26/3

Выскочив в раздевалку, скидываю полотенце и рассерженно распахиваю шкафчик. Только в зеркале вижу отражение Рензора у дверей.

– Эсти, поговорим?

– Боги! Выйди, ящер! – возмущаюсь я, прикрываясь полотенцем.

– Я только что видел тебя в купальнике, не глупи, Брамс, – закатывает глаза О'Шарх. – Насчёт Истинности...

– Нет!

– Я хочу...

– Расторгнуть ее, – перебиваю его, с облегчением понимая, что мы на одной волне.

О'Шарх дёргает бровями и ошарашивает меня:

– Вообще-то нет, Брамс. Я намерен сделать нечто особенное и занимательное, – оскаливается он как-то уж очень хищно. Делает несколько мягких шагов в мою сторону, вынуждая мое сердце ускорить темп.

Как завороженная наблюдаю за его приближением и ощущаю, как во рту пересыхает от странного волнения. Чего это я вообще волнуюсь в его присутствии вдруг?!

– Чего? – выпаливаю тут же, приговаривая с ответом.

Рензор останавливается напротив меня, оставляя между нами жалкие сантиметры, так что я чувствую его обжигающе и приятное мятное дыхание на своем лице.

– Намерен жениться на тебе, Эстерия Брамс, – зловеще произносит Рензор.

Моргаю. Трижды.

– То, что ты кинул меня в бассейн, ещё не означает, что теперь ты обязан на мне жениться, – возмущаюсь я.

– Я не шучу.

Прикладываю ладонь к его лбу, и Рензор даже не отстраняется в бешенстве и не скалится брезгливо.

– У тебя драконья чахотка? – предполагаю я. – Хотя она сопровождается не только бредом, но и лихорадкой.

– Я даже готов простить тебе клевету в мой адрес.

Убираю ладонь и прикидываю в голове, не приложился ли О'Шарх головой по пути в женскую раздевалку.

– Перед глазами мушки не пляшут? – уточняю на всякий случай. – Голова не кружится?

– Думай как хочешь, Брамс, но расторжения Истинности ты не получишь, – спокойно произносит Рензор.

– И зачем это тебе?

– Резиденция в горах от деда, а может, и целый парящий остров, – пожимает плечами, – место в Сером Совете, уникальность и чужое восхищение на грани с завистью. При этом моя Истинная не только сногсшибательно красива, но и умна и... – Он прищуривается и издевательски дополняет, словно провоцируя. – Напомни, какие у тебя ещё выдающиеся качества?

– Мстительность и желание убивать тебя, – подсказываю честно.

Он склоняется к моему лицу и на выдохе произносит низким голосом:

– А знаешь, ты мне даже начинаешь нравиться, Эсти.

– Прекрасно, а теперь выйди, – бормочу я, ощущая странное разочарование от его слов.

Неужели им правда движет только расчет?