Глава 41

Захар

Этот уебок меня вспенил. Я и так держал себя в руках, когда видел, как всякие уебаны глазели на мою Кудряшку. Никому нельзя лапать ее своими ушлепочными взглядами. Она только моя! Блядь, хоть табличку на Римму вешай, что она занята. Всерьез и надолго!

Зацеловав свою Няшку до головокружения, поднимаю за талию и несу на выход. Она вцепилась в меня и бесстыже облизывает мое ухо, заставляя мотор тарахтеть на максималках.

Сверху уже спускаются пацаны. Адам держит в руках микро-сумочку Няшки. У Яна на локте повисла какая-то деваха, позади них Ярик тащит еще двух.

– А Лео где? – спрашиваю и ставлю Римму на пол.

– Они уже пошли на выход.

Пацаны тоже взбудоражены. Всем хочется погонять. Особенно Яну, у которого чердак рвет от его сводной сестренки. Надо будет как-нибудь встретиться потрещать с ним. Я совсем растворился в Кудрявой и даже не знаю, что там происходит у друга. Но он молодец, держится. Даже не накидался сегодня.

Мы выходим на улицу и рассаживаемся по своим тачкам. Синхронно выезжаем с парковочных мест и выстраиваемся в колонну, двигаясь к выезду.

– Пристегнута, моя кудрявая крошка? – спрашиваю.

– Ага, – отвечает она взбудоражено. – А куда мы поедем?

– На старый аэродром. Хотели в городе погонять, но пацаны говорят, сегодня полицейские рейды. Не страшно, но есть риск, что наша гонка закончится раньше, чем мы достигнем финиша.

Выезжаем на проспект, где петляем между машинами, а потом сворачиваем на трассу. Здесь уже мы с пацанами можем отвести душу. Разгоняемся и начинаем играть в шахматы, обгоняя друг друга. Когда мимо меня справа пролетает Ян, он тычет фак в боковое окно. Я ржу, и Няшка заходится звонким смехом.

Съехав с трассы, немного замедляемся, потому что дорога до старого аэродрома слегка покоцанная. Пять тачек ползут аккуратно, чтобы не черкануться поддоном, а потом выезжают на аэродром.

Я делаю дозвон в наш с пацанами чат, они быстро подключаются, и мы выстраиваемся на стартовой линии.

– Проверьте, чтобы девчонки были пристегнуты, – говорит Лев.

Я бросаю взгляд на Римму и подмигиваю ей. Подаюсь вперед и целую свою сладкую девочку, подгазовывая.

– Погоняем, горячая моя? – спрашиваю и облизываю ее губы.

Римма смотрит на меня широко распахнутыми глазами и радостно кивает.

– Три, – слышу голос Адама и нормально устраиваюсь на сиденье. – Два. Погнали!

Как только он выкрикивает, пять тюнингованных монстров срываются с места, полируя шинами асфальт. В конце этой трассы толпа людей. Вообще старт там, но сейчас еще нет заездов, так что мы с друзьями несемся по идеально ровному асфальту, рассекая воздух своими лайбами.

Римма вскрикивает и заливисто хохочет. То прячет лицо в ладонях, то снова смотрит вперед. Я вижу все это боковым зрением.

Втапливаю тапку в пол, и тачка с ревом вырывается вперед. Римма визжит, я радостно ору, пацаны в телефоне матерятся. Все это дополняется тяжелыми басами музла, которое долбит, когда в чате тихо.

– Блядь! – рявкает Лео. – Зак, я тебя прикончу!

– Отсоси! – ору в ответ и рву когти дальше.

Первым пролетаю финишную полосу и, слегка сбросив скорость, командую Римме:

– Держись!

Дергаю ручник и начинаю крутить жучки на асфальте.

– Зак, мы уже поняли, что твоя новая тачила круче! – слышу голос Яна.

– Он просто перед девочкой выебывается, – отзывается Лео. – Оставьте его в покое.

Римма пищит и хохочет. Захлебывается адреналином, которым я заливаю ее по самые глаза. Потом торможу и, съехав с трассы, по боковой дороге медленно двигаюсь в сторону толпы. Отключаю связь с пацанами.

Внезапно Римма расстегивает свой ремень и, переклонившись через коробку переключения передач, кладет руку на мою ширинку. И без того каменный ствол дергается под ее нежной ладошкой.

– Ты что делаешь, малыш? – спрашиваю и бросаю взгляд на моего кудрявого бесенка.

– Хочу отсосать тебе, – задыхаясь, произносит она. – Не останавливайся, поезжай дальше.

– Блядь, да, – рычу и, свернув на дальнюю дорогу, еду, слегка прибавляя газу.

Римма расстегивает мою ширинку, чуть оттягивает джинсы вниз, достает из боксеров член и сразу же насаживается на него ртом.

У меня в глазах гребаная вспышка. Это так неожиданно, резко и совершенно безбашенно, что я едва не теряю управление тачкой. Вцепляюсь в руль, когда низ живота опаляет жаром.

Римма не собирается разогревать меня медленно. Нет. Она сразу берется за дело с таким рвением,что у меня начинает подтекать чердак. Перед глазами встает мутная пелена, но я не сбрасываю скорости. Наоборот, нога все сильнее давит на педаль, когда горячие губы быстро скользят по стволу.

– Блядь, – шиплю и кладу одну руку на затылок Няшки. – Пиздец, малыш. Да, вот так.

Чуть замедляюсь, чтобы развернуться, а потом снова ускоряюсь. Пацаны по очереди звонят на мой телефон, но я как будто не слышу вызова. Пусть хоть весь аэродром, нахер, рухнет, я не заставлю Римму остановиться.

По телу прокатывается волна бешеной дрожи, и я еще крепче вцепляюсь в руль. В глазах темнеет, и мне приходится остановиться, потому что мы можем слететь с дороги. Зарываюсь пальцами в шелковистые кудри и насаживаю Няшку чуть сильнее. В ушах долбит музыка вперемешку с кровью, и мои глаза закатываются.

Я выстреливаю Римме прямо в горло, и эта бесстыдница проглатывает все до последней капли. Медленно выпускает мой ствол из своего похотливого ротика, напоследок подарив ему поцелуй. Он дергается, как в предсмертной судороге.

Наконец Римма отстраняется, и я поворачиваю голову в ее сторону. Моргаю, наводя резкость. Она улыбается и облизывается.

Отстегиваю свой ремень и, повернувшись к ней всем корпусом, запускаю руку ей под юбку. Второй рукой дергаю ручник, чтобы тачка не сдвинулась с места.

– Мокренькая? – спрашиваю Римму, а она кивает. Проскальзываю между бедер и вжимаю кружево трусиков в ее промежность. – Да у тебя там потоп, малыш.

– Это ты виноват, – хрипит она и шире разводит ноги. – Теперь ты должен что-то сделать с этим.

– Обязательно, – отвечаю и впиваюсь в ее губы поцелуем.

Чувствую на ее языке свой вкус, но мне не противно. Ничего, что связано со мной и Риммой, не может быть противным. Хер бы я поцеловал какую-то другую телку после отсоса. Но эта девчонка – моя. Она вкусная всегда.

Отодвигаю в сторону трусики и погружаю пальцы во влажный жар. Там просто бассейн. Реально ее бедра мокрые от возбуждения. Это пиздец как срывает крышу. Просто уносит ее.

Трахаю пальцами. Добавляю большой на клиторе и играю со своей девочкой. Удовлетворенно слушаю ее сбивчивое дыхание. Рычу и кусаю нижнюю губу, которую она капризно оттопыривает.

– Быстрее, – просит Римма, задыхаясь. – Захар, пожалуйста.

– Обожаю, когда ты меня просишь, – отвечаю и, проникнув языком в ее рот, трахаю его так, как ее киску – пальцами.

Двигаюсь ритмично, а она обхватывает губами мой язык и принимает его так, как несколько минут назад – мой член. Порочная девочка. Нереальная. Моя.

Чуть ускоряюсь, когда слышу, как сильно срывается ее дыхание. Вынимаю из нее пальцы и быстро кружу по клитору, срывая громкие стоны с пухлых губ. Наклонившись, кусаю сосок через ткань платья, и Римма начинает трястись в моих руках.

Кончая, выгибает спину и кричит, пока я, замедляясь, продлеваю ее оргазм.

Наконец она опадает на сиденье, и я отнимаю от нее свои пальцы. Слизываю с них вкус ее наслаждения, а Римма наблюдает за этим пьяным взглядом.

– Готова потусить со стритрейсерами? – спрашиваю через пару минут.

– Теперь хоть в самое сердце ада, – с улыбкой отзывается моя малышка.

Я завожу тачку, а Римма поправляет свое нижнее белье и платье. Кладу руку ей на колено и медленно везу нас к месту сбора.