Милиция
Милиция (militia) — у римлян первоначально обозначение службы солдата-пехотинца (miles), что, в свою очередь, является производным от miles (тысяча, легион). М. подлежал всякий свободный с 17 лет; продолжалась она 20 стипендий или походов — для пехоты, 10 — для конницы, т. е., при постоянных войнах Рима; столько же лет. Гвардия императоров — преторианские когорты — служили сокращенный срок — 16 лет. Заслуженные (emeriti), прослужившие весь срок, отпускались с награждением землями и др., или же, при желании, оставались на службе, и назывались veterani. В императорский период, когда гражданского войска уже не стало, М. потеряла свое единообразие, особенно с введением в войска отрядов варваров.
Со времени учреждения постоянных армий, милицией стали называть войско, формируемое только на время войны, т. е. род ополчения. В мирное время кадров для образования М. или не содержится вовсе, или они содержатся в самом незначительном составе. В последнем случае организованная на таких началах армия наз. милиционной (Швейцария, Сев.-Ам. Соед. Штаты). В России под этим названием было сформировано ополченное (земское) войско в конце 1806 г., в составе 612 тыс. чел., но через год оно было распущено.
М. постоянная, кавказская — части войск, выставляемые населением некоторых племен на Кавказе и в Закаспийской области, а именно: 1) дагестанский конноиррегулярный полк (6 сотен; 21 офицер и 779 нижн. чинов); 2) терская постоянная М. (9 сотен; 18 офиц. и 1026 нижн. чинов); 3) кубанская постоянная М.; 4) дагестанская М. (3 сотни, 9 офиц. и 549 нижн. чинов); 5) карская (3 сотни; 6 офиц. и 318 нижн. чинов); 6) батумская (одна конная и две пешие сотни; 6 офиц. и 318 нижн. чинов); 7) туркменская, Закаспийской области (8 офиц. и 304 нижн. чинов); 8) земская стража сухумского отдела (10 урядников и 160 всадников). Все эти части несут преимущественно местную службу. Главное отличие М. от войск регулярных и казачьих состоит в том, что они составляются из лиц невоеннообязанных, а поступающих на службу добровольно.
Милле
Милле (Жан-Франсуа Millet, 1814 — 74) — французский живописец деревенского быта. Сын крестьянина, он провел свою юность среди сельской природы, помогая отцу в его хозяйстве и полевых работах. Только в 20 лет он начал учиться рисованию в Шербурге у малоизвестных художников Мушеля и Ланглуа. По совету последнего и на собранные им средства, прибыл в 1835 г. в Париж, где поступил в ученики к П. Деларошу, но через два года бросил своего наставника и, женившись, стал зарабатывать изображениями нагих женщин в духе Диаза, пастушек, пастухов или купальщиц во вкусе Буше и Фрагонара. Первые картины, выставленные им в парижском салоне «Урок езды» (1844), «Молочница» (1844), «Эдип, привязанный к дереву» (1845) и «Иудеи в плену вавилонском» (1845), были нисколько не лучше заурядных продуктов господствовавшего тогда направления франц. живописи. Но с 1848 г. он прервал всякую связь с этим направлением и, переселившись из Парижа в Барбизон, близ Фонтенбло, почти никуда не выезжая оттуда и даже редко являясь в столицу, предался исключительно воспроизведению сельских сцен, близко знакомых ему в молодости, — крестьян и крестьянок в различные моменты их трудовой жизни. Картины его в этом роде, несложные по композиции, исполненные довольно эскизно, без выделки частностей рисунка и без выписки деталей, но привлекательные по своей простоте и неприкрашенной правде, проникнутый искренней любовью к рабочему люду, долго не находили себе должного признания у публики. Он стал входить в известность лишь после Парижской всемирной выставки 1867 г., которая принесла ему большую зол. медаль. С этого времени его репутация, как первоклассного художника, внесшего новую, живую струю во французское искусство, быстро возрастала, так что под конец жизни М. его картины и рисунки, за которые некогда получал он очень скромный деньги, продавались уже за десятки тысяч франков. После его смерти, спекуляция, пользуясь еще более усилившейся модой на его произведения, довела их цену до баснословных размеров. Так, в 1889 г., на аукционе коллекции Секретала, его небольшая картина: «Вечерний благовест» (Angelus) была продана американскому художественному товариществу за сумму свыше полумиллиона франков. Кроме этой картины, к числу лучших произведений М. на сюжеты из крестьянского быта принадлежат «Сеятель», «Бодрствование над спящим дитятей», «Больное дитя», «Новорожденный ягненок», «Прививка дерева», «Конец дня», «Молотьба», «Возвращение на ферму», «Весна» (в Луврском музее, в Париже) и «Собирательницы колосьев» (там же). В музее Имп. акд. худ. в СПб., среди картин Кушелевской галлереи, имеется образец живописи М. — картина «Возвращение из леса».
Л. С — в.
Милль
Милль (Джон Стюарт) — сын Джемса М., известный английский мыслитель и экономист (1806 — 1873). С 3-х лет М. стал изучать под руководством отца греч. язык, с 6ти лет писал самостоятельные исторические работы, а к 12-ти годам, основательно познакомившись с важнейшими греческими и римскими авторами, приступил к изучению высшей математики, логики и политической экономии. Его воспитание закончилось к 14 годам. Такое преждевременное умственное развитие привело к сильному переутомлению и подготовило душевный кризис, который едва не привел М. к самоубийству. Большое значение в его жизни имела поездка в Южную Францию в 1820 г. Она познакомила его с французским обществом, с французскими экономистами и общественными деятелями и вызвала в нем сильный интерес к континентальному либерализму, не покидавший его до конца жизни. Около 1822 г. М., с несколькими другими молодыми людьми (Остином, Туком и др.), горячими последователями Бентама, образовал кружок, названный «утилитарным обществом»; при этом был впервые введен в употребление термин «утилитаризм», получивший впоследствии широкое распространение. В основанном бентамистами органе «Westminster Review» М. поместил ряд статей, преимущественно экономического содержания. В 1830 г. он написал небольшую книгу: «Essays on some unsettled Questions in Political Economy» (изд. в 1844 г., имела 2 изд.), в которой содержится все оригинальное, созданное М. в области политической экономии. К этому же времени относится перелом в жизни Милля, который он так ярко описал в своей «Автобиографии». В результате, М. освободился от влияния Бентама, потерял прежнюю уверенность во всемогуществе рассудочного элемента в частной и общественной жизни, стал больше ценить элемент чувства, но определенного нового миросозерцания не выработал. Знакомство с учением сенсимонистов поколебало его прежнюю уверенность в благотворности общественного строя, основанного на частной собственности и неограниченной конкуренции. В 1843 г. он издал «А System of Logic» (10 изданий) — наиболее оригинальное его произведение, до сих пор вполне сохранившее свое значение; в 1848 г. — «Principles of Political Economy» (6 изданий); написал также множество журнальных статей, посвященных самым разнообразным вопросам философии, политики, экономии и литературы. В течение нескольких лет самостоятельно издавал радикальный журнал: «London and Westminster Review». С 1841 г. состоял в переписке с Ог. Контом, философские и социологические взгляды которого оказали на него глубокое влияние. Из позднейших сочинений М. замечательны «On Liberty» (1859, 3 издания) — едва ли не самая блестящая в новейшее время защита свободы в общественной и частной жизни; «Utilitarianism» (1861, 3 издания) — книга, имевшая большой успех в публике, но одно из самых слабых произведений М. в логическом отношении; «Considerations on Representalive Governement» (1861, 3 издания); «An Examination of sir W. Hamilton's Philosophy» (1865, 5 изданий) — критический разбор философии Гамильтона, вместе с изложением собственных воззрений автора; «The Subjection of women» (1869, 4 издания), написанное в защиту женского равноправия. После смерти М. напечатаны его «Autobiography» (1873) и «Chapters on Socialism» («Fortnightly Review», 1872). В качестве политического деятеля М. выступает с 1865 г. как представитель Вестминстерского округа в палате общин; раньше он не мог быть членом парламента, так как состоял на службе в остиндской компании. В палате М. настаивал на необходимости эвергичных мер помощи ирландским фермерам. В 1868 г. М. потерпел поражение при новых выборах, вызванное, по его мнению, публичным заявлением его сочувствия известному атеисту Брэдло. В жизни М. огромную роль играла любовь к м-с Тэйлор, знакомство с которой, по его словам, было «величайшим счастьем его жизни». Он получил возможность жениться на ней только после 20-летнего знакомства, но уже через 7 лет после замужества она умерла. В посвящении к своей книге «On Liberty» М. говорит, что жена была вдохновительницей и отчасти автором всего лучшего, что было в его сочинениях; но эта оценка роли м-с Тейлор в литературной деятельности М. сильно преувеличена. В самом крупном его труде, «Система логики», м-с Тэйлор не принимала никакого участия; несомненно, однако, что она повлияла на многие главы его «Политич. экономии» и что ей, до известной степени, следует приписать социалистическую окраску этой книги. Единственное соч. М., принадлежащее его жене столько же, сколько и ему самому — это книга «О подчиненности женщин». В области философии самым замечательным произведением М. является его «Система логики». Логика, по словам М., есть теория доказательства. Психология устанавливает законы, по которым в нашем духе возникают и группируются чувства, представления и идеи, а логика должна установить ясные и несомненные правила для различения истины от лжи, верных умозаключений от неверных. Критерием истины является опыт; истинным умозаключением можно назвать только такое, которое строго согласуется с объективной реальностью, с фактами. Все наше знание имеет опытное происхождение. Априорных истин, независимых от опыта, не существует. Математические аксиомы, несмотря на то, что отрицание их кажется нам немыслимым, возникают точно также вследствие опыта, а немыслимость отрицания их зависит только от их всеобщности, а также от простоты и несложности восприятий пространства и времени, с которыми имеет дело математика. Опыт и наблюдение являются основанием не только индукции, т. е. умозаключения от частного к общему, но также и дедукции, т. е. умозаключения от общего к частному. С чисто формальной стороны в большой посылке силлогизма уже содержится заключение, и потому силлогизм не расширял бы нашего знания, если бы при построении силлогизма мы действительно исходили из общих положений. На самом деле при всяком дедуктивном выводе мы заключаем не от общих, а от частных положений. Когда я умозаключаю, что я смертен, потому что все люди смертны, то истинным основанием моего умозаключения является наблюдение, что все люди, жившие раньше меня, умерли. Вывод делается не из общего положения, а из отдельных частных случаев, бывших объектом наблюдения. Таким образом, и в силлогизме источником нашего знания остается опыт и наблюдение. Главную заслугу М. составляет разработка теории индукции. Он устанавливает четыре метода, посредством которых индуктивным путем можно найти причину данного явления: методы согласия, различия, остатков и сопутствующих изменений. М. не принадлежит, однако, к числу неограниченных приверженцев индуктивного метода, как большинство английских философов эмпирической школы. Напротив, по мнению М., самым могучим орудием открытия истины является дедуктивный метод, лучшим примером которого может служить открытие Ньютоном силы тяготения. Индукция неприменима ко всем более сложным случаям, когда несколько сил действуют одновременно и ни одна из них не может быть исключена. При таких условиях необходимо прибегнуть к более сложным приемам: закон действия каждой отдельной силы изучается порознь, затем делается вывод комбинированного действия их всех, и заключение поверяется наблюдением. Это и есть тот дедуктивный метод (слагающийся из трех частей — индуктивного исследования, вывода и поверки), который более всего содействовал успехам науки; всякая наука стремится сделаться дедуктивной, но только астрономия и физика достигли этой стадии, прочие же находятся еще в состоянии эмпиризма. «Система логики» не проложила новых путей в области мысли, не открыла новых горизонтов для науки; даже в теории индуктивного исследования, составляющей, по общему мнению, самую ценную часть книги, М. отчасти развивает мысли других, в особенности Гершеля, статьи которого о том же предмете вышли в свет незадолго до появления книги М. и сильно повлияли на последнего. Тем не менее, в этой книге меньше чем в других произведениях М. обнаруживается его обычный недостаток — эклектизм. Главное достоинство «Логики» М. заключается в научном духе, которым она в высокой степени проникнута; влияние ее не ограничилось философскими кружками, но распространилось и на ученыхестествоиспытателей, среди которых многие ценили эту книгу очень высоко. Из социологических работ М. самая крупная — «Основания политической экономии». Как экономист, М. является учеником и продолжателем Рикардо, но без той силы анализа, которая отличала последнего. Вместе с тем, М. находился под сильным влиянием Ог. Конта и французских социалистов школы Сен-Симона и Фурье. В своем курсе политической экономии М. сделал попытку — нельзя сказать, чтобы вполне удачную — примирить все эти разнородные направления. По основным теоретическим вопросам М. остается верен своим главным учителям, Рикардо и Мальтусу; он принимает все важнейшие теории Рикардо — его учение о ценности, заработной плате, ренте, — и вместе с тем, согласно Мальтусу, признает опасность неограниченного размножения населения. Наиболее важное дополнение М. к теориям Рикардо заключается в его учении о ценности товаров в международной торговле. Под влиянием французских социалистов М. признал преходящий характер неограниченной конкуренции и частной собственности. Законы политической экономии М. делит на два разряда: законы производства, не зависящие от нашей воли, и принципы распределения, определяемые желаниями и мнениями самих людей и изменяющиеся в зависимости от особенностей социального строя, вследствие чего правила распределения не имеют того характера необходимости, который свойственен законам первой категории. Разделение принципов политической экономии на необходимые и исторически изменяемые сам М. признавал своей главной заслугой в области экономической науки; только благодаря такому разделению он избежал, по его словам, тех безотрадных выводов относительно будущности рабочего класса, к которым пришли его учителя — Рикардо и Мальтус. Но, как справедливо заметил Чернышевский, М. не выдерживает этого разделения на практике и в законы производства вводит исторические элементы. И действительно, общественные отношения несомненно являются одним из факторов производства; с другой стороны, мнения и желания людей, устанавливающие способы распределения, в свою очередь составляют необходимый результат данного социального строя и способов производства. Поэтому, принципы распределения и законы производства одинаково исторически необходимы; устанавливаемое М. различие представляется излишним. Стремясь примирить учение Мальтуса с требованием социальных реформ, М. приходит к заключению, что лишь те реформы могут быть действительны, которые задерживают размножение населения. К числу таких реформ М. относит мелкое землевладение, распространение которого он горячо рекомендовал своим соотечественникам. Что касается социализма, то М. признает его осуществимость в отдаленном будущем, когда духовная природа человека достигнет большего совершенства, но в ближайшем будущем он не считает ни возможным, ни желательным стеснение свободы деятельности частных лиц и устранение частной инициативы. Несмотря на отсутствие определенной и последовательной руководящей мысли, «Основания Политич. экономии» являются и до настоящего времени одним из лучших курсов экон. науки, по ясности изложения и полноте содержания. Вообще сила М. заключается не в установлении новых оригинальных взглядов; он был талантливым и ясным систематизатором и популяризатором, и этим объясняется успех его произведения. Обладая редким критическим тактом, М. сумел избежать односторонности более оригинальных и сильных творческих умов, под влиянием которых он находился; но в качестве эклектика он не создал новой школы и только содействовал распространению научного отношения к вопросам общественной и индивидуальной жизни. На русскую экономич. литературу М. оказал огромное влияние; большинство наших общих курсов политической экономии заимствуют от него общий план изложения и многие частности. Методологические воззрения М. также восприняты большинством наших экономистов и юристов. Все сочинения М. (Кроме «Chapters on Socialism») переведены на русский яз.: «Логика» — Резенером, «Основания Полит. Экон.» — Чернышевским, «О свободе» и «Утилитаризм» — Неведомским, «Представительное правление» издано Яковлевым, «Гамильтон» — Тибленом. Кроме того на русский язык переведена книга М. об Огюсте Конте («Aug. Comle, and the Positivism», 1865) и сборник его мелких статей («Dissertations and Discussions», 1859 — 867). Автобиография переведена в сильно сокращенном виде. Важнейшая литература: L. Reybaud, «J. S. Mill» («Revue des deux Mondes», 1855); F. A. Lange, «Mills Ansichten fiber die sociale Frage» (1865); Taine, «Le positivisme anglais» (1865); Em. Litlre, «Aug. Cornte et Stuart Mill» (1866); A. Bain, «J.-S. Mill, a criticism» (1882); W. Courtney, «Life of J.-S. Mill» (1889); Th. Gompers, «J.-S. Mill» (1889); James Bonar, «Philosophy and Polilical Economy» (1893); примечания Н. Чернышевского к его переводу «Полит. Экон.» М.; М. Н. Рождественский, «О значении Милля» (1867); Н. Бунге, «Ст. М., как экономист» — статья, напеч. в первый раз в 1867 г., перепечатанная в «Очерках политико-экономической литературы» (1895); Россель, «Джон Ст. М.» — ряд статей в «Вестнике Европы» за 1874 г.; М. Туган-Барановский, «Дж. Ст. Милль» (1894); «Джон Стюарт М.», вступительная статья А. Миклашевского к сокращенному переводу «Полит. Экономии» Милля (1895).