Глава 40

Арсанов

Королёва ведёт себя слишком странно. Смотрит так, словно выедает ложкой мои внутренности.

– Что же ты стоишь? – прожигаю взглядом. Ожидаю от нее хоть каких-то  действий.

Чем ты повеселишь меня сегодня?

– Ты слышишь? – её выражение лица на секунду меняется. Напрягается. Я прислушиваюсь. Чувствую внезапный и лёгкий толчок в лоб.

А потом лёгкий смех. И такие же шаги. Будто Влада сейчас не убегает от меня, а летит по воздуху.

– Останови меня, Арсанов, – кидает с вызовом и идёт по коридору спиной вперёд. Смотрит на меня, скрестив руки за спиной. – Как ты сделаешь это на этот раз?

Я усмехаюсь.

Сучка.

Намекает на наши первые дни знакомства. Когда я делал с ней всё, что угодно… А теперь и тронуть не могу. Точнее, могу, но себе не позволяю.

Пункт хрен знает какой «Как стать хорошим мальчиком» – не принуждать женщину к сексу.  Это самый тяжёлый критерий. Потому что она опять выводит меня из себя. А я хочу её до скрежета зубов и скручивающего желудка. Блять, знала бы, как она соблазнительна в этих коротких шортах…

– А как ты хочешь? – лукаво улыбаюсь и иду в её сторону. Хочет поиграть? Будет ей игра.

– Предпочитаю…

Она не договаривает, спотыкается и нелепо падает вниз. Одним рывком оказываюсь возле неё. Прижимаю к себе и осознанно валю на пол. Аккуратно. А рядом лежат цветы, что я выкинул несколько минут назад.

– Ты бы научилась для начала ходить, – нависаю над ней.  – Прежде чем драконить меня.

– Я… – приоткрывает пухлые губы.

Над нашими головами резко что-то свистит. Раздаётся треск битого стекла.

Я поднимаю голову на рефлексах. Всматриваюсь в окно, в котором зияет крохотная дыра, от которой отходит сотня трещин. Всё дальше и дальше.

– Арс? – дрогнувший голос заставляет резко стать серьёзным. Подминаю Владу под себя.

Прямо перед глазами что-то ударяется в стекло. Разбивает его.  Осколками летит вниз.

Инстинктивно закрываю Королёву, и пусть я уж лучше задушу её, чем на неё упадёт град из острых стёкол.

Что сейчас врезаются в мою спину, режут по шее.

И всё, что меня сейчас волнует – летящая хрень, что приземляется рядом с нами.

Твою, сука, мать!

Подрываюсь с места, хватаю Владу и что есть силы  делаю рывок назад. Считанные секунды от гранаты режут по слуху и убивают последние нервы. Потому что единственное, о чём я волнуюсь – потерять её опять.

Я выживу.

Без руки, без ноги жизнь будет продолжаться.

Но если она умрёт снова…

Я сдохну.

От того, что потеряю её вновь.

Поворачиваюсь спиной к месту, где мы только недавно лежали и смотрели друг другу в глаза, прожигая едкими чувствами, поминутно убивающими нас.

Ускоряюсь, делаю несколько шагов.

Сильнее обхватываю девчонку, ладонью закрываю затылок.

Когда раздаётся последний звук таймера.

– Эмиль! – пронзительный крик Влады сильнее заставляет обхватить её руками. До такой боли, что та, что ударяет в следующую секунду по спине и всему телу, кажется мне неощутимой.

Но волна отбрасывает.

А я сильнее стискиваю зубы и качусь по полу, ударяясь о гребаную стену.

Шум в ушах не сразу даёт понять, где я.

Голова кружится, а осколки только сильнее вошли в плоть. Покатался по полу, называется…

– Ты как? – еле разлепляю глаза и морщусь от пульсации в висках. Чувствую, как Влада отстраняется, и отпускаю её затылок. Задохнётся, бедная, если сжимать её так больно буду.

– Эмиль? – тормошит меня за плечо. Щурюсь и хватаюсь за голову. Пиздец. Половину не слышу. – Ты в порядке? У тебя… У тебя…

Тихий голос дрожит, и я всё же встаю. Не время лежать.

– Перестань, – опираюсь о стену. – Не сильно приложило.

Бывало и похуже. Вовремя отскочил. Хорошо, что знаю, как на деле граната работает. Не убила бы – иначе смысла бежать не было бы.

– Вставай, – смотрю на побледневшую и заплаканную Владу на коленях. И, бля, благодарю сейчас её рассеянность за то, что она споткнулась. Потому что, блять, пуля летела в неё. – Давай-давай. Хрен знает, что сейчас ещё прилетит.

Моя девочка мотает головой и тут же подскакивает. А я добрею. Как по щелчку. Когда взгляд её обеспокоенный вижу. И боль не чувствую, хотя, бля… Спину жжёт так, будто кости все переломал. Но нет. Пострадали больше от того, что по полу катились.

– Босс!

Обеспокоенный голос Ильи, что забегает в дом, вызывает усмешку.

– Сколько ты ещё косячить будешь?! – а я спускать ему это с рук?!

Внезапно Королёва поднимает мой локоть и опускает себе на шею.

– Ты чего делаешь? – это не может не вызвать улыбку.

– Идти тебе помогаю, – шипит. – Ты себя вообще со стороны видел? Нет? А я вижу. И скажу тебе так. У тебя кровь на руках, спине и лбу. И, кажется…

Она посматривает мне на затылок.

– Ещё где-то.

– Не инвалид же, – фыркаю. Отстраняюсь от девушки и скидываю рубашку. Только кожу раздражает.

– Простите, босс. Проверял пять минут назад, все на своих постах – промелькнуть никто не мог.

Разминаю шею и вытираю кровь белоснежной рубашкой.

– Тогда почему я только что уклонялся от гранаты, а? – моё терпение накаляется до предела. Достаю пистолет, который всегда при мне. И который мне всю спину бил, пока летел до стенки.

– Эмиль…

Опускаю взгляд на Владу.

Сколько она ещё будет меня останавливать???

– Давай потом, ладно? – тараторит. – У тебя кровь и…

Я выдыхаю.

Да что же такое?!

Даже убить нормально не дают!

Уже в какой раз? Третий!

– Проверь посты, – цежу сквозь зубы, отворачиваясь.  – Доложишь мне. И скажи Лёше прогревать машину.

– Зачем? – слышится рядом.

– Потому что здесь становится небезопасно. Каждый первый бандит знает, где я живу.   И только отмороженный рискнёт затевать эту игру. И если бы я был один – то, может, и забил бы болт, но…

Я снова опускаю взгляд на перевязанную макушку.

– У меня собаки тут, – вырывается. Бля, надо было сказать «ты», но не вышло. Слащаво получается. Я же ещё не слетел с катушек, чтобы такое вслух произносить? Нет! – А ты…

Сканирую встревоженное  лицо.

– В машину. Без выкрутасов, поняла?

Она кивает, и меня это радует.

Я разворачиваюсь и иду в свою комнату. Тело ломит, но не критично. Жить буду.

Сейчас уедем, подлатаюсь.

Захожу в свою спальню, собираю некоторые вещи. В основном бабки, ключи, наши кольца. Переодеваюсь, хватаю несколько маек для Влады. Выхожу, иду мимо комнаты Лайки и слышу несколько всхлипов.

– Ну же, пойдём.

Началось.

Хватаюсь раздражённо за ручку и дёргаю на себя. Захожу в комнату и вижу сидящую на коленях Королёву. Упрашивает Лайку встать и пойти за ней.

– Разве я не сказал тебе быть в машине? – сколько можно меня не слушаться?!

– Ты ведь заберёшь своих доберманов? – резко оборачивается и смотрит глазами, полными слёз.

– Королёва, хорош, – огрызаюсь. – Встала и пошла.

– Ответь, – сжимает ладони в кулаки.

– Да, я их забираю.

И нет, я - не сука, что делит собак. Просто знаю Лайку.

– Почему мы не можем взять её с собой? – плечи подрагивают.

– Она сама не пойдёт.

Слишком хорошо знаю.

Странно Влада реагирует. Она вообще собак боится. Чего впрягается так?

– Так давай просто заберём её с собой. Что, если что-то случится? Опять кинут сраную гранату и…

Я вздыхаю.

Как тут спокойно реагировать? Как жить?

– Ваня, бля, тащи свою задницу сюда, - зло выдыхаю и прикрываю глаза.

Женщины…

Через пару секунд в комнату залетает ужаленный охранник.

–  Лайку бери и тащи, – сейчас кого-то покусают. Не любит она, когда её с места на место переносят. Прокусывает до мяса. Ну, вот зато поплатится за то, что работает хуёво. – До машины. А ты…

Стреляю разъярённым взглядом во Владу.

– Задницу свою тоже тащи. Иначе точно забью хрен и надругаюсь над ней, – и конец всем пунктам из книги «Как стать хорошим мальчиком». Пипец всему.

Но вот моя угроза действует безотказно. Королёва вскакивает с места, вытирает слёзы и идёт следом за мной, пока Илья вздыхает от покусывающей его Лайки. Это она ещё скромная. При хозяйке, наверное. А так бы давно сожрала. Она спокойная, но не любит, когда её трогают.

Она грустит чисто на том коврике.

Ладно, моё дело забрать. И не самому.

Доходим до машины за несколько минут. Открываю дверь и морщусь, хватаясь за плечо.

– Тебе больно? – ты посмотри на неё, беспокоится.

– Садись, – отрезаю.

Она слушается. Скрывается в салоне, и я обхожу машину. Залезаю следом,  откидываюсь на спинку кресла.

- Сука...

Забыл!

У меня стекло в спине торчит.

Но кое-как все равно прислоняюсь. Тело все болит.

Глухой лай не даёт расслабиться, поэтому открываю закрытые до этого на одну секунду глаза и метаю злой взгляд на Викинга, которому Лайка придавила лапу.

– И куда мы теперь? – решает заговорить двигатель всех моих мыслей и тупых идей.

– Поживём пока в другом месте, – не вижу смысла скрывать от неё. Но пока здесь небезопасно. Потому что тот, кто пытался убить нас раз, попробует ещё. И этот дом точно не лучшее место для жительства.

Радует одно – я знаю, с кого начать поиски.

Поэтому достаю телефон. Ищу нужный контакт. Прислоняю его к уху.

– Отрывайся от сиськи, Маратов. Помощь твоя нужна.