23.Арианна

Брейди и Тай играют в аэрохоккей в гостиной, а мы с Мелани смотрим фильм. Хотя я обожаю эту мелодраму и всегда рыдаю над душещипательными сценами, сегодня я не могу сосредоточиться. Вместо этого я каждые пять минут проверяю телефон и каждые две – выглядываю в окно в надежде увидеть свет фар.

Не понимаю, почему так волнуюсь. Я знаю, что Логану нет никакого дела до моей мамы, знаю, что он сошелся с ней на отдыхе только потому, что я буквально толкнула его в ее объятия, и, хотя он не признавал прямо, я готова поспорить, что он просто хотел заставить меня ревновать.

И это сработало.

Нет, я уверена, что между ними сегодня ничего не произойдет. Но это не значит, что мама не будет пытаться. До конца отпуска осталось всего два дня. Что мешает нам уехать прямо сейчас? Я более чем готова оказаться подальше от нее, и, возможно, мы с Логаном смогли бы... Не знаю. Провести время вдвоем, без всего этого, и разобраться, что между нами происходит – если за пределами этого места вообще есть что-то настоящее.

— Почему ты все время проверяешь телефон? — спрашивает Мелани.

Я поднимаю взгляд от экрана, только сейчас осознав, что снова уставилась в него, и улыбаюсь ей:

— Просто переписываюсь с подругами.

Наглая ложь. Мы почти не общались с тех пор, как я сюда приехала. В доме ужасная связь, да и в Ливенворте была не лучше. Было пару коротких сообщений, но после дня рождения Кэсси групповой чат странно затих, что совсем на нас не похоже. Когда вернусь, нужно будет обязательно позвонить им и рассказать, насколько сильно изменилась моя жизнь после ночи в клубе. Хотя, возможно, именно из-за той ночи они тоже внезапно замолчали.

Мелани бросает на меня недоверчивый взгляд, чем до жути напоминает Мариссу.

— Но ты же не пишешь. Ты просто смотришь на экран. Будто следишь за временем или ждешь сообщение. Я думала, твой парень в соседней комнате, — она кивает в сторону Тая.

Я качаю головой:

— Он мне не парень.

— Значит, вы двое просто перепихнулись?

Мои глаза округляются, и я несколько раз моргаю.

— Откуда ты вообще знаешь это выражение?

Она закатывает глаза:

— Мне четырнадцать, а не пять, Ари. И потом, твоя мама постоянно обсуждает, как ты трахаешься с Таем, когда тебя нет в комнате.

— Следи за языком, — одергиваю я ее, на что получаю еще одно закатывание глаз.

Боже, моя мать действительно хуже всех.

— Мы друзья, — говорю я, как раз в тот момент, когда Тай и Брейди заходят в комнату.

— Кто друзья? — спрашивает Тай.

— Ты и я, — отвечаю я, поднимая на него взгляд с дивана.

Он улыбается, его руки ложатся мне на плечи, прежде чем он целует меня в макушку.

— О да, лучшие друзья.

Я улыбаюсь ему, когда открывается входная дверь, и в дом заходят дядя Том и тетя Марисса, а следом – Логан, который несет на руках то, что выглядит как моя мать. Серьезно, это уже переходит все границы. Она всегда любила повеселиться, но если она регулярно напивается так, как на этом отдыхе, ей нужна помощь.

Взгляд Логана мгновенно находит меня. Я улыбаюсь ему, но он не отвечает взаимностью, вместо этого его глаза сверлят мои плечи. Я хмурюсь, пока не замечаю, что Тай все еще обнимает меня. Как можно более незаметно, я отстраняюсь от Тая и перевожу взгляд на тетю Мариссу, которая уже с любопытством наблюдает за мной.

— Ну что, хорошо провели время? — спрашиваю я.

Марисса отвечает после короткой паузы, в ее глазах все еще мелькает тень подозрения.

— Да.

— Пока кто-то не прикончил две бутылки вина в одиночку, — ворчит дядя Том.

Я смотрю на маму, и мои плечи бессильно опускаются от разочарования, пока Логан проходит через комнату.

— Отнесу ее в постель и сам отправлюсь спать. Все было хорошо, пока... — Он выразительно смотрит на бездыханное тело мамы у себя на руках.

Марисса и Том согласно кивают, когда Логан уносит ее наверх. Я встаю с дивана, и Тай неотступно следует за мной, пока я понижаю голос, обращаясь к Мариссе:

— Что случилось?

Она вздыхает:

— Напилась, как обычно. Полностью опозорилась. Хамила официантам, а потом попыталась сделать Логану минет прямо под столом.

— Господи, — бормочет Тай.

— Но это еще не всё, — Том усмехается без тени веселья. — Когда Логан ее оттолкнул, она начала орать, вытащила сиськи и спросила, почему он ее не хочет. Слава богу, там не было детей, но нас, естественно, попросили уйти. Это было чертовски унизительно.

— Я редко ее вижу, только на праздниках или в таких поездках. Она всегда такая? — спрашиваю я.

Марисса качает головой:

— В последнее время стало хуже. Примерно с тех пор, как они с Логаном расстались. Все медленно шло под откос, но на этих выходных... Боже, она выпила больше, чем я считала возможным для человека ее комплекции.

Я тяжело вздыхаю и смотрю на Тая:

— Ты готов идти спать?

— Конечно. Спокойной ночи, — говорит он Мариссе и Тому, обнимая меня за плечи.

Я бросаю на него взгляд, но молчу, пока мы не заворачиваем за угол.

— Зачем ты обнял меня?

Он пожимает плечами.

— А зачем ты спросила, готов ли я идти спать? Будто мы действительно собирались лечь вместе? Мне показалось, что ты играешь роль, вот и я подыграл. Разве так уж ужасно обнимать тебя?

— Да, ужасно, — раздается голос Логана прежде, чем я успеваю ответить.

Он резко оттаскивает меня от Тая, его рука собственнически обхватывает мою талию, пока он испепеляет брата взглядом.

— Нет необходимости спать на полу. Сегодня можешь занять мою кровать, — говорит он низким голосом и разворачивает нас к моей комнате.

Я слышу, как Тай что-то бормочет себе под нос, но не успеваю разобрать слова – Логан уже заталкивает нас в комнату и запирает дверь.

— Он приставал к тебе? — тут же вырывается у Логана, словно он больше не может сдерживаться.

— Нет, конечно нет.

Он выдыхает и кивает:

— Хорошо. Я только об этом и думал. Весь вечер сходил с ума.

— Даже если бы и приставал... ты же знаешь, что я бы не позволила ему? Мы, конечно, еще не дали названия тому, что между нами, но…

— Знаю, — он приглушенно шепчет, обхватывая мою шею ладонью и прижимая лоб к моему. — Ты просто слишком особенная, слишком драгоценная. Я всегда буду бояться тебя потерять.

— Потерять? Ты уверен, что вообще обладаешь мной? — дразню я с ухмылкой.

Его пальцы слегка сжимаются на моей шее, а из груди вырывается собственнический рык.

— О, я обладаю тобой, не сомневайся. И никогда не отпущу. Ты ведь это понимаешь, Воробушек?

Я с трудом сглатываю и киваю, а он закрывает глаза.

— Хорошо.

— А что насчет тебя? — спрашиваю я. — Похоже, у тебя была интересная ночь.

Он отпускает меня, выпрямляется и проводит рукой по лицу.

— Чертов кошмар. Скажи, что хочешь уехать завтра. Или даже сегодня. Я просто хочу домой, с тобой.

Я отвечаю ему слабой улыбкой и тяжело вздыхаю:

— Заманчиво, но ты прав. Марисса явно что-то подозревает. Моя мать в полном раздрае. Не хочу добавлять к этому еще больше проблем.

Он сжимает губы, будто ответ ему не по душе, но все же соглашается:

— Ладно. Но в пятницу уезжаем с первыми лучами солнца.

— Договорились.

— А теперь перейдем к более важным вопросам, — его руки опускаются на мои бедра.

Пальцы Логана скользят под пояс моих лосин, медленно стягивая их вниз. Он проводит рукой по бедру, скользит по стрингам, а затем проникает внутрь. Сначала казалось некомфортным отказываться от душа после секса, и я почти уверена, что заработаю цистит, но гордость, которая сияет в его глазах, когда он понимает, что я выполнила его просьбу, стоит того.

— Это моя хорошая девочка, — хрипло произносит он, двигая пальцами внутри меня, загоняя сперму еще глубже.

Из моих губ вырывается прерывистый стон, когда он вынимает пальцы, хватает ткань трусиков и одним резким движением срывает их с меня. Я ахаю от неожиданности, а он складывает их и засовывает в карман джинсов.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Теперь они мои. На самом деле, я конфискую все твои трусики, причем немедленно, — заявляет он с напускной серьезностью.

Я не могу сдержать смешок, когда его руки скользят по моему телу, а затем он тянет меня к кровати, заставляя лечь на живот.

— Лицом вниз, задницей вверх, — строго говорит он.

Какая-то испорченная часть меня просто обожает, когда он так распоряжается мной. Когда он ведет себя как придурок в обычной жизни – нет, спасибо. Но в спальне? Еще как.

Я чувствую, как его пальцы впиваются в лосины, спущенные до щиколоток. Он стаскивает их и швыряет в сторону, прежде чем звук расстегивающейся молнии эхом разносится по комнате. Его бедра вплотную прижимаются ко мне, когда он просовывает руку мне под живот и поднимает меня в воздух.

— Подними задницу выше, Воробушек. Дай мне увидеть тебя всю.

Я послушно выгибаю спину так сильно, как только могу, приподнимая задницу для него, когда он стонет. Его рука массирует мою ягодицу, а затем резко опускается с громким шлепком. Я вскрикиваю от внезапной боли, но он тут же зарывает пальцы в мои волосы, резко оттягивая голову назад, и прижимает губы к моему уху:

— Тише, Воробушек. Ты примешь всё, что я дам, и сделаешь это максимально тихо. Издашь звук, и я остановлюсь. Поняла?

Я проглатываю стон, готовый вырваться наружу, и быстро киваю, зарабатывая еще один резкий шлепок. Вздрагиваю, но не издаю ни звука, и его низкий голос рычит у моего уха:

— Чертовски хорошая девочка.

Еще один шлепок. Затем еще. Я чувствую, как кожа на ягодицах горит, но с киски уже капает. Странное сочетание боли и удовольствия подвешивает меня в состоянии безудержной похоти.

— Потрогай себя, — приказывает Логан, и я слышу, как он что-то достает.

Я делаю, как он говорит, пальцы скользят к клитору, но он резко шлепает меня по заднице.

— Не клитор, а киску. Засунь пальцы в свою киску. Трахни себя пальцами для меня.

Оглянувшись через плечо, я вижу, как он откидывается назад, чтобы наблюдать. Его глаза темнеют, когда я засовываю в себя два пальца и медленно двигаю ими, наслаждаясь ощущениями.