Глава 3

Москва. Особняк рода Кошкиных. Званый приём.

Приём был организован спешно, но собралось на него весьма много людей и, как правило, патриархи со своими наследниками либо сами наследники.

Банкетный зал рода Кошкиных был огромен и способен вместить до трёх сотен гостей, однако в этот раз ограничились двумя сотнями. Но, учитывая слуг, носящихся по залу, людей было вдвое больше. И тесно никому не было, даже наоборот. Имелись столы с деликатесами, за которыми попросту никого не было. Или же можно было уединиться и посидеть в тишине в зоне отдыха.

Основная часть приёма ещё не началась, поэтому гости могли поговорить друг с другом, обсудить дела, наладить знакомства и многое другое.

За что ценились подобные приёмы, это за возможность собраться с другими аристократами и поговорить. И это лишь кажется пустяком, но именно на таких приёмах заключается не менее половина всех крупных сделок и договорённостей. Налаживаются важные связи, решаются проблемы и многое другое.

От того, чем больше людей может собрать род на своём приёме, тем более влиятелен он. И Кошкиных по праву можно было считать весьма влиятельными.

И вот началось то, ради чего пришла большая часть гостей. На небольшую сцену, где ранее выступали музыканты, вышел высокий и стройный черноволосый мужчина.

Люди сразу же замолчали и начали стекаться к сцене, и, когда тех собралось достаточно, тот заговорил:

— Я рад всех вас видеть на нашем скромном приёме, — в ответ кто-то тихо рассмеялся. Слово «скромный» здесь явно было не к месту. Всё было организовано лучшим образом, а напитки и еда лишь лучшие. — Мы ещё не объявляли о причинах приёма… Но сперва я хочу позвать свою дочь.

В этот момент в конце зала открылась дверь и внутрь вошла женщина, выглядящая на тридцать пять, и молодая девушка, в которой легко можно было узнать черты патриарха рода Кошкиных. Уж очень она была похожа на своего отца. Но при этом невероятно красива.

Люди тут же не постеснялись внимательно разглядеть её, пока она шла к сцене через весь зал. Причём взгляды были оценивающие, будто выбирают лошадь, на которую можно сделать ставку.

Как и отец, она была темноволосой и стройной. Можно даже сказать изящной, и чёрное приталенное платье великолепно подчёркивало фигуру.

Грудь у девушки была небольшая, около второго размера, но с идеальными и очень длинными ножками картина вырисовывалась шикарная. Казалось, что идеальнее и быть не может. Всё на своих местах.

Но больше всего привлекали лицо и большие голубые глаза. Девушка могла полноправно называть себя красавицей. А макияж подчеркнул тонкие черты лица, небольшие, но красивые губы, придал немного аристократической бледности.

Дочь патриарха вышла на сцену и встала по левую от отца руку, а женщина, что её сопровождала, по правую.

— Думаю, все вы знаете мою дочь, Валерию, — заговорил патриарх, и девушка слегка поклонилась, выражая почтение гостям. — И этот приём в её честь. Всё же не каждая девушка в свои двадцать получает шестой ранг.

Зал взорвался! Но не взрывом от бомбы, а от гула голосов. Всё же это была весьма… приятная новость. Лера и раньше считалась талантливой одарённой, но теперь это не просто талант. Это потенциальная жена, которая гарантированно родит сильных детей.

Таковы уж гены Кошкиных, их дети всегда похожи на своих отцов и при этом обладают потрясающим талантом к развитию!

— А теперь почему бы молодёжи не повеселиться и потанцевать, а нам старикам не поболтать? — заулыбался патриарх, и на сцену вновь поднялись выходить музыканты.

— Леди, позвольте пригласить вас на танец? — заговорил светловолосый парень, причём хорошо сложенный.

— С удовольствием, — скрыв грусть, Лера улыбнулась и сошла со сцены. Остальные же лишь завидовали. Но таким был обычай Кошкиных, очередь задаётся рангом рода. И род блондина имел седьмой ранг в городе Москва.

В отличие от рангов одарённых, здесь всё шло от обратного. Первый хорошо, а сто и ниже совсем плохо. Кошкины были на двадцать седьмом ранге.

Однако также имелся общеимперский ранг, но об этом потом.

— Вы очень красивы, и это не лесть, а констатация факта, — улыбался парень, кружа девушку в вальсе. Но вокруг были и другие люди. Всё же у Кошкиных далеко не одна дочь… Да и некоторые аристократы предусмотрительно привели своих дочерей.

Грубо говоря, вывести их в свет и показать людям, чтобы те имели ввиду, что у такого-то рода есть такая-то невеста. Это широко распространено, и всеми приветствуется.

— Спасибо, вы очень любезны, — Лера формально улыбнулась, но не более, давая понять, что не заинтересована в парне. Однако это ничего особо не значит, решение о свадьбе будут принимать патриархи. И весьма задорого.

Так и продолжался банкет. Лера танцевала и танцевала, можно сказать, переходя из рук в руки, даже без возможности передохнуть. И вот очередь перешла крепкому и уверенному в себе парню с взглядом хищника.

— Я вас раньше не видела, вы не местный? — поинтересовалась девушка, уже танцуя с этим парнем.

— Тигров Константин Максимович, я из Хабаровска. Приехал сюда надолго, буду заниматься нашими заводами, — он приятно улыбался и был весьма обходителен, так как умел обращаться с девушками. Богатый опыт. И это несмотря на возраст в двадцать три года.

— Хабаровск? Далеко, — Лера сдержала удивление и окинула быстрым взглядом зал, высматривая лишь высоких людей. И нашла!

Это была молодая девушка девятнадцати лет, высокая, более метра восьмидесяти. Женственная и элегантная, а также с очень большой грудью. Но всё же внимание привлекло лицо…

— Копия Саши! — осознала Лера, но вида не подала.

— Очень и при этом недалеко находится знаменитый Сахалинский улей и Монгольская пирамида. Но мой род храбро на протяжении веков защищает как город, так и окрестности, поэтому мы и первые в городском ранге, — говорил он с гордостью, но без надменности, чтобы не отпугнуть.

— Первые, да? За счёт Медведевых первые! — мысленно ругалась девушка. Ответила же совершенно иными словами. — Аж жутко становится при упоминании Пирамиды. Фильм смотрела.

— Поверьте, фильм и половины тех ужасов не демонстрирует… Чудовища из пирамиды ужасают и проходят тысячи километров.

— Верю… — глаза Леры неожиданно засверкали. — Константин, а расскажите побольше о своём роде?

— С удовольствием! — парень расплылся в довольной улыбке и до конца танца рассказывал о том, какой у них бизнес, как нынче легко вести дела и как вообще деньги рекой текут. Ну и многое другое.

Однако танец всё же закончился, и подошла очередь другого… Но Лера вежливо отказалась, сославшись, что скоро упадёт от усталости и направилась в женскую компанию.

Многих она знала, поэтому просто поздоровалась, а с новенькими познакомилась и вот дошла очередь до Тигровой Анны. Но та была не в настроении.

— Вы из Хабаровска, да? — Лера мило улыбалась, а Аня выглядела серьёзной и даже расстроенной.

— Да.

— А можете мне на ушко, по секрету рассказать, какой вы пользуетесь косметикой? Мне очень нравится ваша помада.

Анна слегка удивилась, но решила сделать это, но вдруг услышала голос Валерии.

— Твой брат, Саша, в порядке. Он вернулся. Сейчас в Академии и ищет способ спасти тебя, — тихо говорила Лера, и на миг лицо Анны дрогнуло. Но та быстро нацепила улыбку.

— Косметика самая обычная. Но если хотите, у меня с собой есть, только нужно сумочку получить свою.

— Очень хочу попробовать! — Лера едва в ладошки не захлопала. На публику, конечно же, поэтому они уединились, вежливо отвадив дам, которые хотели пойти с ними. И вот, вскоре они оказались наедине перед зеркалом.

— Как он? — стараясь вести себя естественно, улыбаясь, спросила Анна, а внутри всё горело. Сердце же хотело выпрыгнуть.

— Смог закрыть семиэтажное подземелье. Круче него только яйца. А ещё обещал жениться на мне. И чтобы сделать это, станет настолько крутым, что даже мой род признает его, — кратко описала Лера, подкрашивая губы помадой Анны.

— Вот как… — девушка позволила себе облегчённо вздохнуть и счастливо заулыбаться. — Спасибо. Если сможешь, передай ему, что я в порядке. Медведевых так просто не взять.

— Ваша помада мне больше нравится, — громко заговорила Лера, не оборачиваясь. Анна этого не видела, но к ним приближались люди. Однако быстро сориентировалась и поддержала девушку. Вот только за остаток приёма поговорить у них больше не вышло…

***

Хабаровск. Академия. Кабинет директора.

Голова шла кругом. Устал. Задолбался. А ещё очень хочу крови! И, к счастью для людей, вокруг меня не их крови. Хватит крови гоблинов, чтобы взбодриться. Спать хочу, кабздец!

— Да, вот так и закидали его гранатами, — ворчал я, задолбавшись отвечать на вопросы и рассказывать, как мы справились. — Ну а потом выманили в коридор и напали с двух сторон. Последствия этого видел лекарь Академии. Едва рук не лишился.

Рыжеволосый мужчина из канцелярии, точнее, главный из них, а всего их было четверо, с недоверием посмотрел на меня и вздохнул.

— Если не верите, у меня сохранились его рунные клинки. Лежат они в пространственной сумке, поэтому и сохранились после уничтожения подземелья, — тут бровь директора дрогнула, а мужчины немало удивились. Я же пожал плечами. — Добыча из сундуков.

— Вы весьма… удачливы. Столько первоклассной добычи… — рыжий посмотрел на меня, а я на него. И мы могли бы долго играть в гляделки, но лично я хочу побыстрее закончить и завалиться спать.

— А вы хоть раз были в только что эволюционированном подземелье? — окинул взгляд рыжего и остальных. А вот директор, оказалось, был, и он активно закивал. — Большая часть монстров рванула на верхние этажи. Сундуков валом, и какой ни откроешь, сразу по шею в сокровищах.

— Предлагаю прекратить, думаю, Александр уже всё рассказал и даже больше, чем от него требуется, — вмешался директор. Дядька, как обычно, был суров и своим взглядом мог успокоить даже дикого зверя. Вот и инспектора успокоились.