Глава 2. Изи
Так, достала саквояж из шкафа. И когда уже умолкнет это недоразумение, которое зовется моим братом. Эх, если мы не делили бы с ним одну утробу, я бы решила, что его нам подкинули. Ну а что, где это вы видели колдуна в тридцать пятом колене с рыже-золотыми волосами? Все темные колдуны, согласно хартии сумасшедших магов, должны были носить длинные черные волосы, иметь бледный цвет кожи и варить зелья из человеческой требухи. Правда век назад какие-то умники добились пересмотра хартии, и человеческая требуха была заменена на внутренности животных, так как люди, увы, вымирающий вид. Может, век назад так и было, но за прошедший век люди так расплодились во всех королевствах, что пора уже было другие расы вносить в перечень исчезающих видов. А после многочисленных поправок в хартии появились и рыжие колдуны. И ведь предлагала я брату перекрасить волосы в черный вамп, а он гад ни в какую. Вот и позорит наш род золотым ореолом на голове.
То ли дело я. Истинная колдунья. Волос черный до пят. Глазища на пол лица — зеленые, как самые редкие и чистые изумруды. Кожа светлая как перламутр. В общем, писаная красавица, была бы… если бы не нос. Он у меня, зараза, пошел в бабку, и вместо прямого профиля, я мучаюсь с этой ненавистной горбинкой. Но! Красоты моей колдовской эта горбинка все равно не портит.
— Изи, ты же не позволишь чужаку возлечь на наши перины, есть нашим столовым серебром, захватить нашу библиотеку.
Ты посмотри, поет как соловей, даже стихами стилизованными под старину заговорил.
Так, сгребла свои любимые платья и запихнула их в саквояж. Затем подошла к шкафу с туфлями. Дважды проверила, чтобы я не забыла ненароком одну из своих любимых туфелек.
— Изюшечка, я твой ближайший родственник. А мама перед смертью, ты сама говорила, просила тебя присмотреть за мной.
Белье, косметика, виолончель. Осмотрелась и, с легкостью подняв саквояж, направилась в соседнюю комнату. Хорошо еще, я успела доделать свой саквояж, который мог вместить в себя несколько сотен килограммов. Причем, не меняя своего изначального веса. У меня в руках сейчас находился пробный вариант. Я как раз собиралась на днях начать исследование всех возможностей саквояжа, чтобы запустить его в производство. Все же незаменимая вещь при сборах и в дороге, фыркнула ее, складируя в саквояж все свои артефакты и амулеты. Мое имущество брат не мог проиграть. Поэтому я не пропаду, хотя дом жаль. Все же сколько поколений наших предков появились в нем на свет. Правда почти столько же и покоились в этих стенах. И далеко не все они умерли от естественных причин, будь то старость. Сейчас времена изменились, немного, а еще несколько веков назад незазорно было добавить в вино смертельный яд и угостить ближайшего родича.
Эх, где те времена, мечтательно подумала я, понимая, кому бы я преподнесла сегодня подобный напиток.
— Ты не можешь меня игнорировать.
Еще как могу. И вообще, у него столько любовниц, что братишка быстро обзаведется новым гардеробом, а там гляди и сам женится. На той же госпоже Керик. И пусть она разменяла уже восьмой десяток, ей и тридцать еще не дашь. А все омовения кровью девственниц. Впрочем, при получении этой самой крови ни одна девственница не пострадала. Хотя матушка госпожи Керик когда-то прославилась на всю округу, когда на кладбище в поместье отыскали более сотни захоронений юных дев. Но так как именно сто лет назад активировались сообщества по защите людей, то госпожу Керик оштрафовали и запретили ей совершать убийства во имя своей молодости и красоты.
Без своей магии несчастная быстро состарилась и предстала перед безликим богом. А вот ее дочь доработала заклятие, которое держала в секрете, и вот уже пятьдесят лет как она не старела. И теперь кровь девственниц она использовала уже с их согласия. И их мучительная смерть в процессе изъятия крови уже не требовалась. Да и платила госпожа Керик за каждое кровопускание довольно прилично, правда с каждым новым годом она все чаше жаловалась, что отыскать этих самых девственниц становилось все сложнее. Вот и приходилось ей прибегать за помощью к совсем юным девицам. Да еще платить бонус их родителям, которые сопровождали свои чада к злой колдунье.
Но главное, помимо молодости и красоты, госпожа Керик еще владела богатством и титулом. Чем не завидная невеста?
Хотя... боюсь она сама откажется от моего братца. Ведь этот сын поганки, прости матушка, так вот, он в прошлый раз заявился к ней в гости, когда она собрала невинных девиц под крышей своего особняка. Сама госпожа Керик была вынуждена неожиданно уехать по делам в город. Отложив тем самым свои молодильные процедуры. И когда она вернулась, замечу, всего спустя три часа, все тринадцать девушек уже не годились для ее омолаживающих процедур, так как успели лишиться невинности. И судя по их довольным лицам, это уже служанка разнесла подробности того трехчасового марафона любви по округе, девицы остались более чем довольны тем способом, что им пустили кровь.
Брат правда каждой выдал потом плату, хотя все девицы были готовы обменять ее на еще одну встречу с этим болваном.
Поэтому госпожу Керик тоже можно смело вычеркнуть из списка подходящих невест. А то она быстро состарится рядом с моим братцем. Он же ее девиц будет портить раньше, нежели они переступят порог поместья.
— Изи! Я слышу топот копыт его скакуна, бегущего по дороге, ведущей к нашему дому.
Я уже заприметила незнакомого всадника три минуты назад. Если этот тип был бы в карете, я бы попросила его доставить меня до города, а так придется добираться верхом.
Хотя... попыталась вспомнить, была ли мной куплена хоть одна лошадь в наших, уже бывших, конюшнях.
И ответ разочаровал меня. Ладно, сегодня погода хорошая, и если я не договорюсь с этим новым хозяином, то и сама доберусь до города.
— Изи, ты обязана использовать свою силу и влюбить его в себя. Тогда нам не придется покидать наш дом.
— Изи! — возмущенно завопил брат, когда я показала ему жестами, что он сам может предложить свои услуги тому, кому и так уже проигрался в пух и прах.
— Ты же леди!
А еще я колдунья. И сейчас у меня нос чесался от желания кого-нибудь проклясть, так что меня было лучше не злить. И тем более не надоедать мне, пытаясь преградить дорогу...
— Ты же не позволишь мне...
А я предупреждала, не стоило было мельтешить перед моими глазами. Я отмахнулась от брата, и тот кубарем полетел с лестницы. Прямо под ноги нового хозяина поместья.
И дворецкий, который больше десяти лет притворялся глухим, поди ж ты, услышал стук сегодня с первого стука молотка. Видимо, уже все слуги знали о проигрыше брата, так как дворецкий еще склонил голову со своими редкими и седыми патлами, и даже поясницу у него не заклинило от боли.
А я ведь порой махала рукой, отпуская его, после его десятого ась, чего миледи желает?
Старый проныра. Впрочем, он теперь забота нового хозяина, а не моя.
Тверже взяла саквояж и начала спуск по лестнице, решив вообще не смотреть в сторону незнакомца, дабы избежать соблазна использовать свою колдовскую силу.
Все колдуны и колдуньи способны вызвать потайные желания и даже страсть заглянув в глаза своей жертвы. Но у меня эта способность просто уникальна, хотя и прибегаю я к ней редко. Ведь у меня все не как у колдуний. И если я загляну кому-то в глаза, то сразу так приворожу, что снять этот приворот уже и мне не под силу. Я вот по юности несколько раз прибегала к своей силе. Но кто ж знал, что вызывала я не только любовь, но скорее похоть и неконтролируемое желание сводящее несчастного с ума, если его объект, то бишь я, не отвечала на его страсть.
А так как я не планировала отвечать на притязания тех, кого с легкостью завораживала, то все они закончили свою жизнь одинаково — были убиты в тот момент, когда пытались склонить меня к плотским утехам. Дураки, нашли кого склонять, да еще против воли.
Так что смотрела я куда угодно только не на чужака, посмевшего выиграть у моего брата, разлегшегося в форме звезды на полу у его ног, дом.
Позор на древе нашей семьи. Может все же поднять дух кого-нибудь из предков, пусть объяснит этому недорослю что семейными особняками, на которых находится семейный склеп, не разбрасываются.
А впрочем, чего это я?
Вещички собрала, да собралась на выход. Иж чего. Это мой дом и никуда я отсюда не уйду. Хм...вернее пока это еще дом чужака. Но стоит мне только заглянуть ему в глаза и пожелать. И все — он станет сразу моим.
Главное, чтобы он был не женат. А то пока он будет с женушкой разводиться, мой приворот наберет такую силу что придется выбирать или прибить его до свадьбы и получения всего имущества, или придется разделить его страсть, чтобы такая жирная рыбка не сорвалась с крючка.
Ускорила шаг и улыбнулась во все свои тридцать три зуба. У колдуний зубов вообще-то тридцать четыре. Но мой братец и тут мне подгадил и выбил в детстве мой второй колдовской зуб.
Вот не зря я сейчас об этом вспомнила. Наступила на ногу брата, и его стон прозвучал отрадой для моих ушей. Второй ногой наступила на его спину. Подумала о том, чтобы потоптаться хорошенька на ней, но мое внимание привлекло покашливание. И чего спрашивается мне мешать общаться с любимым братом?
Но пора и план по спасению семейного гнезда предвещать в жизнь. И хотя хочется поступить вопреки просьбе брата «выйти замуж», но, кажется, выхода у меня не было. Ведь я и впрямь не могла представить, что чужак будет распоряжаться на семейном погосте или прикажет перестроить особняк.
Вдохнула и подняла взгляд, желая произнести заготовленную фразу из двух слов.
Но вопрос «женат ли он» так и остался незаданным.
Передо мной стоял просто образец мужской красоты. Даже мой братец, которого дамы и считали красавцем, меркнул рядом с этим мужчиной. Светлые волосы были заплетены в косу. Девчачья прическа, но боги, как ему шло. А вот глаза были редкого золотого цвета. Нос прямой, завистливо вздохнула я. Да еще рост, ширина плеч, элегантность. В общем, передо мной стоял мужчина, в которого могла влюбиться любая женщина.