Глава 33

– Добрый день, дамы, – улыбается Решетников, поздоровавшись со всеми, но останавливая свой взгляд на мне.

– Здравствуйте, Платон, – чувствую, как лицо вспыхивает, и инстинктивно опускаю глаза, не в силах выдержать его взгляд.

– Здравствуйте! – удивленно пищит Лиза с крыльца.

– Все в порядке? Может, вам что-то нужно? – чувствую его взор на себе и снова смотрю на него.

– Все хорошо, Платош! – отвечает ему Ксения. – Иди с нами чай пить!

– Не хочу мешать вашей чисто женской компании.

– Вы нам не помешаете, – отчего-то смущаюсь я. – И спасибо, что приютили.

– Я счастлив, что могу вам с Лизой помочь, Кира, – снова смотрит только на меня мужчина. – К тому же не дело это, чтобы дом стоял нежилым. Не для того его строили, – с какой-то грустью говорит он.

– А ты что, Платош, – с усмешкой говорит Ксения, – ехал, только чтобы проверить, как мы тут твоим домом пользуемся?

– От родителей еду. Они у меня в этом же поселке живут, – усмехается Решетников. – Но и к вам я просто не мог не заехать.

– Так, значит, все-таки на чай? – не успокаивается подруга.

– Да вот, если хозяйки пригласят, – лукаво щурится он и переводит взгляд с меня на Лизу.

– Давай, хозяйка, – подруга тычет меня в бок. – Приглашай хозяина, – посмеивается она.

– Мы будем очень рады, если вы присоединитесь к нам, – отчего-то смущаюсь, но все равно смотрю на мужчину.

– Тогда я с удовольствием выпью с вами чаю, – он нажимает кнопку на брелоке сигнализации, закрывая автомобиль, и проходит во двор. – Вам очень идет блонд, Кира, – говорит тихо Решетников. – Но ваш природный цвет волос мне нравится гораздо больше.

После его комментария я, наверное, становлюсь такого же ярко-красного цвета, как помада у меня на губах.

Помада!

Боже! Я и забыла, в каком нахожусь виде.

– Спасибо, – выдавливаю из себя и прохожу к дому.

– А где кухня? – первой вбегает внутрь Лиза.

– Справа от гостиной! – отвечает ей Платон.

– А чайник? – уже кричит из кухни дочь, убежавшая осматривать комнаты, пока мы разуваемся. – Все, нашла!

– Сейчас я тебе помогу! – идет следом за Лизой Ксения.

– Вы не беспокойтесь, тут чисто. Вчера только клининг был, – говорит Решетников.

– Даже если бы не было клининга, то вымыть самим не проблема, – стараюсь подавить внезапное волнение и осматриваю просторную светлую гостиную, по центру которой расположен камин. – Красивый дом.

– Спасибо, – идет следом за мной Платон и будто следит за моей реакцией.

– Почему вы тут не живете?

– Строил его под большую семью. Но, как вы знаете, семьи не вышло. А жене, почти бывшей жене, – быстро поправляется он, – больше по вкусу городская жизнь. Она наотрез отказывалась перебираться в пригород.

– Сочувствую… – мне искренне жаль, что брак этого мужчины распался. Похоже, он и правда очень сильно хотел семью.

– Сам видел, что общего у нас практически нет. Думал, со временем притремся и будем смотреть в одном направлении. Но жизнь расставила все по своим местам.

– Любовь на многое заставляет закрывать глаза… – пытаюсь вспомнить, когда впервые заметила, насколько холодным стал Егор и в какой момент он начал отдаляться.

Наверное, это случилось практически сразу после рождения дочки. Но материнство поглотило меня настолько, что я даже не заметила этого.

– Вы построили чудесный дом. Уверена, что вы ещё будет жить здесь счастливо со своей семьей.

– Когда-нибудь… – туманно отвечает мужчина.

– И еще раз, благодарю вас за помощь.

– Что вы! Когда Антон попросил меня об этом одолжении, я ни секунды не коллебался, Кира. Мне бы очень хотелось, чтобы вы чувствовали себя здесь в безопасности и чтобы вам с дочкой было уютно.

– Спасибо, Платон, – теперь смотрю на него прямо и больше не чувствуя прежней скованности.

– Мам, ну вы где? – выбегает с кухни дочь. – Мы вам уже чай налили. А ты какой чай любишь? – обращается она к Решетникову.

– Дочь! Не “ты”, а “вы”, – поправляю я ее.

– Ничего страшного. Черный без сахара, – улыбается он.

– Фу-у-у, – морщит нос дочка.

– Почему?

– Это же невкусно.

– Ты же говорила, у тебя есть тортик?

– Есть. Тётя Ксюша купила.

– Боже! Пожалуйста, малая, никогда не называй меня тетей, – доносится с кухни. – Я сразу чувствую себя древней старухой.

– А как? Вы же старше, – озадаченно оборачивается к ней дочь.

– Просто Ксюша…

– Так нельзя!

– А я говорю – можно! А теперь все мыть руки и пить чай! – командует подруга.

– Похоже, нам надо идти мыть руки, – тихо произносит Платон. – Нельзя шутить с органами власти.

– Значит, идем сдаваться, – чувствую, как губы растягиваются в улыбке. – Но сначала я избавлюсь от этого, – стягиваю парик. – Показывайте, где здесь ванная.

– С большим удовольствием, – хозяин дома кивает в сторону лестницы и пропускает меня вперед.

А я впервые за несколько дней наконец-то чувствую себя на своем месте.