Глава 1

Сказал бы мне кто-нибудь, что в двадцать один год я умру из-за своей невинности, я бы рассмеялась тому в лицо. Да кому нужна моя девственность?

Но если бы я только знала, что в современном мире существует тайные секты, в которых совершают жертвоприношения, я бы, наверное, прислушалась к своей интуиции. Поверила бы, что за мной действительно следят, не возвращалась бы поздно домой в гордом одиночестве. Пусть у меня и нет друзей, но придумала бы что-нибудь. Что-нибудь бы обязательно придумала… а не лежала, прикованная по рукам и ногам к каменному алтарю…

«Кому я помешала? За что они так со мной? Что я сделала не так? Неужели моих усилий было недостаточно?»

С ранних лет, как мы с сестрой потеряли родителей в автомобильной аварии, я твердила себе, что нужно немного потерпеть и больше стараться. И я терпела лишения, потому что крохотной зарплаты бабули и её пенсии едва хватало на троих, старалась не доставлять ей проблем. Не просила ни подарков, ни вкусняшек, предпочитая радовать Нику хотя бы по праздникам.

К тому моменту, как я выпустилась из школы, бабушка уже не могла больше работать. Ей просто не хватало на это сил, тогда на работу вышла я, бросив мечту стать дизайнером. Но, видя, какие успехи Ника совершает в учёбе и в рисовании, я думала, что всё не зря, что моих усилий достаточно, чтобы сестра была счастлива.

… но никто не может знать наверняка, когда умрёт.

На стенах полуподвального помещения горели факелы и пахло не только затхлой сыростью, но и благовониями. А я, вместо того чтобы дрожать от страха и просить людей в синих накидках отпустить меня, думала о том, как хорошо, что Нике уже четырнадцать и я написала на неё доверенность. С ней и с паспортом она сможет снять деньги со сберегательного счёта…

«И это моя награда за все мои упорные старания?»

Думать об отношениях просто не было времени. Я поступила на зоочное отделение не самого престижного ВУЗа, не на ту специальность, на которую хотела бы, но зато на бюджет. Работала там, куда брали без опыта и хваталась за любую подработку. Но если бы знала, что всё сложится именно так… давно бы отдалась какому-нибудь парню. Да хоть первому встречному! На одну только ночь!.. неважно.

«Если у меня будет ещё один шанс, на этот раз я обязательно стану счастливой…»

— Миледи… миледи, уже утро, — послышался звук раздвигаемых штор, сквозь закрытые веки начал пробиваться солнечный свет уходящего лета. — Вы снова решили не идти на завтрак с Его светлостью? Если будете всё время проводить в постели, можете заболеть.

«Да лучше бы я заболела, чем вот это всё!» — завопила мысленно, натягивая одеяло на голову.

«Хочу домой…»

Вот уже три дня, как я живу в странном мире, в котором существуют драконы и короли, маги и даже демоны. Но что ещё хуже, я попала в тело спятившей на почве одержимой любви девицы. Так я ещё и замужем!

В первый же день пробуждения в этом теле на меня обрушился шквал воспоминаний. Настолько бесстыдной сумасшедшей я в жизни не встречала. Как, чёрт возьми, после всего, что сделала эта спятившая, я могу смотреть в глаза человека… дракона, которого обманом вынудили жениться⁈

Нет, что ещё хуже, моей новой жизни угрожает опасность, а я ещё не успела оплакать свою гибель в том мире. Моё тело до сих пор, наверное, валяется в том сыром ужасном месте, прикованное к каменному алтарю. И я уже никогда не увижу близких…

Первое воспоминание, которое меня настигло после переселения души, было настолько ярким, что я думала, будто сошла с ума…

За окном грянул гром, тёмное небо расчертила молния, заставив девушку на широкой кровати вздрогнуть и резко сесть. Её грудь часто вздымалась от прерывистого беспокойного дыхания, на шее и лбу выступила испарина.

Девушка откинула на спину длинные, медного оттенка, волосы и спустила ноги на пол. Надела мягкие туфли, тяжело поднялась, словно ощущала слабость, зажгла свечу. Взяла подсвечник тонкой дрожащей рукой и вышла из спальни.

Огонёк свечи неохотно разгонял мрак, вынуждая его прятаться по углам.

Губы пересохли и потрескались, язык лип к нёбу. Я чувствовала, как сильно ей хотелось пить до изнеможения.

Последнее время бедняжку терзала не беспричинная тревога. Я просто знала это, хотя просто наблюдала за происходящим со стороны. Немного странно, что вместе с чужими воспоминаниями, я также ощущала и чувства, которые испытывала владелица этого тела.

Её звали Гвен. Гвен Марлоу. Дочь графа, который погиб всего года назад. И сразу после его смерти Гвен начала творить невообразимые вещи. Но о них я «вспомнила» позже…

Она спустилась по мраморной винтовой лестнице, но вдруг замерла на пролёте между первым и вторым этажами. Задула свечу и затаила дыхание.

… из гостиной доносились голоса.

— Не надоело ещё играть в благородство? — мерзко усмехнулся хорошо знакомый Гвен женский голос. — Если примешь моё предложение, я избавлюсь от этой стервы и тебе не придётся марать руки её кровью.

По спине девушки пробежал озноб, в груди всколыхнулась ярость.

Гвен прекрасно знала ночную гостью и питала к ней острую неприязнь. Почему, я поняла чуть позже. Наследная принцесса тоже любила дракона и хотела заполучить его любой ценой, даже если ей для этого придётся убить Гвен…

— Я подумаю над вашим предложением, Ваше Высочество, — замороженным голосом отозвался «супруг».

Гвен передёрнуло от ужаса.

«Как он посмел сомневаться? Как посмел предать мои чувства» , — примерно такими были её мысли в тот момент.

— Что ж, не затягивай с ответом. Я ведь могу и передумать, — многозначительно произнесла принцесса.

Гвен до боли стиснула зубы, чтобы не закричать от злости. Не кинуться туда…

— Как вам будет угодно, но я буду думать столько, сколько потребуется, — отрешённо произнёс дракон.

Гвен переполняла ярость, перемешанная с ядовитой горечью обиды. Она дёрнулась и уронила подсвечник.

… её услышали.

«Муж» спокойно начал подниматься по лестнице. Его шаги казались угрожающими. Гвен не хотела быть застигнутой врасплох и в панике выбежала на балкон. На небе вновь сверкнула молния…

— Не подходи ко мне! — отчаянно выкрикнула она, пятясь спиной к парапету. Белую сорочку трепало поднявшимся ветром. Первые крупные капли дождя разбились о каменные плиты. — Как ты мог предать меня⁈

Она всё ещё не могла поверить в то, что её любимый раздумывает о том, как избавиться от неё. От той, что была готова на всё ради него. Как и принцесса…

— Гвен… — утомлённо выдохнул Сайрокс. Так его звали, это имя не раз мелькало в воспоминаниях Гвен. Погасший тусклый взгляд прозрачно-голубых глаз не выражал никаких эмоций. Тёмные короткие волосы закрывали лоб, бледная кожа делала дракона ещё более пугающим. — Давай поговорим. Если выслушаешь…

— Выслушаешь⁈ — истерично взвизгнула Гвен, задыхаясь от нахлынувших чувств. По её лицу катились крупные слёзы, дрожали губы… — Ты всерьез собрался обдумывать предложение второй принцессы, вместо того чтобы сразу его отвергнуть. Что тут выслушивать⁈ Или мне ждать, пока ты согласишься?

— Гвен…

— Ненавижу! Ненавижу. Тебя… — сквозь зубы яростно выплюнула она, продолжая пятиться.

Выражение лица Сайрокса сделалось болезненным. Словно… словно он сожалеет. Но у Гвен не было никаких сил анализировать его гримасы. Её душила обида.

— Я проклинаю день, когда встретила тебя, — судорожно выдохнула она и всё же запнулась о каменный выступ…

… отчаянно взмахнула руками и полетела вниз.

Сайрокс попытался схватить Гвен.

Он действительно пытался, а не просто делал вид. И даже коснулся её пальцев своими. Не успел всего на какую-то долю секунды.

… в его глазах застыла боль.

Губы беззвучно шевельнулись и наступила тьма…

Тьма для Гвен, потому что её место теперь занимаю я. Видимо, именно после удара душа несчастной покинула этот мир, а моя вселилась в её тело. Верная служанка этой ненормальной говорила, что у неё остановилось сердце, но целителю удалось вернуть её к жизни. Удалось? Ну да…

Только теперь мне расхлёбывать всё, что натворила дочь графа. Она так жаждала любви дракона, так мечтала выйти за него, а её настигла смерть. Не расплата ли это за всё, что она натворила?

Я продолжаю считать Гвен Марлоу одержимой сумасшедшей и для этого у меня есть причины. На протяжении трёх дней я была охвачена её воспоминаниями и пришла в тихий ужас. Просто удивительно, что дракон действительно сожалел о том, что Гвен подслушала его разговор с принцессой и даже пытался её спасти. Зачем?

После всего, что она с ним сделала, он мог просто позволить ей умереть. Зачем было звать целителя? Это действительно странно…

Судя по обрывкам детских воспоминаний, которые приходили неохотно, в отличие от более свежих, Гвен всегда была капризной, избалованной девчонкой, не знавшей отказов.

Рано потеряв жену, граф чувствовал свою вину и во всём потакал дочери, а та беззастенчиво пользовалась этим. А после дебюта на королевском балу (для меня это воспоминание было особенно сказочным, каким-то нереальным, что я всерьёз задумалась, а не лежу ли я в коме?), окончательно пошла в разнос. Злословила в лицо и за глаза, устраивала скандалы, натравливала одних аристократок на других и наслаждалась представлением…

— Честное слово, попадись ты мне в моём мире, я бы тебя выпорола… — процедила хрипло, спуская ноги с кровати.

Вставать не хотелось, аппетита не было и тело всё ещё было слабым. Всё это время удавалось прикрываться плохим самочувствием, но вчерашний осмотр врача (ну или целителя) показал, что я вернулась в норму.

— Что, простите? — потупилась служанка, хлопнув своими огромными карими глазами.

«Почему она так предана, если Гвен столько над ней издевалась?»

— Ничего. Я сама приму ванну, — произнесла, накидывая на плечи шёлковый халат. — Отдохни и поешь вместе с остальными слугами.