10

10

Саманта

Час спустя Аурен послал за мной своих стражников. Ожидание было мучительным. Что они обсуждали? Тайные заговоры или, возможно, просто торговались из-за моей цены?

Каждый шаг по коридору казался тяжелее предыдущего. У меня не было иллюзий относительно опасности, навстречу которой я шла, или того, насколько меня превосходили.

Двое часовых распахнули двери в личную столовую Аурена, и, прерывисто дыша, я шагнула внутрь. Королева Айанна подняла глаза, и миллион сомнений пронесслось в моей голове.

Она была невероятно красива, с безупречной кожей и томной элегантностью, которая была одновременно уравновешенной и непринужденной. Она сидела за большим столом, как в своей спальне, совершенно расслабленная, обхватив рукой хрустальный бокал с вином. Ее слабая улыбка была обезоруживающе соблазнительной, но я знала, что нахожусь в двадцати футах от самой опасной женщины в Стране Грез.

Ее зеленые глаза изучали меня с безжалостной точностью, оценивая каждый изъян и промах. Мои ладони вспотели, несмотря на прохладу в воздухе, но я заставила себя встретиться с ней взглядом, когда шла вперед.

Хищник чует страх.

Аурен улыбнулся и встал при моем приближении.

Ни один из них не подавил свои сигнатуры, и их мощные ауры врезались друг в друга, как волны, разбивающиеся о скалы.

Служащий бросился вперед и выдвинул для меня стул, а Аурен сделал драматический жест.

— Саманта, это королева Айанна из Бессмертного Двора.

Должна ли я была склониться перед ней? Сделать реверанс или встать на колени?

Если бы она была хоть немного похожа на Аурена, она бы привыкла к тому, что люди относятся к ней как к богине, но она бы не уважила это. Несмотря на все золото и шик, двор был всего лишь еще одним видом боевого ринга, и показать слабость означало смерть.

Чтобы пройти ее испытание, я должна была быть сильной.

Я взглянула на пустой стул, затем снова на нее.

— Ты пыталась меня убить.

Уголки ее рта приподнялись.

— Да.

Никакого отрицания. Никакой шарады. По крайней мере, я могла бы это уважать.

Королева небрежно взболтнула бокал с вином.

— Я думала, ты пытаешься освободить Темного Бога Волков из его тюрьмы. Если твое убийство могло остановить это, то это был мой долг.

Я одарила ее явно фальшивой улыбкой.

— Но это не так. Я помогла заманить его в ловушку и чуть не погибла в процессе.

— Так я слышала. Но потом я получила сообщения, что ты ухаживала за ним и даже сражалась на его стороне. Я отдала два приказа. Если ты была его пленницей, они должны были помочь тебе сбежать. А второй, если ты попытаешься освободить его или находишься под его контролем, то они должны были тебя убить.

— Тогда, наверное, мне повезло, что убийца плохо справился со своей работой, потому что он точно не задавал мне никаких вопросов, прежде чем попытаться меня убить.

Аурен бросил на меня предупреждающий взгляд.

— Я думаю, мы можем убрать ножи. Сядь.

Королева не выказала ни капли беспокойства. Она поставила свой кубок на стол и наклонилась вперед, глядя мне прямо в глаза.

— Темный Бог Волков — монстр, который представляет угрозу не только для моего королевства, но и для всей Страны Грез. Даже его самоуверенный брат знает это, хотя и ненавидит признавать правду. Если бы твоим намерением было освободить его или помочь его делу, я бы без колебаний убила тебя. В конце концов, мы на войне.

— Приятно слышать.

— Я не пытаюсь запугать тебя. Темный Бог Волков должен быть свергнут любой ценой. Я не хочу, чтобы у тебя были какие-либо вопросы о моих приоритетах, — она откинулась назад и выгнула бровь. — Ты действительно хочешь победить его, не так ли, Саманта?

Разве это не было всем, чего я когда-то хотела? Уничтожить Темного Бога? Наказать его за то, что он сделал с Мэджик-Сайд и со мной?

Но это было до того, как он стал Кейденом. Несмотря на все зло, которое он совершил, в нем была благородная сторона. Защитник своего народа.

Мой защитник.

Однако сейчас я не могла думать о нем в таком ключе, не перед ней. Мой пульс ускорился, когда ужас пополз вверх по позвоночнику. Увидит ли она это на моем лице? Сможет ли она учуять мою ложь, как оборотень?

Я опустила взгляд и заставила себя вспомнить видения, которые когда-то преследовали меня по ночам — оборотни, одержимые его силой, проносящиеся сквозь туман и разрывающие жителей Мэджик-Сайда. Их красные глаза в темноте. Выражение ненависти на лице моей подруги Саванны, когда она вцепилась когтями мне в горло.

Я встретила ледяной взгляд королевы.

— Темный Бог Волков заставил мою лучшую подругу убить меня. Он обратил нашу стаю против нас самих и усеял улицы моего дома телами моих друзей и соседей. Всем сердцем я ненавижу его за это.

Она изучала меня с безжалостным вниманием, и я задрожала от покалывания ее магии в воздухе, проникающей в мою душу. Я снова и снова прокручивала в уме насилие и разрушение, пока у меня не скрутило живот.

Я похоронила мысли о трагическом короле, который провел в заключении больше лет, чем я могла сосчитать. Я отогнала видения о том, как он безжалостно сражается, чтобы защитить свой народ от монстров королевы. О том, как он вырубал лозу за лозой в отчаянной попытке спасти свою землю, зная, что чем упорнее он будет бороться, тем хуже им станет.

Я заставила себя забыть о том, как он боролся, защищая меня, и о том, что я чувствовала, когда его магия вернула меня с порога смерти. И я прогнала воспоминание о его губах и поцелуе, который заставил меня почувствовать, что я вижу его впервые.

Я похоронила все это глубоко в своей душе. Этого не было. Это была какая-то другая девушка. Другой бог. Сон. Заблуждение. Боль была единственной вещью, которая была реальной.

После мучительно долгой паузы королева наконец отвела от меня свой ледяной взгляд и расслабила плечи.

— Хорошо.

Напряжение в воздухе спало, и волна облегчения захлестнула меня. Мне захотелось рухнуть в кресло, но я заставила себя выдержать ее пытливый взгляд еще на мгновение дольше.

— Еще есть вопросы? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Это было самое важное, — тихо сказала Айанна. — Остальное может подождать. Я рада, что ты не пострадала и что у нас наконец-то есть шанс поговорить лично. И даю тебе слово, я не хочу причинять тебе боль. Я хочу помочь.

— Саманта, пожалуйста, сядь, — подтолкнул Аурен. — Мы все здесь на своей стороне.

Этот ублюдок был прав. Мы все были на своей стороне.

Я аккуратно поправила платье и села, пока слуга придвигал стул за мной. Взяла нож и вилку и разрезала мясо на тарелке, поднося кусочек ко рту.

Оленина. Она была нежной и сочной, но я не смогла насладиться ею. Я прошла первое испытание королевы, но она будет следить за каждым моим движением и анализировать каждое слово, слетающее с моих губ. Я никогда не должна ослаблять свою бдительность рядом с ней.

Я потягивала вино, наслаждаясь теплом, которое оно разливало у меня в животе, и встретилась с ней взглядом.

— Поскольку мы установили, что я не помогаю Темному Богу Волков, и ты не собираешься убивать меня, чего ты хочешь?

После паузы она заговорила.

— То же самое, что и тогда, когда я послала Сариона найти тебя — твоя помощь.

— И что это повлечет за собой?

— Изначально я просто надеялась, что бы ты определила слабое место, но Аурен сказал мне, что ты нашла способ помешать Кейдену пересекать барьер. Это невероятно, гораздо больше, чем я ожидала.

Я перевела взгляд на Аурена, но его лицо ничего не выражало. Он рассказал ей о лунном осколке? Я не хотела давать королеве больше, чем было необходимо.

Я вернулась к еде, чтобы найти предлог прервать зрительный контакт.

— Я действительно не понимаю, что это за барьер, но Темный Бог Волков больше не сможет им манипулировать, по крайней мере, пока я рядом.

— Наш двор в большом долгу перед тобой. Мои люди в пограничных землях наконец-то могут спокойно спать по ночам, зная, что зверь до них не доберется.

В то время как Селена и ее семья лежат без сна, ожидая прихода смертокрылов.

— Ты выглядишь не слишком довольной, — сказала королева.

Неужели я была настолько прозрачной? Очевидно, я не смогла бы скрыть свой гнев из-за того, что она сделала, не больше, чем я могла подавить свой гнев на Темного Бога.

— Ты не невинна, — сказала я, положив столовое серебро на стол. — Я видела разрушения по обе стороны границы, и твои действия такие же жестокие, как у Темного Бога Волков. Я наблюдала, как твои смертокрылы совершали набеги на деревни оборотней. Они ничего не защищали и даже не пытались захватить землю. Это было убийство, попытка посеять террор.

Ее стальной взгляд пронзил меня насквозь.

— Война — это смерть и террор, и от этого никуда не деться.

— Есть куда. Не убивать невинных людей.

Ее губы сжались от гнева.

— Я восхищаюсь тем, что ты идеалистка и что у тебя сострадательное сердце. К сожалению, как королева, я не могу позволить себе такой роскоши. Мы втянуты в войну, и я не перестану сражаться до тех пор, пока Темный Бог Волков не будет бессилен причинить вред моей земле.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она ударила кулаком по столу, и в комнате повеяло ледяным холодом.

— Ты понятия не имеешь, на что он способен. Когда Темный Бог Волков был силен, он опустошал наши земли штормами, которые сравнивали с землей города и вырывали горы с корнем. Ему не нужно пересекать барьер, чтобы убивать. Землетрясения и ураганы подчиняются ему. Вот почему в радиусе ста миль от границы нет ни одного города. Потому что Темный Бог Волков — воплощение смерти.

У меня перехватило горло. Я тоже видела это в нем.

Аурен потер лоб и серьезно посмотрел на меня.

— Моему брату всегда было трудно контролировать свой гнев. Перед тем, как попасть в тюрьму, он нарушил баланс в Стране Грез, сравняв города с землей и вернув их в дикую природу. Мы с королевой хотим восстановить баланс.