Глава 3.

Я плакала. Нет, это не были настоящие слезы, душа плакала. Бедная Хельга. Такую судьбу не пожелаешь и врагу.

- Вижу, ты согласна со мной, - прошелестел голос прямо в ухо.

- Да, - твёрдо ответила. - Только у меня просьба.

- Какая?

Может мне и показалось, но в голосе невидимого собеседника послышалась заинтересованность. И, пока я думала, как лучше сформулировать свою задумку, каким-то шестым чувством поняла, что обладатель голоса нетерпеливо кружит вокруг меня.

- Я согласна заменить Хельгу в её мире. Взамен прошу перенести её душу в моё тело и помочь выздороветь.

- Хорошо, - спокойно ответили мне.

А мне показалось, что меня в чём-то обдурили. Словно я попросила у зимы снега или у солнца тепла.

- В чём подвох? - всё же не сдержалась и спросила.

Ответом мне стало что-то похожее на смех. Показалось, что дух сдерживает себя, но всё же смешки проявляются.

- Вера, Вера, не стоит делать из меня изверга. Я не убийца. Мне искренне жаль две души, у которых так рано заканчиваются линии жизни, - голос стал серьёзным и напутственным. - Тебе достанутся все знания и память Хельги, первое время и твоя память будет при тебе, со временем, ты забудешь земную жизнь. Не сразу, но это случится.

- А мои родные? - голос предательски дрогнул.

Пока смотрела воспоминания жизни другой девушки, всё казалось приключением, интересным, интригующим, но приключением. Осознание того, что я больше не увижу родителей, нормальных родителей, не то, что мамочка у некоторых, резануло по сердцу. И сестрёнка. Она только закончила одиннадцатый класс, в последнее время мы стали очень близки, появились общие интересы, увлечения.

- Не стоит переживать о них. Первое время я им помогу, дальше сами.

Дух вновь покрутился вокруг меня, будто о чём-то думал, прикидывал, иногда останавливался. Я же молча стояла, смотря в никуда. Мои мысли были далеко. Там, где навсегда останутся мои родные и близкие. Хельга станет отличной дочерью и сестрой. С её нерастраченной добротой и заботой. Она этого достойна.

- Готова?

Не успела ответить, как ощутила резкую колющую боль в животе. С трудом сфокусировала взгляд на месте, где всё онемело, и ужаснулась - из живота торчал меч, он был наполовину воткнут в моё тело. Это была паника. Я не была готова к такому. Одно дело увидеть, другое дело испытать на себе.

- Тише, дитя, тише, - послышался знакомый голос. - Я помогу, только вытащи меч. Ты должна это сделать сама.

В голове пульсировала матерные слова и крики, но силой воли я их удержала в себе. Вместо того, чтобы растрачиваться на ругань потянула за эфес. Из глаз брызнули слезы, а матерные слова сменились лишь одной мыслью "лишь бы не потерять сознание".

По чуть-чуть, с передышками, меч подавался мне. Пот и слезы ручьями лились из глаз. Руки тряслись. С каждым сантиметром мне казалось, что это всё, это мой предел, но нет. Воля к жизни тянула меня на подвиг, на спасение самой себя.

В тот момент, когда мне всё же удалось вытащить из себя инородное тело, крик сам сорвался с моих губ. Это был крик облегчения. С ним же я ушла в спасательное забытье.

- Ты - молодец, дитя. Я сделаю тебе ещё один подарок, только осваивать его тебе придётся самой, - прошелестело на краю сознания или показалось.

Меня накрыла тишина и покой. Чтобы очнуться от резкой боли в щеке.

- Ну же очнись! - тревожно звучал незнакомый голос.

С трудом разлепила глаза. Передо мной стояла дородная женщина, она беспокойно рассматривала моё лицо.

- Слава Великому духу! Жива!

Меня обняли крепко, так, что остатки воздуха покинули моё бренное тело. Благо это продолжалось недолго. Уже в следующую секунду меня отпустили. Женщина запричитала, позвала кого-то, помогая мне выбраться из кареты.

- Жива? - спросил громкий мужской голос.

- Да, - радостно ответила женщина.

Пред нами встал крупный мужчина. Косая сажень в плечах, солидное пузико, ростом под два метра, руки-кувалды.

- Как же так, дитя? - вопрос затерялся в воздухе.

Ответить мне было нечего. Не впутывать же случайных свидетелей в мои проблемы. То, что они не остались равнодушными к чужому несчастью, говорит о многом, о хорошем. Таких людей надо ценить.

- Спасибо вам, добрые люди, - со всем возможным уважением и признательностью произнесла. - Мои сопровождающие?

Голос всё же дрогнул. И если сначала женщина зарделась от добрых слов, то потом отвела глаза, выражая этим жестом ответ на мой вопрос.

- Так, нечего сопли распускать! - мужчина первым пришёл в себя. - Мёртвым уже не помочь, а нам лучше выдвигаться.

Тристан, как представился мой случайный спаситель, бережно сложил тела моих сопровождающих внутрь кареты, сам сел на козлы. Его жена, Елейна, выделила мне место на телеге, рядом с собой. Мы отправились в путь. Добрая женщина поохала над моим рассказом, пожалела. Она тоже не поняла, как можно не любить свою кровиночку.

Не стала её переубеждать, ведь за свою жизнь я насмотрелась на многое. Отношения детей и родителей вообще отдельная тема для дискуссий и победителей в ней не будет. Мне же сейчас была приятна забота, пусть и от чужих людей.

Оказалось, что Елайна с мужем отправились в город к своему сыну с семьёй, у него скоро должен родиться ребёнок, они едут на помощь молодым родителям и везут гостиницы. Впрочем, и в моём родном мире так происходит в нормальных семьях.

В небольшой город мы въехали уже в сумерках, нам попались ещё несколько припозднившихся путников.

Дороги вымощена камнем, освещены фонарями. Впечатление от увиденного было приятным. Всё же я думала увидеть более отсталую цивилизацию.

Тристан на карете отправился в местную полицию, нам велел ехать к сыну, сказал, чтобы о нём не беспокоились.

Небольшой двухэтажный дом встретил нас суетой. На наш приезд никто не обратил внимания. Пока мы с Елайной распрягали телегу по шуму и стонам удалось понять, что хозяйка дома именно сегодня решила родить. Как ни странно, моя спутница спокойно отнеслась к творящейся суете, она философски заметила, что роды - естественный процесс. Вот она троих сыновей родила и всё нормально. Не стала спорить. У всех всё индивидуально. Моя одногруппница одного ребенка еле родила, специализированные врачи чудом откачали новорожденного и мать. Как итог, она больше не может иметь детей.

Елайна по-хозяйски поднялась на второй этаж, уверенно открыла дверь в комнату рожающей, я шла следом, не зная и не понимая, что я вообще тут делаю. Надо было бы отправиться на постоялый двор. Нет же, купилась на доброту и теперь чувствую себя не в своей тарелке.

- Мама, - облегченно выдохнул молодой, уставший мужчина.

Хозяин дома сидел возле своей жены, которая явно было не в лучшем виде, впалые глаза, бескровные губы, прерывистое дыхание. В комнате была ещё одна женщина, которая беспрестанно причитала и вытирала пот со лба роженицы. И молодой ещё совсем парень. Не больше семнадцати, и выглядел он не лучше, чем девушка, что сейчас пыталась произвести на свет очередное чудо.

- Рокин, что у вас происходит? - властно спросила моя спутница.

Она неторопливо дошла до кровати. Я семенила следом. Мне приходилось видеть процесс родов, но только у животных, тут же взыграло обычное человеческое любопытство.

- Мама,- как-то обреченно произнес хозяин дома.

Хватило и одного взгляда чтобы понять: у роженицы нет шансов, она истощена и обессилена. И тем не менее Елейна по-хозяйски осмотрела девушку, сурово поджимая губы.

- Где лекарь? - грозно задала свой вопрос женщина.

- Он ещё утром уехал в соседнее село, там случилось какое-то несчастье, - промямлил молодой парень.

- А ты тогда кто? - не менее грозно вновь спросила Елайна.

- Я - только помощник, - парень чувствовал себя не в своей тарелке, он нервничал.

С кровати послышался очередной сдавленный стон, казалось, что девушка уже прощается с жизнью. Это поняла и Елайна.

- Выйдем, Рокин, не стоит тебе на это смотреть

Хозяин дома хотел было поспорить, но не смог, молчавшая до этого помощница тоже попросила его уйти. Рокин кинул взгляд, полный тоски и печали на свою жену, ласково убрал волосы с лица, невесомо поцеловал и не оборачиваясь, чеканя шаг вышел.

У меня сердце чуть не взорвалось от увиденной картины. В кино такие сцены пробирают до мурашек, а в живую увидеть оказалось ещё тяжелее!

Как ни странно, за Елайной с Рокином ушел и помощник лекаря. Только женщина продолжала причитать у кровати роженицы.

Очередной стон вырвал меня из оцепенения. На ватных ногах дошла до кровати. Мне хотелось просто поддержать несчастную, побыть рядом.

На кровати лежал призрак молодой девушки, иначе назвать нельзя было. Даже вспомнилась фраза: "в гроб краше кладут".

- Побудете с дочкой? - вопрос застал врасплох. - Я сменю воду.

Не дожидаясь от меня ответа, женщина ушла, оставив меня с умирающей. Скорее всего ей понадобилась передышка. Просто несколько минут, чтобы прийти в себя. И, если это правда её дочь...

Пока никого не было, решила осмотреть девушку, нет, у меня не было навыков человеческих родов, но я видела, как это происходит у животных, да и одногруппница много успела рассказать и про себя, и про тех, с кем лежала.

Первым делом проверила пульс - есть, хорошо, потом зрачки - реагируют, ещё лучше. Дальше проверка раскрытия - вроде тоже нормально. Живот. А вот живот мне не понравился. Закралось подозрение, что плод лежит неправильно. Это многое объясняет. Жаль, что рядом нет настоящего врача, он бы быстро определил проблему и решил её.

Итак, вспоминаем. В больницах это не было проблемой, просто перевернуть плод, надо лишь вспомнить. Что-то мне рассказывали и про реверсию. Но попробовать всё равно стоит. Одна ладонь внизу живота, другая сверху, движения против часовой стрелки. Раз, другой, третий. Руки задрожали, ничего не получалось. Я очень боялась сильно надавить, а ещё больше не успеть, не помочь. Пот застелил глаза, не знала, что процедура перевертывания ребенка такая сложная, по телевизору всё казалось проще.