Глава 52
Ария стояла за кулисами и рассматривала океан огней — зрителей было так много, что ряды людей сливались в бескрайнее синее море. Волна эмоций словно накатывала оттуда к сцене, заполняя всё вокруг ожиданием. Дэн сиял от восторга, Артём тоже выглядел вдохновлённым, готовым разорвать пространство гитарными риффами. Евгений, как всегда, был собран и спокоен, крутя в пальцах барабанные палочки, будто проверяя баланс будущего ритма.
Ария медленно выдохнула, почувствовала лёгкий поцелуй на виске и, не открывая глаз, чуть сильнее прижалась к Руслану. Внутри стало теплее, спокойнее.
— Это выступление будет культовым, — уверенно сказал Дэн, словно заключая договор с самим небом.
— Главное — работаем, как на репетициях, без импровизаций, — тихо напомнил Евгений.
Ария закрыла глаза на секунду дольше, вслушиваясь в собственное дыхание, настраиваясь на ритм зала, на ритм группы. Она не чувствовала волнения. Лишь твердое спокойствие — будто всё уже давно предопределено.
Скоро подошли Рауф и Леон. Оуэнн катил перед собой инвалидную коляску, в которой сидела Дария. Девочка радостно замахала рукой:
— Удачи, Ария!
Морок улыбнулась и наклонилась ближе:
— Всё пройдёт по высшему разряду.
— Вы ещё никогда не собирали такую толпу, — сказал Рауф, оглядываясь на бескрайний зал.
Ария лишь пожала плечами: будто количество людей не имело для неё значения — только сама музыка.
Тем временем «Дарки» покидали сцену. Вадим, их фронтмен, задержался взглядом на Арии. В его глазах вспыхнула смесь злобы и презрения, но он промолчал, лишь хлёстко отвернувшись. Ария ответила на это лёгкой усмешкой — у неё не было ни времени, ни желания тратить силы на прошлое. Впереди было только выступление.
Леон задержал взгляд на Руслане. Орлов стоял рядом с Арией, обняв её за плечи так естественно, будто это было его место — не рядом, а вместе. В его движениях не было ни позы, ни демонстрации — только спокойная уверенность мужчины, которому доверяют. Ария чуть склонила голову к нему, и этого было достаточно, чтобы Леон всё понял. Они уже не просто друзья. Они стали парой, а может — любовниками.
В груди Оуэнна что-то кольнуло. Он на мгновение задержал дыхание, но быстро отвёл взгляд, заставив себя сосредоточиться на предстоящем шоу. С этим он разберётся позже. Сейчас главное — сцена.
Ария резко хлопнула в ладоши, как будто рассекла воздух:
— Собрались!
Звук её голоса прорезал напряжение, и ребята разом оживились. Дэн подмигнул, Артём сжал гриф гитары, проверяя хват, Евгений привычно кивнул. Всё стало на свои места.
— Пошли зажжём, — коротко бросил Жека и первым шагнул вперёд.
Он вышел на сцену, и зал взорвался радостными криками, тысячи голосов слились в единый гул. Волна света и звука обрушилась на «Эскапизм», готовая принять их, распахнувшись, как штормовое море.
Ария расправила плечи. Гитаристы ворвались на сцену, как ураган, первые аккорды пробили зал, и в тот же миг вспыхнули пиротехнические столбы огня, осветив сцену золотым сиянием. Толпа взревела так, что стены дрогнули.
Ария глубоко вдохнула, сделала шаг вперёд и вышла к зрителям с той спокойной уверенностью, которая отличала её от остальных. Луч прожектора поймал её фигуру, и зал будто взорвался новой волной восторга. Она подняла микрофон и запела:
Сквозь холод глаз, сквозь фальшь улыбок
Я ищу тепло среди теней.
Каждый друг — лишь тень на витрине,
Каждый взгляд — обман для чужих ролей.
Звук её голоса был хрустально чистым и в то же время острым, как клинок, пробивавший самую толщу зала. Толпа подхватила строчки, превращая их в единый гимн. Люди прыгали, кричали, подпевали, энергия словно текла из сердца в сердце.
Все под масками —
Лица прячут страх и пустоту.
Не осталось сил искать живую правду,
В мире, где слова давно мертвы.
Со сцены ударил световой шквал: лазеры резали темноту, прожектора двигались в ритм музыке, воздух был полон дыма и искр. Огненные струи выстреливали вверх при каждом ударе барабана, синхронно с грохотом баса.
Ария шагнула к краю сцены, протянула руку в зал, и тысячи рук взметнулись в ответ. Она улыбнулась и отдала себя толпе без остатка.
Слышен смех, но в нём лишь эхо,
Нет души за вычурной стеной.
Тянет вниз обрыв доверья,
Каждый шаг ведёт меня в иной покой.
Зрители завелись до предела: кто-то рванул в слэм, кто-то стоял с закрытыми глазами, подпевая каждой строчке, кто-то плакал, сжимая кулаки в воздухе. Энергия достигла апогея.
Сцена сияла — пламя, свет, музыка и голос Морок слились в единый огненный вихрь. Ария не просто пела — она властвовала над этим океаном людей, заставляя тысячи сердец биться в такт её песне.
Музыка перешла в новый, мощный ритм, гитары взвыли, бас пошёл плотнее, и Ария сделала шаг вперёд, подняв микрофон обеими руками.
Ветер режет лицо, но я не сверну,
Каждый шаг — это бой за свою мечту.
Сколько стен — все они падут,
Если в сердце моём не погаснет свет.
Толпа взорвалась оглушительным хором, подхватив каждое слово. На экранах — тысячи светящихся браслетов, будто целое море звезд, и все они мерцали в такт её голосу.
Гори внутри — не дай себе угаснуть,
Свети, душа, мой путь вперёд укажи.
Пусть ночь темна, но я не стану падать —
Моя звезда сильней любой тьмы.
Световое шоу ожило — прожектора врезались лучами в потолок, голубые и пурпурные всполохи танцевали над зрителями. В этот момент толпа стала единым живым организмом, каждая клеточка которого откликалась на слова и музыку.
Слышишь крик тишины? Это зов изнутри,
Я иду сквозь дожди, я иду вопреки.
Все сомнения — прах, всё, что держит, сгорит,
Пламя веры в груди не погасить.
Ария ощущала, как её голос сливается с ревом тысяч, как зал дышит вместе с ней. И всё же, краем глаза она уловила странное — огромная осветительная установка над барабанщиком покачнулась чуть сильнее, чем обычно. Трос, удерживающий её, едва заметно дрожал в свете прожекторов.
Она напряглась, но не сбилась, лишь чуть сильнее сжала микрофон. Толпа бушевала, не замечая угрозы. Музыканты были поглощены ритмом. И только Ария, стоя на переднем краю сцены, чувствовала неладное.
Она сделала шаг назад, продолжая петь, взгляд её снова метнулся к качнувшейся конструкции. В груди холодком отозвалось предчувствие, но голос её звучал уверенно, ровно и мощно, будто сама судьба пела через неё. Толпа кричала, танцевала, а над сценой медленно зрела беда.
На припеве зал будто взорвался — тысячи голосов слились в один, перекрывая даже грохот барабанов и рев гитар. Толпа прыгала, ревела, подпевала так мощно, что казалось, сама сцена качнулась от этой звуковой волны.
И в этот самый миг трос над барабанной установкой лопнул с резким металлическим звоном. Огромная осветительная конструкция сорвалась вниз.
Ария не думала. Её тело сработало быстрее сознания. Она развернулась, бросившись назад, и почти в полёте перепрыгнула через барабаны. Врезавшись в Евгения, она сбила его на пол, а тот, даже не осознавая, прикрыл её своим телом, словно сработал рефлекс.
И тут с грохотом, от которого дрогнули стены арены, многотонный железный светильный блок рухнул на сцену.
Звук инструментов мгновенно оборвался. Световые прожектора вспыхнули и замерли. Над всем гигантским залом повисла оглушительная тишина.
И в этой звенящей, ледяной тишине пронзительно, отчаянно разнесся крик барабанщика:
— Скорую! Срочно! Ария! Ария!! Ария!!!
Толпа ахнула, тысячи голосов загудели, но этот крик разорвал всё — гул, музыку, воздух. Паника накатила волной, и люди, еще секунду назад поющие в едином экстазе, теперь замерли, словно сама реальность дала трещину.