Глава 11 Страсть с первого взгляда
— Ее величество, королева Гленна Эйлис Сайбер.
В гордом одиночестве к нам спустилась вдовствующая королева-мать. Со дня смерти супруга она не показывалась в обществе ни с одним мужчиной под руку, даже с собственными сыновьями. История ее любви уже обрела статус легенды, но меня интересовало другое, о чем сплетники не могли, увы, поведать: какой она была личностью. Лицо было властным, взгляд — цепким, всеобъемлющем, а осанка — воистину королевской. Бордовое платье подчеркивало ее величие, как и массивные украшения, вполне уместные. С такой женщиной лучше не шутить. Хорошо, что я все равно не собираюсь становиться ее невесткой.
Вопреки моим ожиданиям, она не села на трон королевы, а встала позади трона короля, как бы намекая, что место свободно, направляйте резюме, девочки! Мы рассмотрим, вынесем вердикт, и одна из вас получит вакантную должность, пока остальные будут глотать крокодильи слезы.
— Его высочество, принц Максимилиан Эрик Сайбер.
Воздух в легких закончился… по крайней мере так я себя почувствовала. Одно лишь имя фальшивого жениха наполняло сердце гневом, а тут он сам объявился собственной персоной, еще и во всем блеске королевского титула. Девушки вокруг затрепетали; не невесты, а младшие герцогские дочери, наследницы графов и баронов. Хотя любая из невест, если не захомутает правителя, будет рада проникнуть в королевскую семью хотя бы посредством брака с младшим принцем.
Мы не виделись с Максом с того самого дня в усадьбе Кусково, когда он похитил меня, приволок в свой мир, чтобы помочь лучшему другу не лишиться печати Амароса. Марко я простила, но вот с Максом дело обстояло несколько иначе. Я ведь поверила ему, в его чувства, согласилась мысленно стать его половинкой, а в итоге наша встреча оказалась спектаклем, его любовь — ложью, и теперь он как ни в чем не бывало спускался по лестнице в роскошном мундире, под аккомпанемент восторженного девичьего шепота, смущенных смешков и завлекательных взглядов.
Мы с невестами застыли в поклоне, что помогло бы в любую секунду избежать зрительного контакта, но он даже не посмотрел в мою сторону. Вот так, поматросил — и бросил, как говорят у нас в России. Ну еще бы, своего ведь добился — оказал услугу Марко, а участие в отборе — уже моя проблема.
«Принц или нет, но, если доберусь до твоего лица — расцарапаю, как дикая кошка!» — мелькнула успокаивающая мысль, и реально стало легче.
Однако «основное блюдо» ждало меня впереди. Церемониймейстер обвел благородных дам и господ высокомерным взглядом, и важно произнес:
— Его величество, король Морай Фингол Сайбер, правитель Аттокуса, фоирчерн Белых Островов.
На этот раз все до единого умолкли, кажется, даже перестали дышать. Я замерла в поклоне, опустив глаза, и не увидела, как король спустился по лестнице, сел на трон, и выпрямилась, лишь когда церемониймейстер подал условный знак.
Не знаю, существует ли любовь с первого взгляда, но страсть точно есть. Все мое тело скрутило от боли, и из пелены телесной лихорадки проступило безумное желание. Я никогда такого не испытывала, даже при просмотре специфических фильмов, а сейчас сгорала, стараясь не подавать виду, иначе обвинят в разврате, и пропала наша операция «провали отбор — вернись домой». Ну почему, почему он?
Допустим, король оказался типичным красавцем из женских грез: высокий, метра два, не меньше, мускулистый, с таким размахом плеч, что все невесты при желании за ними спрячутся. Узкие бедра, длинные ноги, руки со вздутыми венами — лучше девичья фантазия и не нарисует. А лицо, глаза, осанка, взгляд… Встреть я его в нашем мире — влюбилась бы без памяти! Ему бы волосы еще укоротить, хотя в этом мире длина до плеч — самый писк моды. И все равно ему подходит, черт такой!
— Благодарю, что прибыли в мой замок! — от хрипотцы в его голосе низ живота свело острой вспышкой желания. — Я рад, что все носители печати Амароса выполнили долг перед своим королем, предоставив идеальных невест для предстоящего отбора: красивых, образованных, достойных трона.
Левая рука указала на бархатное кресло с позолотой, и все девушки голодным взглядом впились в желанный трон. Я же боролась с каким-то подозрительным, и крайне несвоевременным либидо, как взгляд правителя остановился на мне, и на секунду наши глаза встретились. Его скулы заострились, король сжал правую ладонь, и отвернулся, а я ощутила опустошение, боль, будто из груди вырвало сердце. Руку начало жечь, на что я старалась не обращать внимания.