Положиться на память народа, который способен забыть Его установления, Господь не мог и начертал заповеди на каменных скрижалях. Он хотел оградить Израиль от какой бы то ни было опасности смешения языческих традиций со Своими святыми требованиями или же с человеческими законами и обычаями. Но дать народу предписания Десятисловия было недостаточно. Люди уже проявили легкомыслие, и потому Господь в Своем провидении не оставил без охраны ни одной двери, через которую могло бы проникнуть искушение. Бог повелел Моисею записать все законы и предписания, подробно растолковав все, что требовалось. Эти толкования, объясняющие обязанности человека перед Богом, перед ближними и чужеземцами, являли собой не что иное, как расширенные принципы Десяти Заповедей, представленные столь подробно для того, чтобы ни у кого не возникало никаких сомнений по поводу их. Эти разъяснения были призваны сохранить святость Десяти Заповедей, начертанных на каменных скрижалях.
Если бы человек соблюдал Закон Божий, данный Адаму, после хранимый Ноем и соблюдавшийся Авраамом, тогда не было бы никакой необходимости в обряде обрезания. И если бы потомки Авраама чтили завет, символом которого было обрезание, они никогда не впали бы в идолопоклонство и им не пришлось бы влачить такую жалкую участь рабов в Египте; они хранили бы Закон Божий в своей душе, и тогда не было бы необходимости провозглашать его на Синае или писать на каменных скрижалях. И если бы народ жил согласно Десяти Заповедям, не было бы нужды в дополнительных толкованиях Моисея.
Система жертвоприношения, данная Адаму, также была искажена его потомками. Суеверие, идолослужение, жестокость, безнравственность извратили простое и важное служение, определенное Богом. Длительное общение с идолопоклонниками привело к тому, что Израильский народ перенял многие языческие обычаи, соединив их с обрядами своего служения. Потому на Синае Господь дал определенные указания относительно жертвенного служения. После того как святилище было готово, Бог говорил с Моисеем из облака славы над престолом благодати и дал ему точные указания относительно системы жертвоприношения и служения, проводимого во святилище. Так Моисеи узнал обрядовый закон, который был записан им в книгу. Но Десятисловие, провозглашенное на Синае, Господь Сам начертал на каменных скрижалях, свято хранимых в ковчеге.
Многие пытаются совместить эти две системы и с помощью текстов, относящихся к обрядовому закону, стараются доказать, что нравственный закон был упразднен. Но это не что иное, как извращение Писаний. Между этими двумя системами неоспоримое глубокое различие. Обрядовый закон состоял из прообразов, указывающих на Христа, Его жертву и священство. Этот ритуальный закон с его жертвами и обрядами должен был исполняться евреями до тех пор, пока в смерти Христа, Агнца Божьего, берущего на Себя грех мира, не встретится прообраз с реальностью. И тогда все жертвоприношения утрачивали смысл. Это тот закон, который Христос “взял… от среды и пригвоздил ко кресту” (Кол. 2:14). Но относительно Десяти Заповедей псалмопевец говорит: “На веки. Господи, Слово Твое утверждено на небесах” (Пс. 118:89). И Сам Христос утверждает: “Не думайте, что Я пришел нарушить закон… истинно говорю вам [Он подчеркивает эти слова]: доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все” (Мф. 5:17, 18). Здесь Он не только объясняет требования закона, но и уверяет, что они неколебимы, пока существуют небо и земля. Закон Божий так же неизменен, как и Его престол. Во все века Он будет предъявлять к человечеству Свои требования.
Относительно закона, данного на Синае, Неемия говорит:
“И снисшел Ты на гору Синай, и говорил с ними с неба, и дал им суды справедливые, законы верные, уставы и заповеди добрые” (Неем. 9:13 – выделено автором,). А Павел, “апостол язычников”, заявляет: “Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра” (Рим. 7:12). Это определение может относиться только к Десяти Заповедям; ибо это закон говорит:
“не пожелай” (Рим. 7:7).
Хотя смерть Спасителя и положила конец закону прообразов и символов, но она ни в коей мере не умалила обязанности человека, обусловленные законом нравственным. Напротив, сама смерть Христа, которая была необходима для того, чтобы искупить нарушения закона, свидетельствует о его непреложности.
Те, кто утверждает, что Христос пришел упразднить Закон Божий и устранить Ветхий Завет, говорят об иудейской эпохе, как о темном веке, и представляют религию евреев как совокупность незатейливых форм и обрядов. Но это заблуждение. Все страницы Священной истории, где говорится об отношениях Бога с избранным Им народом, отмечены жгучим присутствием величественного Я ЕСМЬ. Никогда Он не являл сынам человеческим больших знамений Своей силы и славы, чем в то время, когда они чтили его как своего единственного Владыку, установившего для них Свой закон. Не человеческая рука, держащая скипетр, управляла ими, но величественное и неизреченное могущество невидимого Царя Израиля.
Во всех этих откровениях Божественная слава Божья открывалась через Христа. Не только при пришествии Спасителя, но на протяжении всех веков после грехопадения и обещанного искупления “Бог во Христе примирил с Собою мир” (2 Кор. 5:19). Христос был основанием и центром системы жертвоприношения как в патриархальном веке, так и в иудейском. Со дней грехопадения наших прародителей между Богом и человеком не существовало непосредственной связи. Отец отдал весь мир в руки Христа, чтобы Он Своим ходатайством искупил человека и подтвердил власть и святость Его закона. Всякое общение между Небом и падшим родом осуществляется через Христа. Это Сын Божий дал нашим прародителям обетование об искуплении. Это Он открывался патриархам. Адам, Ной, Авраам, Исаак, Иаков и Моисей сумели постичь Евангелие. Они ожидали, что спасение принесет Тот, Кто заменит собой человека на кресте и искупит его грехи. Эти святые мужи древности общались со Спасителем, Которому предстояло прийти в наш мир в человеческой плоти, а некоторые из них говорили со Христом и небесными ангелами лицом к лицу.
Христос не только направлял евреев в пустыне, будучи Ангелом, в Котором было имя Истовы и Который, облеченный облачным столпом, шел впереди народа, – Он был и Тем, Кто дал закон Израилю. Окруженный грозной славой на Синае, Христос в присутствии всего народа провозгласил Десять Заповедей закона Своего Отца. Он вручил Моисею закон, начертанный на каменных скрижалях.
Это Христос обращался к Своему народу устами пророков. Апостол Петр в своем послании к христианской церкви говорит, что пророки “предсказывали о назначенной вам благодати, исследуя, на которое и на какое время указывал сущий в них Дух Христов [выделено автором], когда Он предвозвещал Христовы страдания и последующую за ними славу” (1 Петр. 1:10, 11). Это голос Христа обращается к нам через Ветхий Завет: “ибо свидетельство Иисусово есть дух пророчества” (Откр. 19:10).
Когда Христос был среди людей и учил их. Он направлял их внимание к Ветхому Завету. Он говорил иудеям: “Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне” (Ин.5:39). В то время книги Ветхого Завета являлись единственными книгами Библии. Снова Сын Божий заявляет: “У них есть Моисей и пророки; пусть слушают их”. И дальше он добавляет: “Если Моисея и пророков не слушают, то, если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят” (Лк. 16:29, 31).
Обрядовый закон был дан Христом. И позднее, когда этот закон уже не соблюдался, Павел показал евреям его истинное значение, обозначив его место в плане искупления и его соотношение с работой Христа; великий апостол называет этот закон славным, достойным своего Божественного Творца. Торжественное служение в святилище символизировало великие истины, которые будут открыты грядущим поколениям. Облако курения, поднимавшееся с молитвами Израиля, символизировало Его праведность, только благодаря которой могут быть приняты молитвы грешника; закланная жертва на алтаре всесожжении свидетельствовала о грядущем Искупителе; из Святого святых сияло знамение видимого присутствия Божьего. Таким образом во все века мрака и отступничества в сердцах людей хранилась живая вера, пока не настало время пришествия обетованного Мессии.