Глава 6

Иногда так не хватает возможности просто взять и развеяться на девственной природе, пройтись под руку с красавицей, выгуливая свои самые лучшие шмотки, чтобы проветрить голову и обрести душевное спокойствие. И сегодня она у меня появилась.

Я пригласил Миори на прогулку, закончив раздавать указания и наблюдать за тем, как гоблины дружной гурьбой шатаются повсюду с одними лишь им понятными задачами: поесть, поспать, покряхтеть от удовольствия, помыть фертильное хозяйство в ручье и там же сразу согреться у разожжённого костра. Будни рядовых членов моего племени просты и непритязательны. Впрочем, общими стараниями удалось немного привить им желание личного роста.

Гоблинши стали чуть более избирательны, предпочитая тех гоблинов, кто посильнее, повыносливее и посолиднее. А такие у нас либо те, кого я с помощниками выделил, дав имена, либо те, кто пристроен и показывает своим трудом, что ему горы по колено. Так что все активно красовались друг перед другом, пытаясь выделиться из общего фона и доказать, что они не просто гоблины, а альфагоблины.

Похожая ситуация была и у гоблинш. Всем хотелось, чтобы рядом с ними был сильный или выдающийся гоблин. На Шрама, Спартака и Болта желающих было с избытком. И их всячески пытались девушки привлечь.

Негласные соревнования между собой с учётом всеобщего счастья, что, к моей удаче, до сих пор не снизилось, привели к повышенной продуктивности. Гоблины стали валяться под кустами без дела гораздо меньше. В основном занимались поиском материалов, сбором съедобных вкуснях в корзины, изучением секретов пересадки растений, вырезанием деревянных палок-заготовок под копья…

В общем, работали бодро. Все от усердия даже языки вываливали. Счастье и временный достаток, прогресс и безопасность подавили врождённую гоблинскую лень, а мой авторитет и показательный пример недолгой и несчастной жизни предателей-бунтовщиков убедили их отвлечься от идей расизма. Получается, оба расовых недостатка временно нивелированы. Но глобально…

Уверен, отголоски этих особенностей гоблинов создадут мне немало проблем. Особенно если мы окажемся в застое, когда угроз вокруг хватает, а прогресса и радостных событий нет. На дистанции лень с расизмом придётся искоренять культурно и идеологически.

А ещё нужно поскорее изобрести колесо и тачки. Но сперва от муравьёв надо отбиться…

В ближайшие несколько дней нам скучать не придётся. С Дионисом или без него — неважно. Он может сколько угодно молчать и обижаться на меня за то, что я победил его в теологической баталии, будучи «в хлам» из-за его же уловки. Мне всё равно.

Я сделаю всё возможное и даже невозможное для победы. Это ведь в моих интересах. И речь даже не в нашем договоре и проходе в первую половину чемпионов по итогам года. Речь в целом о турнире. Не люблю проигрывать. И сожаления тоже ненавижу.

Мы вышли после обеда. По плану мы должны были проверить окрестности и вернуться к сумеркам. На деле — как получится. Все мы знаем, как порой затягиваются короткие разведки на несколько часов. И достаточно свежо в памяти то, к какому бардаку приходит поселение, когда меня нет несколько дней подряд.

Так что мы взяли с собой небольшие плетёные корзины, просунули руки через кожаные лямки и закинули их на спины. Внутри немного еды, книга, верёвка, бурдюк для воды, другие инструменты для выживания вроде кресала. Ну и Миори взяла лук со стрелами и целую связку заготовок. Будем по ходу дела пополнять боезапас и учиться ремеслу.

Наша цель очень простая — западное озеро. Продолговатое, весьма большое по размеру. И находится оно не слишком близко. Судя по всему, я прошёл в его направлении максимум половину пути.

Южное озеро было даже перспективнее, так как ближе. Но те синешкурые желтопузы на севере имели среди прочих вещей сахарный тростник. Я не великий биолог и географ, да и это может быть какой-то местный родственник нашего земного растения, но для его произрастания точно нужно много влаги и жаркий климат. Ну, или хотя бы постоянно тёплый, с большим количеством солнца.

Мы сейчас не в тропиках, но и не на севере — какое-то пограничье умеренного пояса и субтропиков. Можно отыскать всё что угодно. И это очень даже хорошо. Поэтому в поисках нужного растения мы отправляемся к крупной водной системе.

Западное озеро — ближайшее с подходящими условиями. Возле реки, в которую впадает наш ручеёк и движется к руинам, я ходил-бродил неоднократно, но ничего похожего на тростник там не было. Так что включаем логику, поднимаем ноги и быстро движемся в сторону нашей цели вместе с обворожительной красавицей Миори, на максимум используя преимущества сильного тела и прокачанного Восприятия.

— Ха… Дима… Димочка. Подожди… Я сейчас умру… — обливаясь потом, с трудом поддерживала мой прогулочный темп помощница.

Я остановился, с грустью отмечая, что мы даже до выбранного мною дерева не добежали, а Миори уже выдохлась. Всего через каких-то два километра по пересечённой местности… Это не дело! Придётся налегать на Выносливость.

Я посмотрел на сползшую шкуру, что прикрывала грудь девушки. Миори так старалась не отстать, что даже не обратила на это внимания…

Я подхватил Миори и помог расходиться, отдышаться, не давая присесть, хоть она и хотела.

— Нельзя. Это вредно. Перепады нагрузок опаснее самих нагрузок. Просто ходи… Снимай свою корзинку. Пойдёшь налегке…

— Я бы и шкуры… сбросила… В них жарко, — с трудом произнесла она, тяжело дыша.

— Боюсь, после сегодняшнего утра подобное станет для меня слишком провокационным, а так как мы отбросили сковывающие нас рамки… — попытался я отговорить её от этой идеи.

— А может, я и не против? Лишь бы мой вождь был доволен. Особенно когда мы наедине, — начала она обмахиваться шкурой, как я в своё время постоянно делал с воротником рубашки на душных собраниях в залах без кондиционеров.

— Миори… — с удовольствием посмотрел на её влажное, блестящее на солнце тело. — Мы все, конечно, гоблины в душе, но не физиологически. Меня полторы минуты в кустах не устроят. И сейчас у нас есть важное дело. Подождём до возвращения в Матрасийск.

Девушка вздохнула, улыбнулась и заявила, что шутила. Но что-то мне подсказывает, что нет…

Мы пешком двинулись в нужную сторону. Я указал Миори на высокое рыжеватое дерево — ориентир первой десятиминутной остановки. Её задача — добраться и отдохнуть там, а моя — оббегать всё вокруг и раскрыть как можно больше областей карты.

И свои плюсы это принесло:

[Обнаружена точка интереса: «Глубокая нора».]

[Получено 5 единиц опыта за открытие.]

Блин! Ну как же интересно, что там внутри!.. А вдруг какое-то чудище вылезет? А-а-а! Так, ладно. Эмоции выключаем, включаем мозг. Раз есть нора — значит, есть и тот, кто её вырыл. Судя по размеру, собака сюда влезет. Есть свежие следы у входа. Рядом погрызены ветки, поцарапана кора деревьев. Шерсти на той же коре немного есть… Скорее всего, хищник. Смотрим, ищем запасные выходы. Они обязаны быть!

За несколько минут нашёл ещё три входа в логово. Они сильно заросли травой. Явно запасные. Не знаю, есть ли кто-то внутри, но попробую старый способ выкуривания животных.

Вернулся к Миори, что отдыхала у дерева с сумками. Собирался достать первобытные спички и топорик. И, к моему удивлению, рядом с ней обнаружил группу наших гоблинов. Охотники Шрама шли с парочкой собирателей, тащили в корзинах кучу всяких растений с корнями в земле.

— А вы тут какими судьбами? — удивился я.

— Вождь! Твоё указание выполняем. Вот, ростки растений несём, чтобы пересадить рядом с домами. А с охотой сегодня не повезло… — с грустью ответил один из них.

Этот гоблин был одним из помощников Шрама. Вместе со мной охотился на минотавра, скидывал на монстра камни. У него даже имя было — Шмурый. Он вечно хмурым ходил, даже когда веселился. Лицо у него такое, вот гоблины и стали так называть своего товарища. А после битвы за счастье поселения Миори торжественно присвоила ему и так используемое всеми имя.

— Шмурый, оставляй свою добычу и идёмте со мной. Покажу один метод охоты…

Я слышал гоблинские байки и знал, так они никогда не охотились. А просто давать советы и рассказывать, что так можно, я не стал: слишком опасно. Эти товарищи со всей ответственностью такой пожар устроят… Весь лес сгорит!

Мы выдвинулись к логову, и я провёл их по всем четырём норам. Мы обрушили проходы и затолкали внутрь камни, чтобы отрезать пути для побега.

Остался лишь главный вход. И вот туда я топориком нарубил и сложил много мелких смолянистых палок.

— Когда другого выхода нет, мы создаём костёр у входа. Готовим заранее материалы и оружие. И мы не знаем, кто внутри. Это может быть просто добыча, а может быть и опасный хищник. Поэтому занимаем позиции. Можно даже с сетью стать, если она у вас с собой. И после поджигаем костёр…

Несколько ударов огнивом по кресалу, и подложенный трут из сухих листьев, волокон и тонких веточек сразу задымился. Бережно раздувая огонёк, я сумел поджечь смолянистые веточки, и пламя весело заплясало, радуя гоблинов.

— Важно не дать пламени потухнуть. Но и большой огонь может стать большой проблемой. Поэтому несколько зажжённых палок или веток будет достаточно. Теперь поверх выкладываем свежие листья и ветки. Они плохо горят, зато сильно дымят. Берём шкуру…

Я снял с одного из гоблинов и начал размахивать ей словно веером, помогая слабому ветру загнать в нору побольше дыма.

Ловушка сработала — сквозь треск съедаемых огнём веток я услышал писк. В норе точно кто-то был. Я вернул шкуру гоблину, взял у одного из них копьё и приготовился. Остальные тоже застыли полукругом в ожидании неизвестного зверя.

Всего спустя пару минут животное не выдержало и выскочило наружу прямо сквозь пляшущие огоньки и дым. Я среагировал мгновенно, пронзая пушистого огромного кролика размером с небольшую собаку. Вернее, не кролика, а круля третьего уровня.