Глава 2 Неожиданное предложение
Пока я размышлял, вернувшийся Деспот описал великим князьям все, что увидел в бета-Преисподней. Теперь его словам никто не мог не поверить.
— Как тебя угораздило туда попасть? — спросил Азмодан, глядя на меня с плохо скрываемым подозрением. — Скиф тебя затащил?
— Да, Скиф, — признал Деспот и тут же заговорил быстрее: — Но ведь не напрасно! Когда Беборакс, Глашатай Бездны, убил меня, вместо развоплощения я оказался в Чистилище. И если бы не Скиф, который вытащил меня оттуда с помощью Пентаграммы призыва, ничего хорошего бы меня не ждало. — Он бросил умоляющий взгляд на Диабло. — Отец, каждое мгновение в Чистилище было нескончаемой пыткой!
— Напугать демона пытками? — презрительно бросил Азмодан.
Деспот судорожно вздохнул, словно собираясь с силами, чтобы продолжить. Его глаза расширились от ужаса воспоминаний.
— Вы не понимаете… Там время течет иначе. Секунды растягиваются в вечность. Меня погружали в озера кипящей серы, потом замораживали в глыбах вечного льда. Мою плоть раз за разом разрывали на части, а хаотическую сущность терзали незримые когти.
— Все равно не поверю, что истинный демон мог страдать от каких-то пыток! — рявкнул Азмодан.
— Вы правы, великий князь, — тихо сказал Деспот. — Но физическая боль была ничем по сравнению с ментальными пытками. Они вторгались в мой разум, извлекая самые темные страхи и превращая их в реальность. Меня преследовали кошмары, от которых невозможно очнуться. Иллюзии были настолько реалистичными, что я не мог отличить их от действительности. Мне казалось, что я схожу с ума…
Голос Деспота дрогнул, и он умолк. Диабло положил руку на плечо сына, и впервые я увидел в глазах великого князя что-то похожее на сочувствие.
— Самым страшным было одиночество и безысходность, — прошептал Деспот. — Я знал, что этому не будет конца, что никто не придет на помощь… если я не преклоню колено перед Бездной. — Сделав паузу, он вскричал: — Но я не мог! Не мог предать все, за что боролся! Не мог предать соратника! Не мог предать Спящих!
Я с удивлением посмотрел на него. Раньше, когда Деспот рассказывал мне о Чистилище, казалось, будто ему там даже нравилось. Он упоминал общение с тюремщиками, какие-то развлечения… Похоже, это была не вся правда. Или вообще не правда — он просто не хотел, чтобы я знал, как его на самом деле мучили.
Ужас пережитого Деспотом заставил меня содрогнуться. Нужно было спешить и любой ценой найти способ спасти моих друзей. Я только открыл рот, чтобы просить князей отправить меня в Дисгардиум, как их головы синхронно повернулись ко мне.
— А ты как попал в Пекло, Скиф? — спросил Диабло.
— Меня больше интересует, как он умудрился там выжить… — пробормотал Белиал. — Хотя с его силой это уже не кажется невозможным…
— Я проник в Пекло из мира, который вы называете Бездной…
Под ошеломленными взглядами великих князей я рассказал, как Пайпер отправила меня в бета-мир, как я оттуда выбрался, что мне предстоит сделать и как это поможет демонам. Мой рассказ затянулся надолго, прерываемый недоверчивыми возгласами и вопросами, но наибольшее изумление вызвал тот факт, что эмиссар Хаоса, Страж печати, признал меня и дал пройти. Эта новость, казалось, не только потрясла их, но и воодушевила.
Закончив, я обратился к ним:
— Великие князья, от вашего решения зависит судьба не только Дисгардиума и моих близких, но и всей Преисподней. Если вы мне поможете, я сделаю все, чтобы уничтожить или хотя бы ослабить Люция, а затем вернуться и помочь вам. Вы можете отправить меня… — Деспот в этот момент издал утробный рык, и я поспешно поправился: — Отправить нас с Деспотом в Дисгардиум? Я уверен, что могущество Люция исходит от Бездны, но, чтобы противостоять ей, мне необходимо вернуться в Дисгардиум.
Диабло, обменявшись мыслями с Белиалом и Азмоданом, медленно повернулся ко мне. Его взгляд был тяжелым и пронизывающим, когда он прогремел:
— Скиф, это невозможно! Бездна и Люций закрыли нам все пути. Даже ваши чернокнижники больше не могут призывать демонов: Преисподняя полностью отрезана от Дисгардиума. Все контракты смертных, продавших нам свои души, аннулированы.
— Как они это сделали? — рокотнул Деспот.
— Люций и Бездна заблокировали астральные пути, установив между нашими мирами Чистилище, — хмуро пояснил Диабло.
Я почувствовал, как внутри все сжалось: неужели я снова в ловушке, в запертом мире?
Хуже того, пока еще Бездна считает, что я сгинул в бета-мире. Но если она или Люций узнают о моем присутствии здесь… Да, у Бездны пока нет прямого доступа в Преисподнюю, но Люций… Если он сумел одолеть трех могучих великих князей, то что ему стоит нейтрализовать меня?
Холодок пробежал по спине. Пока не найдется выход, я не могу действовать открыто. Нужно затаиться, слиться с толпой демонов, приняв облик какого-нибудь рядового беса или сатира. Имитация? Нет, высшие демоны легко распознают мою истинную сущность.
Цепляясь за последнюю надежду, я спросил:
— Значит, единственный путь в Дисгардиум через победу в Демонических играх?
— Именно так, — кивнул Белиал. — Но и здесь не все просто. По воле Люция Бездна устроит трехсторонние Игры, и победить сможет только одна сторона.
— Демоны, смертные или… — Я запнулся, пытаясь вспомнить, как называли демонов Люция.
— Демониаки, — прорычал Азмодан, обнажая клыки. — Это не обычные демоны, они искажены… Возможно, даже не создания Преисподней! И они невероятно сильны. Их способность поглощать хао намного превосходит наши ожидания. Эти существа… в них есть что-то неправильное, словно они не принадлежат ни нашему миру, ни миру смертных. Даже хаотическая метка в них…
— Не сейчас, — оборвал его Диабло, обмениваясь быстрым, почти незаметным взглядом с Белиалом.
Я отметил эту странность. Уже второй раз, когда речь заходила о демониаках, Диабло резко прерывал разговор. В глазах великих князей промелькнуло что-то похожее на сдерживаемый страх. Они явно что-то скрывали.
— Как я могу помочь? — спросил я, решив пока не трогать тему демониаков. — Вы уже убедились, что, пройдя испытания Бездны и Пекла, я стал очень силен.
Немного помолчав, Диабло вновь заговорил, его голос звучал непривычно тихо:
— Ты прав, мы ощущаем в тебе невероятную силу, Скиф. Ее природа нам непонятна и вызывает огромное недоумение. В тебе каким-то образом сосуществуют несовместимые сущности: хаотическое и упорядоченное, смертное и вечное, мертвое и живое, абсолютная прочность тела и безграничный дух, всеобъемлющая любовь и жгучая ненависть…
Он замолчал, а я попытался понять, к чему он ведет. Никакая Имитация не поможет мне стать настоящим демоном, а значит, помочь им в Играх не в моих силах. Тогда что? Есть иной способ?
Обменявшись долгими взглядами, они наконец нарушили тишину.
— Безусловно, твоя помощь на Играх была бы неоценима, но ты смертный, — сказал Белиал, словно обвиняя меня. — Человек. В таком виде ты не сможешь помочь нам в полной мере.
— Что вы предлагаете? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Диабло наклонился ко мне, его глаза горели странным огнем. Когда он заговорил, его голос звучал необычайно серьезно:
— Скиф, для участия в Играх тебе недостаточно просто выглядеть как демон. Нужно стать им.
Я нахмурился, пытаясь понять, к чему он клонит.
— Что вы имеете в виду?
Все три князя встали так, чтобы скрыть меня от взглядов легионов, а Белиал шагнул вперед, его глаза сверкнули в полумраке.
— Мы предлагаем тебе нечто большее, чем просто маскировка. Мы можем обратить тебя в настоящего демона. У нас есть древний ритуал. Тот самый, который когда-то обратил жителей Андары в демонов. Он изменит саму твою сущность, сделает одним из нас. Это будет не иллюзия, а полная трансформация.
— Это единственный способ гарантировать твое участие в Играх на нашей стороне, — добавил Азмодан. — Люций и его прихвостни наверняка будут проверять участников на подлинность демонической сущности. Обычная маскировка не пройдет их проверку.
Я молчал, обдумывая услышанное. Стать демоном? Отказаться от своей человеческой сущности? В прошлый раз мой облик тифлинга провел почти всю Преисподнюю, но все же Ридик и Аваддон опознали меня. Имитация точно не обманет Люция и Бездну. Даже Дестур легко раскрыл меня в облике юного мага К’ирсана. Оборотное зелье, Мимикрия? Хм, вряд ли прокатит…
— Есть еще кое-что, Скиф, — неохотно произнес Белиал. — Ритуал требует… определенных жертв. Тебе придется не только преклонить колени перед Хаосом и перед нами, великими князьями Преисподней… но и отречься от всех богов!
Перспектива смены расы меня не пугала: в конце концов, опыт существования в качестве нежити у меня уже был. Да и вернуть человеческий облик впоследствии не что-то невозможное. Но последние слова Белиала ошеломили меня. Отказаться от покровительства Фортуны — еще куда ни шло, но отречься от Спящих?
Глубоко вздохнув, я ощутил, как тяжесть выбора давит на плечи. Два пути, и оба ведут в неизвестность. Согласиться на ритуал? Это даст шанс попасть на Игры и вернуться в Дисгардиум. Но какой ценой? Без своего инициала Спящие точно потеряют все силы, и мир окажется обречен. Отказаться? Значит, возможно, упустить единственный шанс на возвращение и рисковать разоблачением каждую секунду. А если Люций узнает…
Каждый вариант таил в себе непоправимые последствия, и решение нужно было принимать немедленно. Время утекало, а я все еще не мог сделать выбор.
— Это необходимо, — нарушил молчание Азмодан, его голос скрипел, как несмазанные петли древних врат. — Иначе ритуал не сработает. Принять Хаос может лишь тот, кто не замаран иным божественным присутствием даже в мыслях.
Внутренне я уже отверг их предложение, лихорадочно размышляя над альтернативами. Просто дождаться результатов Демонических игр? Но демоны уже проиграли демониакам здесь. Каковы шансы, что одолеют их в Окаянной бреши, даже не считая смертных Дисгардиума?