Глава 2.

Неупокоенный и весьма вежливый

Тейлар оказался эльфом. Или чем-то, что так себя называло. Его речь была отчётливо поставлена, манеры — как у библиотекаря с тысячелетним стажем, а вот внешний вид… Зина старалась не смотреть ниже шеи. Особенно на то место, где из-под воротника проглядывал участок обнажённых мышц и сухожилий.

— Не волнуйся, — сказал он, заметив её взгляд. — Моё тело частично разрушено. Но разум сохранён. Мы, Хранители, не умираем сразу. Это — временно.

— Очаровательно. Скажи, у тебя есть аптечка? Или клей?

— У нас есть мази для духовных оболочек, но, боюсь, они не помогут в случае с такой реакцией на артефакт.

Они шли по тропе, петляющей между деревьями. Всё вокруг светилось. Зина шагала осторожно, проверяя каждый шаг. Почва казалась странно упругой, а под ногами иногда тихо шевелилось что-то похожее на мох с глазами. Или ей это казалось. В любом случае, она решила не проверять.

— Мы направляемся в Усадьбу Теней, — сказал Тейлар. — Там ты сможешь отдохнуть и… обдумать произошедшее.

— Мне бы интернет и карту, но пойдёт и подушка.

— Ты не первая, кто попадает в наш мир. Но ты первая, кто пришёл по Перстню.

— А сколько всего было?

— За последние три века? Трое. Один сгорел. Один растворился. Один остался в виде пыли.

— Отличная статистика. Обнадёживаешь, правда.

Тейлар повернул голову — медленно, как будто шея была не до конца прикреплена. Или слишком вежливо собрана.

— Ты иронизируешь. Это облегчение. Большинство наших магов боятся твоего появления. Но я — нет. Я думаю, ты можешь быть полезна.

— Я вообще-то патологоанатом. Я полезна только с ножом в руке и телом на столе.

— Именно. Ты умеешь читать плоть. А у нас с этим… проблемы.

Он отдёрнул ветку. За ней открылся просторный двор с серым каменным зданием, похожим на старинную обсерваторию, если бы та выросла из грибов. На стенах вились растения с фосфорным свечением, окна были заделаны не стеклом, а чем-то жидким — как плотный пар.

— Добро пожаловать, Зинаида из другого мира, в Усадьбу Теней.

— Спасибо. Это звучит как санаторий для вампиров, но, наверное, у вас тут неплохо.

Во дворе, к удивлению, находилось множество существ. Не только эльфы. Она заметила стройную женщину с прозрачными руками, фигуру в длинном хламиде, будто сложенную из перьев и дыма, и кого-то, кто сидел, пульсируя, словно из желе. Последний обернулся — у него было лицо. Почти человеческое. Почти.

— Это флюксит, — объяснил Тейлар. — Они переменчивы. Их тела отражают эмоции. Если он ярко-синий, лучше не подходить. Это ревность.

— А если светится жёлтым?

— Очарование.

— Надеюсь, не моим интеллектом.

— Пока — твоим запахом. Ты чужая. А значит — интересная.

Зина остановилась у арки, ведущей внутрь здания. Камень был тёплый. Воздух внутри дрожал. Она глубоко вдохнула, затем выдохнула, прислонилась к стене.

— Ладно, Тейлар. Давай сразу. Что я должна сделать, чтобы вернуться домой?

— Найти вторую половину артефакта. Перстень не просто ключ — он часть механизма. Другая часть давно утеряна. Или спрятана.

— Как удобно. Как обычно. И, конечно, никто не знает, где искать?

— Некоторые знают. Но не спешат делиться. Ты нарушила равновесие, Зинаида. Много кто захочет использовать тебя.

— Прекрасно. Опять я — козёл отпущения. Даже в другой вселенной.

Он кивнул, будто соглашаясь.

— Но ты — не одна. Пока ты здесь, я — твой Страж. Это традиция. И… долг. Пока ты не пройдёшь церемонию принятия, тебя могут посчитать опасной. Или уязвимой. Мы не хотим ни того, ни другого.

— Подожди. У меня что, теперь персональный зомби в качестве телохранителя?

— Я — не зомби. Я — некротельный. И я вежливее большинства живых.

— Верю. Уже верю. Особенно по сравнению с моими бывшими.

Она усмехнулась. Он не ответил, но его лицо будто смягчилось. Если такое вообще возможно, когда щёку заменяет сухожилие.

— Пошли. Может, ты расскажешь, как работает ваша магия. А я в ответ — как пользоваться скальпелем без последствий.

— Мне кажется, мы прекрасно подходим друг другу.

Она шла вперёд, голова гудела от информации, но шаг стал увереннее. Было в этом мире что-то… настоящее. Или, может быть, просто: дома давно уже не было ничего, что удивляло бы.

Теперь — было.

И она не собиралась уходить просто так.