мальчишески смутился:
– А мне не жалко.
Шин достал две консервные банки:
– Рагнар, могу предложить холодную свинину с фасолью. Две штуки.
Тут и Виктор Дэвион заторопился:
– Я тоже дам две банки фасоли и половину плитки шоколада.
– Ох, как богато! – Кай подмигнул Рагнару. – Послушай, ты получил выгодное предложение от принца Федеративного Содружества. Поторгуйся, поторгуйся, глядишь, он набавит цену. Может, даст в придачу целую планету.
– Только будь настойчив, – поддержала брата Касандра. – В последний раз, когда Дэвионы начали возвращать миры, они отвалили капелланам сразу половину их территории.
Все, исключая Сун-Цу, громко засмеялись. Тут же смех стих. Принц Ляо совершенно вышел из себя.
Рагнар пожал плечами.
– Я вовсе не имел в виду Виктора. Если хочешь, Кай, этот цыпленок твой. – Он сделал паузу, потом обратился сразу ко всем: – Может, я самый молодой из вас, но это не значит, что я только вчера родился. Или простофиля, каких свет не видывал. Так что вот мое условие: три банки фасоли и целая плитка шоколада – и жрите этого цыпленка в свое удовольствие.
– Рагнар, – посоветовал Кай, – придержи ты эту банку. Или съешь сам. Лучше съешь, потому что завтра нам выпадет трудный денек, поверь.
Аллард Ляо наконец открыл свою банку и сморщился, отвернул нос, учуяв исходящий оттуда запах. Потом осторожно поставил банку на камень.
– Вот еще что, – добавил он. – Насчет часовых. Сегодня вместо часа на посту придется стоять по два. Сун-Цу – первый, его сменит Рагнар. Потом Касандра, следом я. Встанем затемно, двигаться придется во мраке. Навалимся на врагов, пока они не успели вылезти из своих спальных мешков.
– Нет, – возразил Сун-Цу. – Я не хочу. Я устал. Я не буду первым.
Кай мрачно посмотрел на него:
– Я и исходил из того, кто больше устал. Не думаю, что у тебя сил меньше, чем у Рагнара или Касандры. Просто тебя, когда ты заснешь, не добудишься, так что ты встанешь на пост первым, пока не заснул.