Глава 19
Я стоял в углу оперативного штаба, наблюдая за происходящим, и пытался понять, когда именно всё это успело измениться настолько кардинально.
Подвал таверны ощущался как настоящий военный штаб. Вдоль стен выстроились импровизированные столы, заваленные картами, списками, журналами учёта. Гоблины Нока бегали туда-сюда с бумагами, гномы Торека проверяли отчёты по поставкам оружия, а Хвост координировал разведчиков.
Но самое главное — люди.
Обычные горожане, которые ещё вчера боялись даже выходить из своих домов, теперь толпились у входов в наши публичные штабы, чтобы записаться добровольцами. Я периодически наблюдал за этим, используя подчинённых скелетов. Видел, как бывший торговец, потерявший лавку во Второй Волне, объяснял молодому парню, как правильно складировать мешки с провиантом. Рядом женщина средних лет, судя по мозолям на руках — прачка, помогала раненым бойцам менять бинты.
— Вы дадите нам еду? — спросил худой подросток, подходя к столу записи.
— Да. И крышу над головой, — ответил арахнид, не поднимая головы от списка.
— А что взамен?
— Помогай, где скажут. Копай, таскай, охраняй, не воруй, и не бузи. Это всё.
Подросток кивнул и расписался неуверенным почерком.
Я проследил за ним взглядом. Он присоединился к группе таких же добровольцев, которых уже вёл к баррикадам Клык. Никто не заставлял их силой, они шли сами.
«Интересно», — подумал я, переключая внимание на группу рабочих, которые под руководством гнома устанавливали новые опорные балки для покосившейся крыши. Среди них был пожилой человек с седой бородой — явно не простой грузчик. По тому, как он указывал на слабые места в конструкции, я понял: инженер или архитектор. Такие люди обычно жили в приличных районах, но теперь он был здесь, в трущобах, потому что его квартал оказался по другую сторону стены Цитадели.
Я подошёл к Скрежету.
«Сколько их уже пришло?» — спросил я через телепатию.
— За последние два дня — около двухсот, — ответил он, не отрывая взгляда от зала. — Большинство — простые люди. Клерки, ремесленники, рабочие. Те, кто остался без крова и средств к существованию.
— Они всё ещё надеются, что мэр их спасёт?
Скрежет издал низкий щёлкающий звук — его аналог смешка.
— Надеются. Я слышал их разговоры, они думают, что Готорн просто перегруппировывается. Что скоро он выведет армию, разобьёт монстров и откроет ворота. Они верят, что всё происходящее в центре города — лишь временная мера.
Я задумался. Никто здесь не знал истинных мотивов мэра, но факты говорили сами за себя: улицы замуровывают, воду перекрывают, продовольствие конфискуют, окраины отрезаны, как гниющуая конечность.
«Они ошибаются», — сказал я.
— Не то слово, — согласился Скрежет. — Но пока они верят в спасение, они работают и не унывают, а это нам на руку.
Я кивнул. Пусть надеются, пока что это не моя проблема. Моя проблема — обеспечить их выживание достаточно долго, чтобы успеть разобраться с угрозами.
Я направился к нашей оружейной. Впереди всё ещё была встреча с главарями банд, и мне хотелось ради разнообразия немного обновить свой арсенал. Это было крупное помещение, забитое трофейным арсеналом со всех наших многочисленных операций. Гном-оружейник, коренастый бородач с закопченным лицом, сидел за верстаком и точил клинок.
«Тебе что?» — буркнул он, не поднимая головы.
«Оружие», — ответил я.
— Ах, это ты, Костяной? — он махнул рукой на стеллажи. — Ну, выбирай что пожелаешь.
Я обошёл помещение. Мечи меня не интересовали, другое холодное оружие тоже использовать не хотелось. Мой взгляд остановился на тяжёлом арбалете гномьей работы. Массивный, с металлической рамой и стальной дугой. Рядом лежала связка коротких болтов с широкими наконечниками.
«Возьму это», — сказал я, поднимая арбалет.
Гном наконец оторвался от работы и посмотрел на меня.
— Тяжёлая штука. Пробьёт даже стальную кирасу, но перезаряжается долго. Ты уверен?'
— «Уверен».
Гном пожал плечами и кивнул на болты.
— «Тогда бери».
Я взял арбалет и повесил его на спину. Тяжесть была приятной — ощущение надёжности. Я мог использовать магию, это правда. Мой резерв маны был велик, особенно с учётом кристаллов энергии, которые я мог носить с собой, но впереди была Третья Волна. Монстры следующей волны, наверняка, будут сильнее и опаснее, так что, с моими текущими возможностями, продолжать тратить ману на каких-то жалких бандитов — излишняя роскошь. Времена изменились.
Я стоял в тени полуобрушенной стены, наблюдая, как в разрушенный особняк Морга стекаются «гости». Это место было выбрано не случайно — пусть видят, что с ними станет.
Через Духовное Око я отслеживал каждого, кто входил в покрытый копотью внутренний двор. Картина получалась… жалкая.
Первым прибыл Варус из «Серебряного Когтя». Помню, как Скрежет описывал этого человека — щёголь, обвешанный золотыми цепями, вечно окружённый свитой головорезов в качественной броне. То, что вошло во двор, мало напоминало ту картину.
Варус выглядел… измождённым. Его некогда дорогой костюм был засален и порванникаикх больше золотых цепей — видимо продал. За спиной плелись двое головорезов, тощих, как мои скелеты, даже лезвия мечей на их поясах были обломанными. Один хромал, второй то и дело кашлял — глубоко, надрывно.
«Голод и болезни делают своё дело», — отметил я. Даже походка жалкая, крадутся осторожно как загнанные крысы.
Следующим появился Брут, глава «Железной Головы». Огромный орк, которого я помнил по описаниям как настоящую гору мышц, теперь выглядел… сдувшимся. Кожа висела складками на некогда мощных руках. Глаза горели каким-то голодным, почти безумным блеском. Позади него шла жалкая группа — не больше дюжины бойцов, и те выглядели скорее мертвецами, чем живыми.
Его банда раньше была довольно велика. Мы уже не раз сталкивались с этими падальщиками по всяких мелочам.
Вдова из «Чёрного Шипа» вошла молча, окружённая своими убийцами. Даже эти профессионалы выглядели потрёпанными. Их кожаная броня была в пятнах, оружие хоть и начищено, но явно давно не видело качественного ухода. Сама Вдова, женщина средних лет с холодным взглядом, держалась гордо, но я видел напряжение скопившееся в ней уже через край.
«Заказов нет, плательщики арестованы, итого элитные убийцы голодают, как простые бандиты».
Последним прибыл барон фон Рихтер со своим жалким отрядом наёмников. Когда-то гордый аристократ, потерявший всё в войнах Гольдштейна с «Подпольем», он выглядел как призрак. За ним тянулась горстка верных солдат — голодных, усталых, но всё ещё державших строй.
Я наблюдал, как они рассаживались за принесённым нами целым столом. Никто не говорил, но напряжение так и витало в воздухе.
Варус первым нарушил молчание, нервно сглатывая:
— Зачем мы здесь? Где Скрежет? Нам обещали переговоры!
— Обещали выход, — поправил его Брут хриплым голосом. — Продовольствие и проход через ваши туннели.
Вдова скрестила руки на груди:
— Мы пришли добровольно, из уважения к силе «Подполья».
— Добровольно? — усмехнулся барон фон Рихтер, откидывая со лба грязные волосы. — Нас загнали сюда, перекрыв все пути снабжения. Для моего клана это не было никаким приглашением.
Я слушал их перепалку, оставаясь в тени. Пусть покипят и ещё раз покажут своё истинное лицо.
— Может, Скрежет решил нас убрать? — пробормотал один из головорезов Варуса. — Как Морга убрали…
— Морг был идиотом, — отрезала Вдова. — Он торговал наркотиками налево и направо, совсем не заботясь о собственных силах. Его участь была предрешена.
— А вы что, умнее? — прорычал Брут, вставая. Его когда-то огромная фигура всё ещё отбрасывала длинную тень на стены. — Что-то я не вижу вас в числе приглашённых в Цитадель.
В сгоревшее помещение к ним резко вошли два моих скелета в полных латных доспехах. Они заняли позиции по обе стороны от стола, замерев в абсолютной неподвижности. Следом себя показал уже я сам.
Никаких капюшонов и маскировки, только голые кости.
Помещение мгновенно погрузилось в напряжённую тишину. Главари банд замерли, уставившись на меня, кто-то привстал со стула.
Их реакция была предсказуемой — шок, смешанный с презрением и непониманием.
— Что за… — начал один из главарей, гоблин в потёртом кожаном жилете.
Брут откинулся на спинку кресла и расхохотался. Его смех был грубым, издевательским.
— Скелет⁈ — выкрикнул он, обводя взглядом остальных. — Кто-то издевается над нами! Где твой хозяин, костяной? Некромант трусит показаться сам, да?
Остальные главари заёрзали на местах. Они оглядывались по сторонам, словно ожидая, что из-за моей спины сейчас выступит настоящий хозяин — в чёрной мантии, с посохом и магическим кристаллом. Для них я был просто куклой.
Я остановился в нескольких шагах от стола и транслировал свой голос напрямую в их головы.
«Да что вы говорите, дорогие мои».
Эффект был мгновенным. Несколько главарей вскочили на ноги, хватаясь за оружие. Один из них — худой человек с крысиными чертами лица — попятился к стене, глядя на меня с нарастающим ужасом.
— Что… что это было⁈ — прохрипел он.
Брут замер, его смех оборвался. Орк медленно поднялся с кресла, сжимая рукоять молота. Его лицо исказилось от бешенства.
— Трюки! — рявкнул он. — Дешёвая магия!
Он сделал шаг вперёд. Его массивное тело напряглось, как сжатая пружина. В его глазах я читал не осторожность, а ту самую, почти забытую его телом уверенность хищника, который загнал добычу в угол.
Для него я был лёгкой мишенью, хрупкими костями, которые можно разнести одним ударом.
— Кто бы ты ни был, думаешь, ты можешь прийти сюда и говорить с нами⁈ — Брут взревел, выдергивая молот из петли на поясе. — Некромант! Покажись и ответь за это оскорбление!
Он бросился вперёд. Вялая туша орка пересекла расстояние за секунду. Молот взмыл вверх, готовый обрушиться на мой череп, Брут ревел, вкладывая в удар всю свою ярость и голод.