Глава 45: Противостояние

Я не могу отвести глаз от Романа. Весь мир вокруг начинает расплываться, теряя цвет и форму.

Остаётся только его лицо — уверенное, незнакомое, и, вместе с тем, очень близкое. Я ищу ответы в его глазах, но он молчит.

Он проходит в зал и просто садится к комиссии, как будто так и должно быть.

Не понимая своих ощущений, я злюсь и теряюсь. Почему Роман ничего не сказал?

Зачем он пришёл? Как вообще оказался здесь? Как же Хабаровск? В воздухе повисает неопределённость.

Секунды тянутся, а Семён не обращает на нас внимания и начинает своё выступление. Я с трудом отвлекаюсь от бушующего внутри урагана.

Семён приветствует Романа, а в его голосе чувствуется подхалимаж. Он использует каждую возможность, чтобы сблизиться с руководством.

— Приветствую вас, это честь для нашей команды! — говорит он, вскинув подбородок. — Проект, над которым мы работали, просто выдающийся. И я рад представить его самому гендиректору.

Опускаюсь на сидение, кажется, у меня нет сил вот так при Роме обвинить начальника в недобросовестности.

Я наблюдаю за Семёном, но вдруг слышу голос Романа, который прерывает Семёна.

— Простите, а чья идея этого проекта?

Слушаю ответ, затаив дыхание. Моя голова кружится, и сердцебиение становится всё быстрее. Семён, уверенный, на мгновение теряется в словах, затем выдает:

— Конечно же, это моя идея!

Кривлюсь от этих слов, ведь все на самом деле прекрасно знают, и чья это идея, и кто больше всех работал. Хочу встать, кажется, мне уже плевать на общественное мнение.

Но тут Роман кивает и улыбается. Начальник открывает рот, но Роман снова его перебивает.

— А кто делал презентацию? — приподняв брови спрашивает он.

Семён уверенно повторяет:

— Я!

А вот я усмехаюсь, но максимально тихо. Да и по залу прокатывается шумок, кажется, народ замечает мой утренний подарочек начальнику.

Роман смотрит на меня, так что сажусь по струнке и делаю вид, будто мне всё равно.

Но во мне разгорается отвага, и меня охватывает чувство надежды. В его взгляде я читаю: он на моей стороне.

Семён продолжает выступление. Не глядя он переключает слайд, и тут уже все присутствующие тихо посмеиваются.

А Роман снова перебивает моего начальника, указывая на слайд, и задает ему вопрос:

— Простите, а у вас что, проблемы с гендерной идентификацией?

Степан в шоке переводит взгляд на презентацию и осознает, что вместо шаблонных выражений «он/они» и обезличенных форм во всех глаголах стоит женский род.

У меня вырывается невольная усмешка, когда я вижу, как его лицо краснеет от гнева, он смотрит на меня с ненавистью.

— Ты совсем чокнутая?! — шипит Семён, но меня его слова уже не трогают.

Просто и честно отвечаю:

— Это мой прощальный подарок.

В его глазах читается растерянность, а я, ощущая прилив смелости, оборачиваюсь к Роману, который громко требует:

— Где настоящий автор проекта? Выйдите вперёд.

Я не могу сдержаться больше — встаю и спокойно иду на сцену. Я уверена в своих действиях.

Мне важно быть здесь, важно показать всем, что я не просто дополнение к чьей-то идее, а настоящий автор этого проекта.

Семён, конечно, это понимает, но он не может сдержать своего раздражённого шёпота:

— Думаешь, покрутишь хвостом перед начальство и тебе перепадёт?

Но Роман резко встаёт и повышает голос, прерывая его:

— Заткнись!

Эти слова, как гром среди ясного неба, ввергают всех в шок.

Я не ожидала, что поддержка Ромы будет такой открытой и агрессивной. Ловлю на себе его взгляд. В его глазах есть что-то новое — одобрение, что ли.

Моё сердце замирает, когда Роман снова смотрит на меня. Я чувствую, как всё вокруг начинает растворяться. Он спрашивает, указывая на мой проект:

— Почему ты сразу не представила его сама, Настя?

Семён пытается вмешаться, но Роман вновь осаживает его жестким взглядом и добавляет:

— На чужом горбу далеко не уедешь.

— Что вы имеете в виду? — ошарашенно спрашивает начальник.

— А то и имею. Я изучил вопрос и якобы ваш проект. В вашей команде восемь человек, а реальный вклад от семи из них равен вкладу одной Анастасии Юрьевны.

— Это не правда, — всё ещё стоит на своём Семён, а вот остальные члены команды опускают глаза.

В зале стоит тишина, все смотрят на Рому и ждут продолжения.

— Да ну, хорошо, — Роман приподнимает папку и открывает её. — Что вы имели в виду во втором разделе, пункт пять? Семён.

Я опускаю глаза, собираясь с мыслями. Я знаю каждый пункт нашего проекта, а вот начальник…

— А, я…

— Можно? — приподнимаю руку.

— Нельзя, — коротко отвечает Рома.

— Роман Витальевич, — начинает Семён.

— Цирк окончен, — объявляет Рома и поднимается в рост. — Вы уволены, а все бонусы, которые вы присвоили, обделив молодых и талантливых стажёров или других сотрудников придётся выплатить. Юрист компании уже ждёт вас, Семён.

У меня отвисает челюсть. Неожиданный поворот. Поворачиваюсь к Семёну, а тот стоит бледнее стены.

Так выходит я не первая, кто не получает вознаграждение? Даже какие-то стажёры пострадали?

Как всё это быстро развивается! Смешанные чувства захлестывают меня, но я поднимаю голову, встречая снова взгляд Романа.

— Но… — мямлит Семён.

— Мне вызвать охрану? — строго спрашивает Рома.

Мой начальник машет головой и бегом покидает конференц-зал. А вот Роман делает шаг ко мне и, наклонившись, тихо спрашивает:

— Ты веришь мне?

В этот момент время останавливается, и в зале становится тихо. Я теряю связь с реальностью и совсем не понимаю, что происходит. Киваю, и сердце замирает от ожидания:

— Да, — едва слышно отвечаю я.

И в следующий миг он прижимается ко мне, его губы касаются моих. Так и замираю, не в силах пошевелиться. Зачем он это сделал?