Глава 2. Удар под дых
Конец 90-х. Сентябрь. Аудитория пединститута
- А ты уже в курсе, что Он женился? – в голосе Маринки столько злорадства, что я теряюсь. Не понимаю - о чём она? Почему так себя ведёт? И смотрит странно.
Мы с нею неплохо ладим. Вернее, ладили до сегодняшнего дня. Она даже была у меня в гостях, — ездила в красивую глубинку, на мою родину. Правда, она буквально напросилась в эту поездку, но это не отменяет того факта, что я впустила её в свой дом…
Поездка случилась этой весной. Я бы сказала внезапно. Маринку вдруг с упорством носорога стала набиваться ко мне в подруги. Я не понимала причин её маниакального желания сблизиться, — мы вместе проучились почти три года, и всё это время были просто однокурсницами. И тут вдруг такая внезапная любовь.
Но всё же сдалась под её напором. Она казалась мне неплохой девчонкой. Такой же провинциальной, как и я. На фоне этого мы неплохо друг друга понимали. Так почему бы нет? Места у нас красивые, дом большой, да и майские праздники так и шепчут… И вообще, вдруг девчонка найдёт своё счастье среди наших парней? Ведь что-то же её туда тянет.
Так я рассуждала. Но слишком близко её всё же не подпустила: личную жизнь с нею не обсуждала, сокровенным не делилась. Меня словно что-то от этого удерживало. А в остальном вела себя дружелюбно и гостеприимно.
По возвращению девушка с упоением рассказывала в группе о том, как здорово мы провели выходные. Какая у нас красивая природа, и как ей всё понравилось. И мне казалось, что поездка нас по-настоящему сблизила.
И тут этот взгляд. Холодный, насмешливый. И вид такой надменный, словно я вдруг стала для неё человеком второго сорта, или заклятым врагом.
Что могло случиться за лето? Особенно учитывая, что после того, как мы разъехались на каникулы, до сегодняшнего дня не виделись.
Моргаю, стараясь прогнать растерянность.
- О чём ты? – говорю спокойно, хотя волнение уже присутствует. – Я не понимаю…
У нас нет общего знакомого, о ком она могла бы рассказать вот так – в странной форме, словно на что-то намекая. Но упорно продолжаю рыться в памяти, выискивая.
Безуспешно.
Маринка выдерживает паузу, наслаждаясь моей растерянностью. Я это отчётливо вижу, и ещё больше теряюсь. Не знаю, что думать.
- Кто — Он? - делаю очередную попытку хоть что-то прояснить. Осторожно. Потому что чуйка уже зашевелилась отвратительным червяком где-то в районе солнечного сплетения.
- Егор. – произносит с холодной улыбкой. И смотрим на меня свысока, взглядом победительницы. Упивается ситуацией. Но не забывает следить за моей реакцией. Пытается уловить малейшие изменения. И словно их мысленно протоколирует, чтобы потом кому-то донести в мельчайших подробностях.
В аудитории висит мёртвая тишина – однокурсницы притихли, и наблюдают за происходящим.
Егор? Какой Егор? … Мой Егор?! … Этого не может быть! Да они с Маринкой даже не знакомы… Или я чего-то не знаю?
Всматриваюсь в лицо «подруги», пытаюсь провести параллель между нею и своим парнем, найти точки соприкосновения. Но они никак не находятся. Ещё, как назло, мыслительный процесс протекает медленно, вязко. И память подводит – не могу вспомнить откуда Маринка родом.
А потом в голове словно что-то включается. Приходит понимание, что они вполне могут знать друг друга, так как живут в одном районе. Он мог приезжать в их деревню на танцы. Или она к ним.
Пазлы продолжают складываться, и я начинаю понимать зачем она так старательно пыталась сократить дистанцию. И для чего ей нужно было побывать в моей семье. Тогда я не связала эти события воедино. Да я вообще не придала значения этому факту. А он оказался отправной точкой: внезапная симпатия Маринки проснулась сразу после моего знакомства с Егором.
Смотрю на неё, и всё ещё до конца не верю, что она могла так поступить. Потому что примеряю на себя: я бы точно так не сделала.
Ехидный взгляд скользит по мне, оставляя ощутимый неприятный холодок. Я его чувствую кожей. Но упорно продолжаю искать Маринке оправдание: причина у такого коварства должна быть весомой.
Вспоминаю наши разговоры, анализирую…
Она не может быть девушкой моего Егора, потому что его бывшую зовут… Стоп! Маринка как-то в разговоре упоминала имя лучшей подруги, с которой она познакомилась и подружилась, когда получала первое образование в каком-то СПТУ… Неужели?!.. Да нет, не бывает таких совпадений… Мало ли на свете Олесь? Ну не может мир быть настолько тесным!
Внутренний голос упорно твердит, что может. И что только в этом случае концы всей истории срастаются идеально. Подруга Маринки, – та самая – бывшая девушка Егора. Та, что проводила его в Армию, и ждала так верно, что после возвращения он не захотел её видеть.
Теперь, когда всё встало на свои места, изучаю лжеподругу новым взглядом. Уверена: эта «засланка» никогда не мечтала о дружбе со мной, и втёрлась в доверие только для того, чтобы собрать обо мне информацию для Олеси. А потом использовать против меня же. И у неё это, судя по результату, хорошо получилось.
Отдаю должное её артистичности и хладнокровию: она действовала как профессиональный разведчик.
Хотя нет, разведчик не заслуживает сравнения с этой… Ищу для неё подходящее название. Закипающий мозг подкидывает версию: змея.
Точно, — Змея! Подобралась тихо, и ужалила смертельно.
Я была уверена, что Маринка не врёт. Если бы это была ложь, она бы сейчас выглядела иначе. А на меня смотрела победительница. Жестокая и уверенная в своей правоте.
А значит мой Егор действительно женился. На другой — той, которую старательно обходил стороной. И из-за которой после дембеля завис в этом городе, и стал моим…
Что они ему наплели такого, что он решил жениться на изменнице, даже не поговорив со мной?
Чувствую, как за грудиной появляется и начинает нарастать боль. Сердце щемит от осознания потери и предательства.
Как он мог им поверить?! Как мог так со мной поступить?! За что?!
Смотрю на довольную Маринку и вижу, как моя Вселенная постепенно, словно в замедленной съёмке, трескается и разлетается на осколки.
Сквозь толщу накрывающих чувств и эмоций пытается прорваться какая-то мысль. С трудом её ловлю:
- Как ты узнала?
Я никогда с нею не обсуждала эту часть своей жизни. Вообще ни с кем не обсуждала. Хранила нечаянный островок счастья как самое ценное. Боялась спугнуть.
- Что именно? – Маринка криво усмехается. – Что он женился? Или, что ты путалась с чужим женихом?
Она говорит громко, чтобы слышали все присутствующие. Но этого ей кажется мало. И она обводит взглядом притихших девчонок, всем видом давая понять: вот она какая — ваша святая Лерочка, любимица группы. Съели?! Ваша альтруистка оказалась химерой!
Возможно, она это даже сказала вслух. Но я уже не в состоянии это различить. Всё смешалось в голове и в душе. И я просто молчу. Оглушённая.
Из оцепенения выводит звонок, оповестивший о начале занятия. И все, включая меня, занимают свои места.
Входит преподаватель, что-то говорит. Я на автомате за ним записываю. Но в голове продолжает биться мысль: «Как он мог?! Ведь всего два с половиной месяца назад он сделал предложение мне» …