XLIII
Саталис, Свободная Республика Расалхаг
4 января 3052 года
– Огненная Птица-один, я это уже слышал. Я так понимаю, что «Окстола» вы не видите. – Фелан Вульф выругался про себя, потом выслушал оправдания диспетчера и заявил: – Не надо вешать мне лапшу на уши. Еще раз осмотрите местность, он должен быть где-то поблизости.
– Так точно, Дайр Стар! – доложил Керью, однако особого энтузиазма в его голосе не было.
– Где вы, черт вас побрал!– воскликнул Фелан и глянул на вспомогательный монитор, на котором была представлена карта местности.
Земля здесь была удивительная, если не сказать круче... Взбесившаяся какая-то земля! Ладно, залитое лавой после недавнего извержения плато должно быть неровным, изрезанным трещинами, проломами, ущельями. Действительно, передвигаться по такой поверхности нелегко – вот и Дайр Гамма с трудом прихрамывает сзади. Единственный, кстати, кто тащится за ним из всей звезды... Когда же в воздухе минус двадцать по Цельсию, а под коркой плавятся камни, от такой планетки можно ожидать всего, что угодно!.. Если прибавить к этому неожиданные исполинские выбросы перегретого пара, мгновенно остывающего на морозе и осыпающегося игольчатыми кристалликами льда, то картина вообще рисуется жуткая. Струи пара били повсеместно – свет причудливо ломался в этих фантастических фигурах. На этой планетке нельзя было ни на секунду забывать подводить тепло к сенсорным датчикам. Иначе робот тут же ослепнет.
Все доклады о местоположении других роботов его подразделения были отрицательные. Фелан Вульф внутренним чувством угадывал, что все они, водители роботов его звена, кроме Дайр Гаммы – Альфа, Бета, Эпсилон Дайры, – специально держатся сзади. Не могут же они просто так взять и сгинуть в этой льдисто-каменной пустыне!
Почему бы и нет! Точно, специально попрятались... Фелан с горечью подумал: сколько бы Наташа Керенская ни разглагольствовала о необыкновенном духе взаимопонимания и товарищества, которые царят в ее соединении, все там происходило так же, как и в других частях. На поверку много хуже, чем он мог себе представить. Все его подчиненные являлись ветеранами, которые ни в какую не хотели признавать старшинства Фелана. Для них его командирство было крушением устоев. Он был одним из тех, с кем они воевали, и нате, пожалуйста, – теперь он их командир! Они изо всех сил старались навредить ему и, как стороной дошло до Фелана, поклялись подставить его при первом же удобном случае. По-видимому, они решили, что такой случай представился на Саталисе. В тот момент, когда его атаковал вражеский робот «Окстол», они словно сквозь землю провалились. Наверное, водители решили – пусть робот Расалхага разделается с выскочкой и наглым гордецом, который совсем задрал нос после того, как непонятным способом пугнул этих трусов ганзбургцев и принудил их к капитуляции. Еще бы ему их не принудить, когда за плечами мощь всего Клана Волка. Теперь за ним началась охота – это было ясно как Божий день. Не удастся «Окстолу», в дело вступит следующий вражеский робот. На помощь ему надеяться нечего.
Фелан без конца размышлял над тем, как ему поступить. Как усмирить этих буйных, жаждущих войны и крови солдат? Как найти с ними общий язык? Он в какой-то мере понимал их, но расставаться с жизнью ради каких-то метафизических обид ему вовсе не хотелось. Одна надежда на время – оно сгладит, оно излечит. Только со временем он сумеет переломить отношение к себе. Когда это будет? В его положении спешить нельзя, пока же это противостояние пахло кровью.
Вот почему они прячутся. Сгинули в клубах ледяного пара. Соратники, так сказать... На чьи плечи он должен был опираться в трудную минуту.
Гнев не проходил. Мерзкий какой-то, тусклый... Одним словом, пошлый. Это далеко не благородная ярость...
Он глянул на второй монитор, где были показаны повреждения, которые получил его «Волкодав» во время первой стычки. Сбита броня с правой руки. Местами... К счастью, лазерная пушка большого калибра не повреждена.
Вот напасть – и не пожалуешься наверх! Это грозит бесчестьем. Не мог, скажут, разобраться с собственными подчиненными.
С ними, пожалуй, разберешься!.. Руку «Окстолу» он срезал, а что толку, когда, как оказалось, все вооружение у него в грудном коробе расположено. Этакий человекоподобный истукан с тонкими гибкими членистыми ручками.
Фелан еще раз взглянул на карту и переключил сенсорные датчики на инфракрасное излучение. Ландшафт мгновенно переменил цвет на голубовато-лиловый. Паровые выбросы стали желтыми. Алые завитушки горячего воздуха, поднимавшиеся от «Волкодава», напоминали локоны, обрамляющие металлического исполина с волчьей головой. На земле тоже появились багровые и густо-золотистые пятна – там, где подземное тепло прогревало лавовую корку. Самое обидное, что видимость и после переключения датчиков не улучшилась.
Фелан снизил скорость и не спеша направился в сторону ближайшего провала, рубцом разрубившего поверхность. Масса подобных трещин-ущелий вскрывала всю землю – лучшее укрытие для боевых роботов трудно было придумать. Фелану претила сама мысль о том, чтобы позволить «Окстолу» еще раз выстрелить первым. До того раза, как противник с близкого расстояния всадил Фелану заряд из протонной пушки, командор звезды еще считал, что все обойдется – ну, поворчат «старики» и в конце концов вступят в бой. Однако расовая нетерпимость кланов оказалась так велика, что скоро он понял: сразу, махом преодолеть неприязнь к чужаку невозможно.
«Волкодав» начал спускаться в каньон. Из-под левой ноги выскочил крупный угловатый камень, робот покачнулся, однако Фелан сумел удержать равновесие. «Волкодав» оперся левой рукой, потопал левой опорой, наконец перенес на нее вес машины. Камень между тем все еще летел до дна провала. Вот, лег... Наблюдая за ним, Фелан решил – это идея! Что, если взять врага на приманку?
Наклонившись, робот поднял глыбу вулканической породы, зажал ее между большим и указательным пальцами. Фелан навел на камень три своих лазера, уменьшил убойную силу и нажал на спуск.