Глава 21
Возвращаюсь домой опять поздно и опять по темному двору.
Но в этот раз без Алексея – после встречи с ним осталось какое-то странное послевкусие и мне понадобилась передышка.
От него, от Кирилла, от переживаний за наивную Ульяну и от себя самой, которая все никак не может решиться ни на что.
Чего я хочу?
Однозначно – безопасности и спокойствия. И свободы?
Хочу ли я свободы или жду, что опять столкнусь с Кириллом у подъезда?
И я сталкиваюсь, потому что муж себе не изменяет. Ровно в восемь вечера он возвращается с работы и пару часов проводит под моими окнами.
Чего добивается – непонятно, но я медленно подхожу к нему и встаю вплотную, задирая голову, чтобы смотреть прямо в глаза.
– Не надоело еще сюда мотаться?
– Надоело, – устало выдыхает Кирилл, – Но что я сделаю, если это единственный способ видеть тебя каждый день?
– Не хочешь просто оставить меня в покое? И тогда ездить сюда не придется.
– А ты хочешь этого, Оля? Хочешь, чтобы завтра я не приезжал? – спрашивает с неким вызовом, – Ты можешь говорить одно, а взгляд выдает другое.
Мой взгляд сегодня выдает апатию, но точно не желание запрыгнуть на мужа с распростертыми объятиями.
– Я просто хочу начать жить заново, – с грустью заключаю, – Без этой драмы.
– А я хочу жить со своей любимой женщиной, – упряма продолжает Кирилл.
– Какой-то бессмысленный разговор, не находишь? – бормочу себе под нос и хочу уже уйти в квартиру, но мужчина не дает.
Хватает меня за руки и крепко прижимает к себе.
Даже через пальто я чувствую жар его тела, и этот жар быстро распространяется по моим венам, заставляя щеки краснеть, но не от смущения.
Хорошо, что в темноте ему не видно, что делает со мной наша близость.
– Неужели ты разлюбила? Неужели не хочешь быть со мной?
Смотрю на него удивленно.
– Знаешь, чем я занималась сегодня с утра? – чувствую, как ко мне возвращается раздражение, появившееся еще после разговора с Ульяной, – Была у твоей младшей дочери и пыталась вразумить ее! Чтобы она больше не общалась с Милой.
Стоит только вспомнить об этой девке, как все возбуждение сходит на нет. Горько ухмыляюсь, когда понимаю, что так будет всегда.
Одно упоминание, одна мысль об этой чертовой Миле, и я вырываюсь, отскакивая от мужа, как от прокаженного.
– Я говорил с ней, – хмурится Кирилл, – Она больше не подойдет к Ульяне.
– Думаешь? – усмехаюсь, – И она тебя послушалась?
– Она знает о последствиях.
– И каких же? – спрашиваю с вызовом, скрещивая руки на груди, – Лишишь ее денег и своего внимания?
– Заберу у нее сына и буду воспитывать сам, – заявляет мужчина, вызывая у меня смех.
Словно умалишенная, начинаю громко хохотать на всю улицу.
– Очень смешно, Ольга, – ожидаемо сердится Кирилл.
– Смешно, – киваю, – И в этом уравнении ты приводишь своего сына к нам домой, вручая мне? Хочешь вернуть меня и заставить воспитывать своего нагулянного ребенка? Так видишь наше совместное будущее?
Качаю головой, разворачиваюсь и достаю ключи, чтобы все же зайти в подъезд и не видеть этого то ли наглеца, то ли полного идиота.
Как у мужчин все просто!
– Ольга! – грозно зовет меня Кирилл, а, когда не дожидается никакой реакции, догоняет и вновь хватает, разворачивая к себе, – Хватит уже издеваться надо мной.
– Издеваться? – сбрасываю с себя его руки, – Это вы все надо мной издеваетесь!
– Дамочка! Может, уже хватит Санта-Барбару тут устраивать? – доносится с верхнего этажа грозный голос какой-то старухи, и мы синхронно замолкаем, – То один, то другой к ней приезжает по ночам!
А вот здесь она уже преувеличивает. Ко мне сюда приезжает только Кирилл, потому что Алексей думает, что я живу в соседнем дворе.
Но мужу это не объяснишь – вижу по его расширившимся глазам. Да и я не хочу ничего объяснять.
– Завтра я встречаюсь с адвокатом, – шиплю на мужчину, – И, наконец, подаю заявление. Все, точка.
Пользуюсь моментом и забегаю в подъезд, пока Кирилл не успел переварить все услышанное. Бегу быстро по лесенкам, будто за мной кто-то гонится, но все же до меня отчетливо долетает глухой звук удара кулаком по двери.
Пусть думает, что я обзавелась любовником, – ему будет полезно помучаться. Не все мне страдать.