Глава 28
Учащенно дышу, словно только что бежала стометровку. Всего две минуты и Денису удалось невероятное: выбить у меня почву из-под ног и довести до состояния текущей самки. С ужасом смотрю в зеркало, вижу настоящее чучело: горячечный взгляд, разворошенная одежда, припухшие, искусанные губы, алые щеки, колыхающаяся грудь… Пылающим лбом вжимаюсь в прохладное полотно двери, успокаиваю сбившееся дыхание.
Прикрываю глаза, погружаясь в себя. Соловьев превращает мою жизнь в хаос, он буквально везде. Дома, на работе! Я постоянно натыкаюсь на него. Ограничить их общение с Никитой не могу — мой ребенок лучится счастьем рядом с отцом. Денис стал неотъемлемой частью нашей маленькой семьи и это пугает. Что будет с Никитой, если Соловьеву надоест играть в родителя? О себе не думаю. Конечно, я изо всех сил стараюсь не поддаваться обаянию Дэна, но это невозможно! Он ненавязчиво, но настойчиво окружает и сына, и меня такой заботой, что я теряюсь. Возможно, мои выводы необъективны, но я часто ловлю взгляд Дэна, в котором отчетливо просматривается сугубо мужской интерес к моей персоне. Кроме того, в домашней обстановке, абсолютно не стесняясь присутствия сына, он частенько обнимает либо целует меня. Возможно, со стороны это и выглядит невинно, но я физически ощущаю, как при этом Дэн опаляет меня мужским желанием!
Квартира, которую он снял для себя в городе, находится в шаговой доступности от школы, где учится Никитка. И в этом я тоже вижу скрытый смысл. По утрам Денис заезжает к нам домой, чтобы поздороваться с сыном, а в течение дня выстраивает свой рабочий график таким образом, чтобы успеть забрать Никиту с тренировки. Удивительно, как быстро он подстроился под наш ритм жизни. Именно, он под нас, не требуя ровным счетом ничего взамен…
Провожу указательным пальцем вдоль нижней губы. Перед уходом Дэн поцеловал меня сюда. До сих пор ощущаю головокружение от его ласки. Не поняла, как вышло, что я повисла на нем, да так, что ему пришлось снимать с себя мои руки. Стыдобища какая! Его обещание, брошенное после поцелуя, прозвучало, как настоящая угроза. Дэн и в юности был напористым парнем, а сейчас так вообще… бронетанк!
Не понимаю только, почему всем доступным для него развлечениям, он явно предпочитает общество нашего сына и моё? Я заметила, что где бы мы ни находились, его статная фигура неизменно притягивает к себе женские взгляды. Я могла бы сказать, что ревную, но как ревновать того, кто тебе не принадлежит?
— Привет, мам! — в комнату залетает сын, а следом входит его отец. Глажу постельное белье, врубив телевизор на полную мощность, на экране — слезливая мелодрама о неземной любви, которая так увлекла меня, что я не услышала звук открывающейся двери.
Целую подбежавшего сына, который вихрем уносится к себе в комнату. На Дэна не смотрю. Достаточно того, что я полночи ворочалась без сна, прокручивая в голове его вчерашние слова.
— Родная, — тихий шепот в ухо и Денис подкрадывается со спины, согревая горячим дыханием шею. Нежный поцелуй, от которого по телу бегут мурашки. Мужчина отодвигает в сторону утюг и разворачивает меня лицом к себе. Целует в уголок губ. — Ужасно соскучился по тебе.
В следующее мгновенье наглые руки скользят ниже талии и я взмываю вверх, придерживаемая за попу. Чужой язык по-хозяйски лезет в рот и я позволяю это! Наш поцелуй длится очень и очень долго.
— Пизд…! Вроде полегче… — облегченно выдыхает Денис, опуская меня на пол.
Уверена, стоит посмотреть на себя в зеркало, как я сгорю со стыда. Какого черта он делает это со мной⁈ И почему я позволяю⁈ Соловьев врывается в мой дом, целует, как будто это обычное для нас дело!
— Знаешь, — как ни в чем ни бывало обращается ко мне Денис, развалившись на диване, — мы вчера с Никитой поговорили и вместе приняли решение, что вам стоит перебраться ко мне. Как думаешь, сколько времени нужно, чтобы собрать вещи? — невозмутимо интересуется он.
Я в ауте. Обалдело смотрю на человека, стремительно ворвавшегося в мою жизнь и перевернувшего её с ног на голову. Его предложение настолько нелепое, что в первые секунды я даже не могу подобрать нужные слова, чтобы высказать вслух своё возмущение. Я уже не говорю о том, что после его «теплого» приветствия все мысли дружно испарились из головы!
— Это невозможно! — ничего лучше не придумала.
Судя по спокойствию, такая реакция не стала для него сюрпризом.
— Почему же? — лениво интересуется.
— У нас с Никитой есть своя квартира. Другая нам ни к чему! — твердо отвечаю. — Кроме того… — притормаживаю, обдумывая, как лучше преподнести ему информацию, которая не дает мне покоя.
— Ну-ну, продолжай! — подбадривает Дэн, с улыбкой глядя на меня.
— Рано или поздно тебе наскучит провинция и ты вернешься в столицу. Либо… — снова торможу, внимательно всматриваясь в потемневшее лицо напротив.
— Говори-говори, — просит Дэн. — Мне очень интересно, что ты там ещё надумала…
— Когда у тебя появится своя семья… Словом, мы с Никитой не станем тебе мешать…
Стоит закончить и посмотреть глаза-в-глаза, вижу, как помрачневшее лицо перекашивает от бешенства. Денис медленно встает и походкой готовящегося к прыжку хищника приближается ко мне, гипнотизируя свирепым взглядом. Непроизвольно отшатываюсь назад. Он очень зол и источник этой злости я.
— Кроме вас с Никитой другой семьи у меня нет! — жестко печатает, высверливая во мне здоровенную дыру.
— Рано или поздно… — сжимаюсь, словно кролик перед удавом, но стою на своём.
Меня обрывают. Дэн набрасывается, как голодный зверь. Его поцелуй совсем не нежный и не ласковый. Он терзает мои губы, как будто хочет наказать. Это больно и я делаю попытки вырваться, но он гораздо сильнее. Отчаянно тарабаню кулаками, но разве возможно причинить боль груде мышц? Его грудь жесткая, словно выточена из камня! Наконец, пытка прекращается, Дэн позволяет отступить.
— Какая же ты дура, Исаева, — сокрушенно шепчет он. — За десять лет ни хера не поумнела… Какая к чертовой матери семья, если я днем и ночью только о тебе думаю⁈ Заеб… уже дрочить! Если б не Никита, завалил бы тебя прямо здесь, чтоб дурь из башки глупой выбить!