Глава 29

Вика

Переступая порог кафешки, где мы собираемся отпраздновать пятнадцатилетие моей сестрёнки, я ахаю, закрыв рот рукой.

— Что это? — спрашиваю сдавленно, повернувшись к Леониду.

После работы мы отвезли Еву домой и, сославшись на дела гостиницы, приехали сюда.

— Ты о чём? — недоумевает Лёня.

— Об украшениях! — восклицаю и кручусь по залу.

Повсюду надувные шарики с надписями «С днём рождения», «Мне пятнадцать» и даже есть шарики с именем моей сестры. В самом конце зала у стены стоит арка из розовых цветов и баннер, на котором большими буквами написано «С днём рождения, Ева!» на английском языке. С правой стороны у панорамных окон стоит длинный стол, накрытый белой скатертью и украшенный высокими вазами с такими же искусственными цветами из которых состоит арка.

— Это всё ты, — бормочу, не веря в красоту вокруг.

Для моей Евы, насмотревшейся иностранных сериалов про подростков, пятнадцатилетие — какой-то масштабный праздник. Я, конечно, планировала надуть шары за ночь и принести их в кафе, но по сравнению с тем, что я вижу сейчас, мои украшения были бы смешными.

— Оно того стоило, — подходит и, обняв меня, смотрит в моё сияющее лицо, но с влажными от слёз глазами. — Видеть, какая ты счастливая, того стоило.

— Я с тобой счастлива и так, но… — замолкаю и осматриваю ещё раз зал. — Сейчас у меня нет слов, потому что счастье моей девочки важнее моего.

— Это, конечно, похвально, но не стоит забывать и о себе, — произносит и на последнем слове наклоняется, чтобы поцеловать.

— Добрый вечер! — разрывает наше уединение незнакомый женский голос.

— Добрый, — со вздохом отвечает Лёня, явно недовольный тем, что ему не дали закончить начатое.

— Меня зовут Наталия, прошу садиться, — женщина в юбке-карандаш и белой блузке указывает на небольшой круглый стол в углу.

Дождавшись, когда мы сядем, она занимает место по ту сторону от нас и, открыв меню, кладёт его перед нами.

— Выбирайте закуски, основные блюда и десерты для кенди-бара, — деловито проговаривает, открывая блокнот и готовясь записывать.

На всё про всё ушло полчаса, и, закончив здесь, мы поехали за Евиным платьем, белым с такими же розовыми деталями, как и украшения в кафе. Решив, что не надо портить ей сюрприз, мы остановились у гостиницы, и Лёня оставил платье в своём номере. А потом, как обычная пара, поехали домой.

Я старалась не думать, каково ему, привыкшему к роскоши, жить в нашей квартирке. Нет, мы не живём в плохих условиях, я вообще считаю, что наша трёхкомнатная квартира очень даже шикарная. Ремонт, правда, двадцатилетней давности и мебель моего возраста, но это подарок наших бабушек и дедушек родителям на свадьбу, и для нас с Евой старый интерьер как память. Ну и, конечно, денег на новый ремонт нет, хотя есть детали, которые было бы неплохо поменять.

— Я не думаю о своём дне рождения так, как об открытии гостиницы, — доносится до нас голос Евы, едва мы заходим в квартиру.

— «Тебе какая-то гостиница важна больше, чем собственный ДР?»

— Ну, нет, но так как мы много работали, и, учитывая, что приедут журналисты из столицы, событие масштабное, — продолжает непонятно с кем говорить.

— Ева, мы дома, — кричу из прихожей, снимая обувь.

— О, вот и мой ангел-хранитель, — восклицает и выходит навстречу. — Помашите моим подписчикам, — произносит и поворачивает телефон экраном к нам, где я вижу нас с Лёней.

— Что ты делаешь? — спрашиваю непонимающе и, смотря на телефон, вижу бесконечные красные сердечки и появляющиеся надписи внизу экрана.

— Провожу свой первый прямой эфир, — гордо заявляет. — Меня смотрят тысяча человек, — добавляет шёпотом. — Поздоровайтесь, — повторяет с мольбой.

— Всем привет, — цежу сквозь зубы, выдавливая из себя улыбку.

Когда Ева наконец отворачивает телефон от нас, я тихо ругаюсь себе под нос.

— Не злись, ребёнок занят, и хорошо, — в отличие от меня, Лёне параллельно.

— Просила не снимать меня, и тем более тебя, — бурчу недовольно и, надев тапочки, иду в сторону кухни.

— Да брось, мне не привыкать, а ты станешь знаменитой рядом с ней, — говорит и, помыв руки в раковине, садится за кухонный стол.

Смотрится он на нашей кухне неуместно в своей дорогой одежде с принтом известного на весь мир бренда, где одна только футболка стоит, как пол моей зарплаты.

— Мне не нужно становиться звездой, — отмахиваюсь и, достав ужин из холодильника, ставлю разогреваться.

Из открытой двери всё ещё слышен голос Евы, пока я суечусь, накрывая ужин, а Леонид сидит в телефоне, как и каждый вечер, читает отчёты и другие присланные его помощниками документы.

На этой неделе у нас много событий, и я дико волнуюсь, как из-за предстоящего открытия, так и из-за дня рождения моей девочки, так что её прямой эфир отходит на последний план.