Глава 35

Вика

За эти четыре года я выработала в себе немного характера. Если в браке была вечно уставшей и выглядела болезненно, то после развода и предательства Лёни я стала более стойкой. Раньше мало того, что выходила с работы как после каторги, мысль, что дома меня ждёт уже до жути надоевшая картина, где муж сидит перед телевизором с бутылкой пива в руках, а вокруг него срач, добивала меня. Да, кроме него дома меня ждала Ева, но всё равно, прийти с работы и ещё и дома часа два убираться и готовить было тяжело. Депрессивное состояние — так бы я назвала тот период.

После развода я жила как в сказке, совершенно другой жизнью, полной приятных моментов и понимания, что мужчины разные. Потом очередной удар судьбы, и я почти сломалась снова. Ева — моё всё, и только благодаря ей я не загнулась за все эти годы после смерти родителей. Благодаря ей я выдержала все проблемы, трудности и болезненные удары.

Когда Леонид уехал, и мне пришлось уволиться с любимой работы из-за травли и насмешек коллег, когда наплакалась на годы вперёд из-за его ложного обещания, я решила, что никаких мужчин в моей жизни не будет. И вообще, пора быть сильной, следить за собой, стараться выглядеть лучше и не позволять кому-либо обижать или больно бить словами. А начала с простого — послала на три буквы свою тётю, наплевав на её угрозы забрать у меня на тот момент ещё несовершеннолетнюю сестру.

После смерти родителей, после обхода всех нужных организаций мне сестру так и не отдавали. Тогда «на помощь» пришла тётя Валя, обещала, что возьмёт опекунство над Евой, будет заботиться о нас и… бизнесе родителей. А мне было всё равно… ну, как… конечно, не хотелось отдавать базу, на которой мама и папа столько трудились, но сестра была важнее. Я была готова и себя продать, лишь бы забрать её из детского дома, где она провела всё-таки какое-то время, о котором она благополучно забыла.

База отдыха, дом за городом и машина — были условия родной тёти в обмен на сестру. Помощи от неё мы так и не дождались, ни копейки не принесла за эти годы, а я и не просила. Её закрутили деньги, и она стала жадной до невозможного. На себя только ничего не жалела, а если кто-то и спрашивал о её племянницах, то она рассыпалась в жалобах. Как ей тяжело ставить на ноги двух чужих детей, и какие эти дети непослушные, как она с младшей занимается каждый вечер, чтобы она хорошо училась. В общем, противно вспоминать, как меня перекосило, когда до меня дошли эти слухи. Как я молчала, опустив глаза, каждый раз, когда она меня отчитывала за то, что я плохая жена. Ведь моя бывшая свекровь была её подругой, и женить Пашу на мне было их целью.

К чему я… а… к тому, что от прежней Вики мало что осталось. Она построила вокруг себя железную стену, чтобы бараны, которые будут бить, сломали головы. Но что-то пошло не так, когда я встретила мужчину, который вознёс меня на небеса, а потом бросил вниз, поломав меня об острые скалы.

Несмотря на собственное напутствие стоять уверено перед ним и не показывать, как сильно колотится сердце, как подгибаются колени и сбивается дыхание, я убегаю. Не в буквальном смысле, но каждый раз делаю вид, что занята, или мне срочно надо куда-то идти, лишь бы рядом с ним не стоять.

А он… он даже не попробовал поговорить со мной, объясниться, зачем заставляет работать здесь. Почему уехал и не вернулся, хотя обещал. Всё, что делает — бросает на меня тяжёлые взгляды. Иногда даже смотрит так, будто я в чём-то перед ним провинилась.

Ева вернулась из поездки, задаёт вопросы, а я глаза прячу и отвечаю коротко или меняю тему, расспрашивая о её блоге, учёбе, парнях. А у неё точно есть парень, потому что вижу, как она сияет. Как улыбается, когда телефон пиликает, оповещая о новом сообщении, и как убегает в свою комнату, когда ей звонят. Не понимаю, и даже обидно, что она не делится со мной своей жизнью, но давить не буду. Если пока что она считает, что надо скрывать, значит, пусть так.

— М-да уж, — раздаётся рядом голос Юли.

— Что, прости? — переспрашиваю, потому что не расслышала, погружённая в свои мысли.

— Да ничего, — отвечает, вздыхая.

— Этот «ничего» обедает в ресторане нашей гостиницы, — усмехаюсь, вспомнив её ухажёра, который не так давно зашёл к нам.

Нахмурившись, она переводит взгляд на стеклянные матовые двери ресторанного зала.

— Он здесь? — задаёт вопрос, скорее, в пустоту.

— Зашёл, когда ты поднималась в триста пятый, — поясняю и морщу нос, вспомнив о проблемном госте, которому всё не так в пятизвёздочном отеле.

— С кем? — спрашивает коллега.

— С мужчиной, с которым они часто здесь бывают, — отвечаю, и она выдыхает с облегчением.

— Они друзья детства, да? — срывается с моего языка.

За всё время, что я здесь работаю, часто вижу Лёню в компании двух мужчин, один из которых и является ухажёром Юли. Ещё не могла не заметить, какие они все серьёзные, одеты с иголочки, всегда в костюмах. Морды угрюмые и какие-то… опасные что ли, будто из какого-нибудь фильма про мафиози.

— Да, — кивает, посмотрев на меня. — Самойлов, Сеня и наш босс неразлучны, — добавляет, а у меня щёки румянцем покрываются, при упоминании Лёни. — Я уже знаю, что ты знакома с Леонидом Алексеевичем давно, но при каких обстоятельствах вы познакомились…

— Как-нибудь расскажу, — перебиваю, улыбнувшись через силу.

— Обычно я не лезу никому в душу, но взгляды, которые вы бросаете друг на друга…

Подавившись воздухом, прокашливаюсь, чувствуя, что краснею пуще прежнего, и падаю на стул, скрыв лицо в ладонях.

— Это так заметно? — со вздохом спрашиваю.

— К сожалению, — отвечает, поджав губы.

— Не думала, что чувства не остывают даже спустя столько лет, — отчаянно мотаю головой и, собственно, признаюсь и ей, и самой себе.

— Я тоже много во что не верила, но в жизни всё даже хуже, чем в книгах, — вздыхает коллега.

— В каких книгах? — раздаётся мужской голос.

— Про несуществующие миры, — произносит Юля и расплывается в улыбке, смотря в его глаза.

— Фантастику читаешь? — если не ошибаюсь, Сеня наклоняет голову набок и смотрит таким взглядом, что Юля едва заметно отшатывается. — Хочешь, побуду ушастым эльфом? — тихо спрашивает, подавшись вперёд, но я всё слышу и отворачиваюсь от неловкости.

— Тебе больше подойдёт быть викингом, — отвечает она.

— Как дела с триста пятым? — голос Лёни раздаётся как гром среди ясного неба.

— Нормально, справимся, — сухо отвечаю, поняв, что спросил он именно меня, и быстро делаю вид, что очень занята бумагами.

— Это работа администратора, — с раздражением проговаривает «босс». — Не надо играть в бравого солдата, Виктория.

— Хорошо, Леонид Алексеевич, — киваю, наконец подняв взгляд на него. — В следующий раз, когда гость позвонит нам с несуществующей проблемой типа «не могу найти пульт от кондиционера», я скажу, чтобы он искал администратора, а не беспокоил нас по пустякам, — не сдерживаю язвительный тон.

— Не паясничай! — бросает недовольно, глазами прожигая во мне дыру.

— Как скажете, — цежу сквозь зубы, и выдавливаю из себя притворную улыбку.

Он стоит и смотрит на меня настолько пронзительно, что мне хочется спрятаться, но не двигаюсь с места, ведь дала себе такое задание — уверенно стоять перед ним. Вдруг Лёня резко разворачивается и быстрым шагом удаляется, а я слишком шумно выдыхаю, понимая, что до этого вообще не дышала.

— Я… воды… на пять минут… — выдаю что-то невнятное и скрываюсь в комнате отдыха, которая находится за нашими спинами, замаскированная под шкаф.