Глава 32

У меня даже не возникает мысли назвать происходящее «разговором».

Это скорее похоже на какой-то торжественный ритуал.

Облик величественного старца становится максимально четким. За прозрачным стенками корпуса звездолета таинственно мерцают звезды и сгорают в пламени астероиды.

Капитанский мостик переливается и мерцает цветами диаграмм и разных голограмм, о значении которых я могу только смутно догадываться.

Все это создает уникальную атмосферу — происходящее кажется удивительным сном.

И в тоже время — пугающим, потому что примарх обводит тяжелым взглядом присутствующих, словно сканирует лицо каждого, забираясь глубоко под кожу и чувствуя самые потаенные мыли.

Я ныряю за спину Дайонаса и задерживаю дыхание — только бы он меня не заметил.

Тишина повисает абсолютная.

Примарх спускается с небольшого пьедестала, а я осторожненько выглядываю из-за мощной руки Дайонаса.

Мне страшно и очень интересно — уверена, такое можно увидеть очень редко, а уж простой землянке — никогда.

И моя любознательность не оставляет выбора.

Примарх неторопливо разворачивается к Алькиору.

Все в облике примарха выдает в нем того, кто привык к абсолютной власти и такому же повиновению: горделивая осанка, уверенная поступь, свободные манеры в окружении этих могучих звездных воинов.

Воистину, он — первый среди равных.

— Рассказывай.

— На Тарнарисе я встретил землянку…

Если до слов Алькиора было тихо, то теперь тишина становится пронзительной, звенящей.

Примарх молча ждет продолжения объяснений.

— Она была в рабстве и ей грозила смерть. Я забрал ее себе.

Так просто, несколькими словами он описывает мое спасение.

— Пираты вживили ей вита-чип, и, чтобы извлечь его и сохранить ей жизнь, Вайлен помог ей во время процедуры экстракции.

Голос Алькиора негромкий, спокойный. Он уверено отвечает на взгляд примарха, горделиво вскинув подбородок.

— Это все.

— Мой сын пострадал из-за… землянки?

В голосе повелителя слышится удивление, граничащее с изумлением.

А я покрываюсь гусиной кожей.

Становится очень страшно.

— Да.

Алькиор спокойно кивает головой и его светлые чудесные волосы вздрагивают, как серебристые волны.

— И дипломатический конфликт и возможная война с Тарнарисом?

Напряжение густеет, заполняя все пространство капитанского мостика.

Кажется, что слышны потрескивания электрических разрядов в воздухе.

— Да.

— Из-за землянки?

Бесстрастное лицо старца вряд ли часто отражало такие эмоции, как сейчас — изумление берет верх над ним.

Он вскидывает кустистые брови, и рот слегка перекашивается.

— Да, повелитель. Из-за землянки.

— Но… почему?

Примарх сверлит Алькиора взглядом.

А меня пробивает крупная дрожь.

Вдруг, неожиданно, что-то мягкое, шелковистое на ощупь и ласково-теплое обвивает мои плечи.

Не сразу понимаю, что это.

Хвост Дайонаса!

Он появляется и словно обнимает меня, оберегая.

— Она — особенная, повелитель. Я почувствовал это как только увидел ее глаза на том невольничьем рынке.

— Звездный скиталец Алькиор, ты… влюбился?

Изумление все еще не отпускает примарха. Он вглядывается в Алькиора, все еще не веря словам.

— На тот момент…

И от этого выражения я вспыхиваю и слегка трясусь от возбуждения.

— … это не имело никакой роли. Дайонас и Вайлен почувствовали тоже самое. Мы все почувствовали ее… уникальность, — добавляет Алькиор, не отводя твердого взгляда от примарха.

На мгновение повисает тишина.

А я едва справляюсь с крупной дрожью, которая трясет тело.

Если бы не ласковая нежность хвоста Дайонаса, я бы уже давно расплакалась от напряжения.

Но он прекрасно чувствует мое состояние и стискивает хвостом в объятиях, слегка поглаживая и успокаивая.

— Она… что? — он даже чуть подается вперед. — Уникальная? И в чем ее уникальность? Я хочу понять это, ведь мой сын сейчас борется с Омутом Вечности из-за этой… землянки, — он выплевывает слово «землянка» с нескрываемым пренебрежением.

— Она не просто землянка, отец протари.

Что-о?

Сегодня сказано столько слов, что кажется удивляться я больше не могу, но с каждой секундой поражаюсь все больше и больше!

Особенная? Уникальная? Не просто землянка?

Мне безумно приятно слышать такие слова от Алькиора. Он смело произносит их в присутствии всего экипажа, но… но он ошибается!

Я же обычная девушка с Земли. В моей жизни до первого полета в космос вообще не было ничего удивительного — обычная серая жизнь: детдом, университет, общежитие, учеба и подработки…

— Где она? — громыхает голос примарха.

Алькиор поворачивается к нам с Дайонасом, и от волнения у меня подкашиваются ноги. Если бы не хвост, то я точно давно бы упала на колени.

Поджилки трясутся, а на лбу выступает холодная испарина. В ушах стучит пульс.

Хвост Дайонаса ласково, но настойчиво подталкивает меня вперед.

Я не хочу выходить — мне очень страшно, да и этот суровый повелитель явно настроен против меня.

Может быть мужчины решат свои вопросы, а я пока тихонечко в уголке подожду?

В конце концов, я согласна и на Землю вернуться, хоть и не хочу расставаться с моими спасителями…

Хвост вытаскивает меня из-за огромной, как стена, спины моего защитника, и я встаю рядом.

Дайонас крепко сжимает мою ладонь… и приободряюще смотрит на меня, чуть улыбаясь.

Зеленые, глубокие глаза лучатся лаской…

Мы делаем шаг вперед вместе…