Что в действительности происходит с человеком, когда он оказывается загипнотизированным, посредством какой силы другой человек его гипнотизирует, – таковы вопросы, на которые наука не в состоянии дать ответа. Все, что пока нам известно, позволяет лишь установить внешнюю форму гипноза и его результаты. Гипнотическое состояние начинается с ослабления воли. Ослабевает контроль со стороны обычного сознания и логики; однако полностью он никогда не исчезает. При помощи искусных действий гипнотическое состояние усиливается, и человек переходит в состояние особого рода, которое внешне напоминает сон (при этом в состоянии глубокого гипноза появляется бессознательность и даже нечувствительность), а внутренне отличается усилением внушаемости. Поэтому гипнотическое состояние определяется как состояние наивысшей внушаемости.
Сам по себе гипноз не подразумевает внушения; он возможен вообще без внушений, особенно если применяют такие чисто механические средства, как зеркала и т.п. Но внушение может играть определенную роль в создании гипнотического состояния, особенно при повторном гипнотизировании. Этот факт, а также общая путаница понятий о возможных пределах гипнотического воздействия затрудняет неспециалистам (как впрочем и многим специалистам) проводить точное различие между гипнозом и внушением.
На самом деле это два совершенно разных явления. Гипноз возможен без внушения, а внушение возможно без гипноза.
Но если внушение происходит тогда, когда субъект погружен в гипнотическое состояние, оно дает гораздо лучшие результаты из-за отсутствия (или почти отсутствия) противодействия со стороны гипнотизируемого. Последнего можно заставить делать такие вещи, которые в обычном состоянии показались бы ему совершенно бессмысленными. Однако и здесь приказания должны касаться только того, что для гипнотизируемого не имеет серьезного значения. Равным образом можно внушить нечто человеку на будущее (постгипнотическое внушение), т.е. какое-нибудь действие, мысль или слово на какой-то определенный момент, на следующий день и т.п. После пробуждения человек ничего не вспомнит; однако в назначенное время, словно в нем сработал будильник, он сделает или, по крайней мере, попытается сделать то, что ему «внушили», – но опять-таки до известных пределов. Ни в гипнотическом, ни в постгипнотическом состоянии невозможно заставить человека сделать то, что противоречит его природе, вкусам, привычкам, воспитанию, убеждениям или просто обычным поступкам, иными словами, нечто такое, что вызовет в нем внутреннюю борьбу. Если такая борьба начнется, человек не сделает того, что ему внушили. Успех гипнотического и постгипнотического внушения как раз в том и состоит, чтобы внушить человеку ряд безразличных действий, которые не вызывают в нем внутреннего сопротивления.. Предложения о том, что под гипнозом можно заставить человека узнать нечто такое, чего он не знает в нормальном состоянии и чего не знает сам гипнотизер, или о том, что под гипнозом человек обретает способность к «ясновидению», т.е. знанию будущего и предвидению отдаленных событий, – эти предположения фактами не подтверждаются. Вместе с тем, известны многие случаи неосознанного внушения со стороны гипнотизера и определенная способность загипнотизированного читать его мысли.
Все, что происходит в уме гипнотизера, т.е. его полусознательные ассоциации, образы воображения, ожидание того, что, по его мнению, должно произойти, может быть передано гипнотизируемому лицу. Невозможно установить, каким образом это происходит, но сам факт такой передачи легко доказать, если сравнить то, что знает один из них, с тем, что знает другой.
К этой категории относятся и явления так называемого медиумизма.
Существует любопытная книжка французского автора де Роша; он описывает эксперименты с лицами, которых он гипнотизировал и заставлял «вспоминать» их прошлые «воплощения» на земле. Читая эту книжку, я не раз поражался, как это де Роша ухитряется не заметить, что он сам и есть творец всех этих «воплощений»: он ожидает, что загипнотизированный субъект скажет ему нечто, – и таким образом внушает ему то, что он должен сказать.
В этой книжке имеется очень интересный материал для понимания процесса формирования снов; она могла бы дать еще более важный материал для изучения методов и форм бессознательного внушения и бессознательной передачи мыслей. К сожалению, автор в своем стремлении к фантастическим «воспоминаниям» о воплощениях не увидел того, что в его экспериментах было действительно ценным, не заметил множества мелких деталей и особенностей, которые позволили бы ему воссоздать процесс внушения и передачи мыслей.
Гипнотизм применяется в медицине как средство воздействия на эмоциональную природу человека; посредством внушения можно бороться с мрачным и подавленным настроением, с болезненными страхами, нездоровыми склонностями и привычками. В тех случаях, когда патологические проявления не зависят от глубоко укоренившихся физических причин, применение гипнотизма приводит к благоприятным результатам. Однако здесь мнения специалистов расходятся, и многие утверждают, что применение гипнотизма дает лишь кратковременный полезный эффект с последующим резким усилением нежелательных тенденций; иногда, при видимых благоприятных результатах, применение гипнотизма вызывает сопутствующие отрицательные явления – ослабляет волю и способность противодействия нежелательным влияниям, делает человека еще менее устойчивым, чем он был раньше.
В общем, в своем воздействии на психическую природу человека гипнотизм стоит наравне с серьезной операцией; к несчастью, к нему нередко прибегают без достаточных на то оснований и без необходимого понимания его последствий.
В медицине существует область, где гипнотизм можно использовать без всякого вреда, а именно, область непосредственного (не через психическую природу человека) воздействия на нервные центры, ткани, внутренние органы и внутренние процессы. К сожалению, до самого последнего времени эта область применения гипнотизма остается слабо изученной.
Таким образом, границы возможного воздействия на человека как с целью приведения его в гипнотическое состояние, так и в самом гипнотическом состоянии хорошо известны и не содержат в себе ничего загадочного. Усилить воздействие можно только на физический аппарат человека, вне сферы его психического аппарата. Но как раз на эту сторону внушения под гипнозом обращают меньше всего внимания. Наоборот, ходячее понимание гипнотизма допускает куда большее воздействие на психику, чем существует на самом деле.
Известно, например, множество рассказов о массовом гипнозе; несмотря на свое широкое распространение, это – чистейшая выдумка; чаще всего они представляют собой повторение аналогичных рассказов, известных издавна.
В 1913 и 1914 гг. я пытался выявить в Индии и на Цейлоне примеры массового гипноза, которым, по словам путешественников, сопровождаются выступления индийских фокусников, или «факиров», и некоторые религиозные церемонии. Но мне не удалось увидеть ни одного подобного случая. Большинство номеров, например, появление растения из семени («фокус манго»), были простыми фокусами. Часто описываемый «фокус с канатом», когда канат забрасывают «на небо», по нему взбирается мальчик и т.п., по-видимому, вообще не существовал, поскольку мне не только не удалось увидеть его своими глазами, но и не случилось встретить ни одного человека (европейца), который когда-либо видел его сам. Все знали о «фокусе с канатом» только с чьих-то слов. Несколько образованных индийцев говорили мне, что видели «фокус с канатом», но я не могу принять их утверждения за достоверные, ибо знаю, как богато их воображение; кроме того, я заметил в них странное желание не разочаровывать тех путешественников, которые отыскивают в Индии чудеса.
Позднее я слышал, что во время путешествия по Индии принца Уэльского в 1921-22 гг. ему специально хотели показать «фокус с канатом», но не смогли этого сделать. Точно так же «фокус с канатом» разыскивали для выставки в Уэмбли в 1924 г. и тоже не смогли найти.