Глава 32 Чего ожидать от библиотеки

Эдера

— Что значит, книг нет⁈

Я пыталась отдышаться, хватала ртом воздух, а рукой — правый бок, в котором несказанно кололо — так бежала, что превысила все свои «рекорды», что когда-либо делала, а тут мне говорят ТАКОЕ!

— Нет, — развел руками старенький библиотекарь, протирая окуляры клетчатой ворсистой тряпицей. — У нас в начале года каждый новый курс проходит подготовку по портальной рунологии, а после экзаменов устраивает костер из методичек. Ничего не поделаешь — традиция!

— У нас бы за такую традицию заставили на каникулах витражи от пыли отмывать и новый комплект методичек закупать, — зло выдала я, а сама при этом выискивала стул поближе, чтобы на него свалиться — силы, кажется, покинули мое тело.

— Так заставили, правда, не витражи, а конюшни, а новые методички придут на следующей неделе — курс-то уже экзамены сдал.

— Где еще можно найти правила по построению портальных рун или вообще правила портальной безопасности?

Единственное желание было упасть рядом со стойкой библиотекаря и притвориться пылью, на которую никто в данном месте не обращает внимания, но пришлось плестись за старичком, который для своего возраста очень шустро передвигался — не догнать.

— Вот! — с гордостью продемонстрировал он несколько стеллажей с книгами, а затем строго добавил. — Книги выносить из библиотеки нельзя. Библиотека работает с шести утра до полуночи.

Хотелось спросить, есть ли среди адептов боевой академии те, кто способен пожертвовать сладким сном ради пыльных бездушных фолиантов, но библиотекарь достаточно шустренько ретировался, оставив меня хлопать глазами на светящиеся золотом корешки книг.

История порталов со времен первых магов до наших дней.

Первые артефакты, переместившие яблоко на два шага.

Знаменитые портальщики всех времен.

Самые длинные перемещения с помощью порталов.

Я люблю портальщика, а не тебя — боевик!

Последняя книга явно принадлежала к художественной литературе и не имела ничего общего с портальной магией и техникой безопасности порталов, но рука почему-то потянулась именно к ней. Видимо, от растерянности и обилия непонятного.

Зря я сделала столь скоропалительные выводы — техника безопасности в той книге была описана очень подробно, и даже внутри порталов, но я вернула книгу на место так быстро, словно она жгла пальцы, а не заставляла краснеть щеками и ушами. Даже огляделась для надежности, чтобы убедиться: то, что я прикасалась к подобному непотребству, никто не видел. И полку на всякий случай запомнила, чтобы обходить ее стороной по большой дуге…или девочкам рассказать — как пойдет.

Ну а дальше был…тихий ужас!

Найти книгу с нужными правилами, да еще чтобы все в одном месте было, оказалось просто нереально — там на каждое правило даже не несколько томов, а длинные полки. Книги стояли, спрессованные друг с другом так плотно, что вытащить одну можно было только с соседками, если весь стеллаж на себя не перевернешь.

Одну книгу я так усиленно вытаскивала, что у меня в руках оказался корешок, а сама негодница так и осталась приклеенная к своему месту. С перепугу я разом вспомнила бытовое заклинание приклеивания, и чуть сама не осталась заложницей чьего-то чрезмерного усердия — еле пальцы отлепила.

Выходила я из библиотеки ровно в полночь с красными от усталости глазами, помятая и запыленная, а из записей у меня был один единственный лист, который я в бешенстве исписала новым заклинанием «твою ж ревизию» с бешенным количеством восклицательных знаков и корявых злых человечков, болтающихся на древней виселице. В самом начале в каждом человечке я совершенно отчетливо видела сходство с Итаном, но под конец схематичные скелетики приобрели разноцветные пряди профессора Илиота и козий хвост Сусанны Войчек, вместо которой я отправилась в Кротштон, а попала в это логово садистов, придумавших подобные полки.

В общем, у меня почти дергался глаз, а в голове полностью сформировался план мест…победы над несговорчивым стеллажом, и даже голод не мог сдвинуть с намеченной цели. И только подушки в этой академии оказались на столько коварными, что захватили меня в плен раньше, чем я о них подумала. Буквально на мгновение положила руку на белоснежную наволочку, чтобы спрятать под одеяло артефакт-переводчик, возвращенный Лежей, как проснулась от свирепого рыка Долли, которая была уже полностью одета и готова к новому дню. Ночь пролетела так быстро, что даже моргнуть не успела.

С трудом подняв голову от подушки, я с удивлением уставилась на своих питомцев, чинно восседавших и возлежавших на соседней кровати.

Белка и лемур красовались одинаковыми алыми лентами, повязанными на манер мужских галстуков с замысловатым крупным узлом, а полоз постоянно дергала кончиком хвоста, на котором у нее сверкало горным хрусталем золотое кольцо. Кольцо постоянно сползало, хотя на момент покупки Лана могла его натянуть до основания черепа.

Сорока была обвешана всеми моими украшениями, что я аккуратно припрятала под матрац, и даже как-то умудрилась достать артефак-переводчик, который почти всю ночь упирался мне между ребер, и только под утро куда-то делся — теперь-то ясно, куда.

Гекон, узрев мой открытый глаз, тут же подскочил на месте и прикатил к кровати зеленое яблоко, раздуваясь от гордости, что смог справиться с таким крупным предметом.

И только Чары уже не было видно — ее радужный хвост мелькнул в открытом окне, а громкое ржанье пробуждало быстрее, чем рычание Долли.

— Вставай быстрее! — Долли закидывала меня вещами, а Шуша схватила расческу и принялась буквально выдирать целые пряди. — Твои животные нас чуть свет разбудили — так хотели попасть на лекцию, а тебя не добудишься! Вот заметь, животные твои, а страдаем мы.

Под постепенно стихающее бурчание подруги, отбиваясь от белки-помощницы и гекона-кормильца, я быстро оделась, закинула питомцев кого в сумку, а кого на плечо, и побежала в аудиторию.

Я снова не успевала позавтракать, но пропустить лекцию, на которую были официально приглашены мои питомцы, не имела права, хотя, что нового можно узнать про разнообразие видов? Ну, хоть питомцы мои почувствуют себя значимыми — вон как старались принять представительный вид, что даже приоделись.

Возле аудитории нас ожидала Руффи с такой же алой лентой, что и у моих питомцев, и вздыбленной спиной, зигзагом переходящей в распушенный чешуйками хвост. Мини-мантикора нервничала, а рядом не менее нервно выстукивала копытами Чара, разбрызгивая вокруг себя магическую радугу. Глаза у обеих были такими круглыми и большими, словно за дверью они увидели как минимум древнего мастадонта, провалившегося в наш мир из портала.

Наверное, лучше бы так и было.

Что же там такое в аудитори?