Глава 2

Василина

— Заработать возвращение домой? — переспрашиваю потрясенно, ловя взгляд отца в отражении зеркала, — За что ты так со мной?!

— Не пытайся давить на жалость, Васька! — выговаривает зло, — Мое терпение закончилось!

— Да что я такого сделала?! Почему ты так жесток со мной? Из-за царапины на машине?

Глаза отца превращаются в две злобные щелки.

Ладно, не царапины. Скорее всего, там придется менять задний бампер. И, возможно, заднюю дверь тоже. И одно крыло. И боковую дверь.

Нашел, из чего делать трагедию!

— Папа... — решаю сменить тактику и, глубоко вздохнув, мягко улыбаюсь, — Я виновата. Я все осознала, честное слово!..

Машина сворачивает и едет мимо маленьких деревянных домиков, которые до этого я видела только в книжках со сказками. Сердце проваливается в желудок, а когда наперерез нам дорогу перебегает огромная грязная свинья, и вовсе уходит в пятки.

— Даже не пытайся...

— Это очень милое место... мне здесь заранее все нравится, но я домашняя девочка, папа... Поехали домой, а!.. Я по маме соскучилась.

Доехав до конца улицы, отец поворачивает налево, потом еще несколько раз в обе стороны, пока не тормозит у распахнутых деревянных ворот, из-за которых с прохладным безразличием выглядывает лохматый пес.

— Выходи, — говорит отец, выходя из машины.

— Я тебя здесь подожду, — пищу, отползая в противоположную сторону.

Однако сегодня он явно не в духе. Распахнув дверь, снова ловит мою лодыжку и безжалостно тащит наружу. Я хватаюсь за спинку сидения, лягаюсь, сцепив зубы, но силы не равны. Мой жестокий отец выдергивает меня из внедорожника, а следом выбрасывает из него три моих чемодана.

— Папа, остановись! — выкрикиваю я, но осекаюсь, когда замечаю, как со стороны огромного одноэтажного строения к нам направляется бородатый мужик в клетчатой рубахе.

— Вот, Антоныч, принимай... — вздыхает отец, — Привез на перевоспитание.

— Папа!..

Что он творит?! Какое еще перевоспитание?! Я прекрасно воспитана! Зачем он так позорит меня?!

Мужик, которого папа назвал Антонычем, почесывая густую бороду, осматривает меня так, будто корову покупает. Я вздергиваю подбородок и, тряхнув волосами, устремляюсь обратно в машину.

— Стоять! — рыкает отец.

— Я здесь не останусь! Вези меня домой! Быстро!..

— Слушай, Антоныч, ты ее не жалей... — говорит он, ловя меня за руку, — Голова у нее рабочая, руки-ноги тоже на месте. Эксплуатируй по полной.

— Папа шутит! — смеюсь кивающему Антонычу.

— И что я тут с ней делать буду? — спрашивает тот с сомнением, — Мух от нее отгонять?

— Найдешь ей работу. Пусть вкалывает.

Вручив мое запястье этому мужику, отец посылает мне предостерегающий взгляд, разворачивается и садится в машину.

Застыв на месте, я ошарашенно за ним наблюдаю.

Ну, нет!.. Не может быть! Не верю!

Мотаю головой, когда внедорожник сдает назад, а затем резко стартует с места.

Я смотрю вслед, пока в воздухе не растворяется поднятое им облако пыли.

— Он сейчас вернется, — сообщаю Антонычу, — Это тактика такая. Запугивание.

Он отпускает мою руку и тянется к чемоданам.

— Нет-нет, — улыбаюсь я, — Оставьте. Папа сейчас вернется. Он не поступит так со мной.

— Как знаешь, — пожимает плечами мужик и, развернувшись, не спеша, шагает к дому.

Сцена выгрузки меня из отцовского джипа, увы, не прошла без свидетелей. Кроме старого пса и Антоныча мой позор видели еще несколько человек — пара особей мужского пола, разглядывать которых я ни за что не стану, и откровенно ухахатывающаяся надо мной женщина необъятных размеров.

Стрельнув в нее взглядом, я демонстративно отворачиваюсь. Давай, смейся. Только я через пару часов буду дома, а ты так и останешься толстой.

Подхватив один из чемоданов, я качу его к дороге. Гипнотизирую глазами поворот, ожидая, что вот — вот из-за него покажется машина отца.

Однако минуты идут, а папа все не возвращается. Я злюсь. Мне жарко, обидно и неприятно пахнет. Такой выходки я отцу не прощу. Он не имеет права со мной так поступать!

Подождав еще пять минут, я достаю телефон и набираю его.

В трубке длинные гудки, а затем голос отца, копируя механическую дикцию автоответчика, издевательски сообщает:

— Данный абонент вне зоны действия сети.

— Что?! — ахаю я, — Папа!..

Однако он сбрасывает вызов, и на следующие попытки мой телефон отвечает гробовым молчанием.

Внес меня в черный список?! Родной отец?! Родную единственную дочь?!..

Ну, держись, папуля! Не я начала эту войну!.. Я приеду домой и тебе мало не покажется!

Жму на иконку приложения такси и вдруг понимаю, что со связью здесь беда. Оно не загружается, что бы я ни делала.

— Что за черт!.. — ругаюсь я, подпрыгивая на месте с задранной вверх рукой, — Давай, открывайся!.. Мне срочно нужно свалить отсюда!

Мои попытки не увенчиваются успехом, и это злит еще больше. Я выберусь отсюда, чего бы мне это не стоило!

Запихав Афоню в кармашик чемодана и собрав растрепавшиеся волосы в хвост, решительно направляюсь в сторону того самого поворота.

Меня не окликают и не догоняют. Это значит, все заранее знали, что я здесь не останусь.

Иду по обочине, заранее прощаясь со своими Джимми чу. Такого отношения к себе они точно не переживут. Хочется оплакивать их и те оставшиеся два чемодана, но я держусь из последних сил. Я этого так не оставлю. Дорогой папулик компенсирует все в тройном размере.

Вскоре дохожу до перекрестка и останавливаюсь. И?.. Куда дальше?

Я была в таком состоянии, что совершенно не помню, с какой стороны отец вез меня сюда.

— Простите! — кричу, заметив около одного из домов старушку, — Вы не подскажете, где выезд из вашей деревни?

Она поправляет косынку на голове и уточняет:

— А те куда надо?

— В город.

— В райцентр, что ли?

— Эмм... Наверное, да.

— А!.. Ну это... — подозрительно крутит головой по сторонам и указывает кивком вправо, — Туда иди.

— Спасибо, — бормочу я и направляюсь в указанном ею направлении.

Через почти час ходьбы я понимаю, что натирать ступни могут даже Джимми чу. Останавливаюсь на обочине, чтобы оценить ущерб и вдруг слышу приближающуюся ко мне сзади машину.

Тоже джип, но не отцовский. Особо не задумываясь, я вскидываю руку, и внедорожник начинает тормозить.

Боже!.. Счастье-то какое! Неужели сейчас меня увезут отсюда?!

За рулем парень. Поравнявшись со мной, он опускает стекло с пассажирской стороны и вопросительно смотрит на меня.

— Добрый день! — улыбаюсь как можно шире, — Вы случайно не едете в город? Я заплачу!

— Садись, — соглашается сразу.

Я едва не взвизгиваю от радости и даже не обижаюсь, что он не выходит, чтобы помочь мне погрузить в машину мой чемодан. Откуда местным знать правила этикета, если у них здесь даже интернета нет?

Его внедорожник с кузовком, который завален каким-то инструментом, поэтому я пристраиваю багаж на заднее сидение, а затем сама залезаю на переднее пассажирское и скромно натягиваю юбку на колени.

— Привет, — я буду милой и вежливой. Все ради того, чтобы он увез меня отсюда, — Как дела?

Парень не отвечает, но я не сдаюсь.

— Меня Василина зовут. Вот, приезжала в гости к бабушке, а теперь пора домой. Так не хочется уезжать!

— Так оставайся.

От его предложения мороз по коже идет. Ни за что в жизни.

— Увы, меня ждут дела, — вздыхаю с грустью, искоса поглядывая на него.

Устроить скандал отцу, выяснить, был ли Рафаэль на вечеринке Махоркиной и купить новый гардероб.