Они странствовали вместе, прося подаяния. В Одиссе они продали бывшего царя, о чем рассказано в истории Дарики. После этого Луйипа и бывший министр вдвоем пришли в Джинтапуру, город, где царь был буддист. Они пошли к женщине, торгующей вином. Луйипа сказал торговке: "О почтенная, не купите ли вы этого мужчину?" "Пожалуй, - сказала женщина, оглядев брахмана. - Сколько ты хочешь?" "Триста золотых". Она заплатила и отправила брахмана в дом. "За такую цену пусть он спит один, - сказал, уходя, Луйипа. - И отпусти его, когда он вернет тебе деньги".
Брахман был очень счастлив, продавая вино, и мало-помалу стал фактическим главой всего дела. Но однажды после работы ему не принесли поесть. Настала ночь, он, как обычно, отправился спать в сад, но торговка все не слала ему обед. Когда она наконец вспомнила про него, посланный слуга вернулся и сказал, что видел, как тело брахмана сияло, а пятьсот прекрасных девушек делали ему различные подношения.
"Я совершила великий грех, заставляя Вас работать двенадцать лет, - сказала торговка, придя в сад к брахману. - Пожалуйста, останьтесь здесь, чтобы я могла следующие двенадцать лет исправлять свою ошибку! Все будут почитать Вас и делать Вам подношения".
Мастер не принял предложения бывшей хозяйки, но объяснил ей и окружающим Дхарму и дал наставления, как практиковать. Затем он с семьюста последователями ушел в ясный свет.
Поскольку он шелушил у торговки рис, он стал известен под именем Тенгипа. Обычно он говорил так:
Сначала Тенгипа бормотал Веды,
потом отправился шелушить рис.
Он делал все это аккуратно,
собиpая его в гоpсти pукой,
и темный рис очищался
под ударами наставлений учителя.
Он истолок все неверные действия
пестиком знания Ваджры
и возник в сиянии луны и солнца
из пустоты внутри ступки.
Он вбил друг в друга Согласие и Отказ
и взбил все застывшие идеи звуком ХУНГ.
Возникло масло великой pадости,
И он насладился вкусом недвойственности.
Тенгипу продали торговке вином, чтобы он преодолел привязанность к своей касте; купив его, торговка освободила брахмана от гордости и высокомерия.
-----------
32. БХАНДХЕПА.
-----------
"Бхандхепа" означает "тот, кому удалось удержать бога изобилия". Он жил в Шравасти, учился у Кришначари и писал тангки. Однажды, пpебывая на небе, он увидел архата, бредущего по небу. Тот был в монашеской одежде, с посохом, дорожным узлом и зонтиком. Аpхат был сияющим и величественным. Озадаченный, Бхандхепа спросил Вишвакармана: " О благородный, кто этот удивительный человек, странствующий по небу в таком виде ?"
" Это святой архат, устранивший все заблуждения", - ответил Вишвакарман. Полный решимости стать хотя бы чем-то похожим, Бхандхепа вернулся в Джамбудвипу. Он попросил Кришначари быть его наставником и получил у него инициацию в мандалу Гухьясамаджи и наставления по Четырем Неизмеpимостям в качестве йогической защиты.
Взрастив в медитации плоды сострадания, любви, дpужелюбия и равного отношения к вещам, он освободился от ядов заблуждения и ложных воззрений. Он достиг сиддхи Махамудры и стал известен, как йоги Бхандхепа. Когда Вишвакарман однажды проведал его, Бхандхепа сказал:
Видение без восприятия,
медитация без остановки потока
делать, как мать и отец,
и результат как небо.
Эти четыре передо мной без различий,
но что останется, если мы ошибемся ?
Посмотри, как нужна опора на гуру,
на мастера чудес.
Четыреста лет Бхандхепа учил Дхарме, доставляя огромное удовольствие несчетным живым сущствам в шести великих царствах Шравасти. Затем вместе с четырьмя сотнями последователей он в своем теле ушел в ясный свет.
--------------
33. ТАНДХЕПА.
----------
Тандхепа, "игрок в кости", был выходцем из низкой касты в Каусамби. Растратив свое наследство, он остался без гроша. Не в силах остановиться, он продолжал выбрасывать кости, хотя уже давно никто не подходил к нему поиграть, и все сторонились его. Удрученный, он наконец отправился на кладбище и остался там.
Проходивший мимо йогин спросил, что он делает здесь, и Тандхепа ответил: " Я играл в кости, но удача ушла от меня. Мой ум и тело измучены, и я остался здесь". " Может быть, Дхарма выручит тебя ?" " Я не могу оставить игру, - сказал Тхандхепа, - но если учение не заставит меня остановиться, я согласен". Йогин дал ему посвящение и такие наставления:
" Медитируй, как опустошаются тpи миpа так же, как опустошается твой кошелек, когда ты игpаешь в кости. Медитиpуй, что твой ум пуст так же, как пусты тpи миpа".
Как поймать случай в партии в кости,
так ты можешь схватить истинное прозрение.
Ты должен вбросить себя в тело Дхармы,
как выбрасываешь кости, или с большим отчаянием.
Радость придет, это так же верно,
как то, что ты спишь на кладбище.
Медитируя согласно этим наставлениям, Тандхепа растворил все комплексы трех миров в свете Дхармакайи. Он обрел прямое понимание того, что собственной природы нет ни у одной вещи. Обретя плод Махамудры, он произнес такие стихи:
Если бы нужда и бедствия миновали меня,
как бы я вступил на путь освобождения ?
Если бы я не принял всем сердцем помощь учителя,
как бы я достиг высшего сиддхи ?
Говоря так, он в своем теле поднялся в воздух и ушел в ясный свет.
------------
34. КУККУРИПА.
-----------
Однажды в Капилашакру один из брахманов обратился к Алмазному пути. Он принял образ жизни йогина и странствовал, прося подаяния. На дороге в Лумбини он увидел маленького щенка, суку, видимо, умиравшую от голода. Исполнившись сострадания, брахман решил взять ее с собой. Оглянувшись вокруг, он спрятал собаку в небольшой пещере, а сам пошел найти что-нибудь поесть. Тем временем ему пришла мысль остаться практиковать в этом месте.
За двенадцать лет он достиг миpских сиддхи, таких, как ясновидение и так далее, и был пpиглашен тридцатью тремя богами на небо. Он отправился. Оставшись без хозяина, собака продолжала жить в пещере, и вода и пища для нее появлялись сами по себе.
Боги прекрасно встретили брахмана, но, как бы его ни увлекало их гостеприимство, он время от времени вспоминал о собаке, которую когда-то подобрал и выходил. Он захотел вернуться. Боги пытались удержать его у себя, говоря: " Достигнув Вашего уровня, было бы неверно сохранять иллюзорные идеи, как, например, мысли о собаке. Вам следует остаться". Они вновь и вновь говорили так и возвращали его с полдороги.