Да мы и не рвались. Забота о троих детях, готовка и стирка отбивают всякое желание ломиться в за ...

Да мы и не рвались. Забота о троих детях, готовка и стирка отбивают всякое желание ломиться в закрытые двери. Но Крокс щелкнул пальцами, и огромный замок беспомощно рухнул на пол.

Двери распахнулись. К моему изумлению, за ними оказались не пыльные заброшенные помещения, а вполне себе чистые коридоры особняка. За дверями все это время таилось еще одно крыло. К моему удивлению, оно оказалось не пустым.

- Светлая Матерь! – воскликнула я, когда увидела того, кто лежит прямо на столе посреди пустой комнаты с большими окнами.

Мужчина лет тридцати выглядит так, будто его крокодил прожевал. Весь в крови, с глубокими царапинами и колотыми ранами. Щека порезана так сильно, что видны зубы. Но главное – кто-то оцарапал его грудь гигантскими когтями и разрезал артерии. Именно из-за их повреждения Несмотря на это, все еще жив. Этого несчастного спасло только то, что кто-то очень могущественный погрузил его в стазис. Мужчина жив, но все процессы в его теле почти остановились. Далеко не каждый целитель способен на такое.

Но он тут ни один. Пока я стояла и ловила ртом воздух от испуга, из противоположной двери в комнату вошел другой мужчина. Очень пожилой, седой, худенький. Мелкой семенящей походкой он направился к исполосованному мужчине и будто случайно заметил нас. Рассеянно кивнул Кроксу и принялся расставлять на столе медицинские инструменты.

- Полагаю, эта та самая талантливая даргана, о которой вы мне рассказывали, господин? – скрипучим старческим голосом спросил целитель. Мне послышалась ядовитая насмешка в его словах.

- Да, это твоя новая помощница, - огорошил меня Крокс, хоть и обращался к этому старику.

- Резерв хороший, - коротко обронил тот, мазнув по мне взглядом. – Сильная девочка, как ты и обещал мне. Но одной силы мало. Нужны навыки, ум и трудолюбие. Разве у столь юной особы есть хоть что-то из этого? – раздался едва слышный смешок.

Во мне взвилась волна протеста. Почему-то захотелось доказать этому седому мужчине, что я не простушка, которую дракон решил пристроить на теплое место.

Стоило лишь подумать об этом, как вспомнился Нейтон и то, как легко он устроил меня в академию магии. Наверняка пожилой целитель многое повидал за свою жизнь. Вряд ли Нейтон продемонстрировал некое уникальное поведение. Скорее всего, обычно драконы ведут себя так – устраивают своих приближенных на удобные места.

- Я прошла вступительные испытания в императорскую академию магии, - подала голос я. – Должна была привезти документы, но…не успела. Около двух лет я занималась лечебной практикой. Лечила простолюдинов, у которых не было денег на целителя с лицензией.

Удивительно, как легко я созналась в преступлении. Ха! Разве об этом стоит переживать? Я и так объявлена воровкой, так что, одним проступком меньше, одним меньше – разницы нет. Репутация уже безвозвратно испорчена.

- Ага, значит, опыт лечения у тебя имеется, - мои слова понравились целителю. Все это время он не поднимал головы, порхая вокруг пациента. Не снимая стазис, старик лечил его, сшивая разорванную артерию нитями из гривы единорога. Редкая штука, но драконы могут достать все, что угодно. – Это хорошо. Ну-ка, попробуй залечить вон ту царапину на правой голени.

Я перевела взгляд на ногу раненого. Царапина? По-моему, это полноценное ножевое ранение, но спорить не стала. Очевидно, что меня проверяют. Подойдя поближе к пациенту, я начала вливать в него магию. Помню, я учила теорию по лечению разных видов ран. Сначала восстановила глубокие слои мышцы, и только потом верхние.

- Умница, - похвалил целитель, глянув на мою работу. Впервые он искренне улыбнулся и произнес что-то без скрытой насмешки. – А ну-ка, подсоби мне. Вот здесь прижми, - он указал на практически оголенную артерию. Если бы не мастерски наложенный статус, наш несчастный пациент истек бы кровью за минуту.

А ведь я никогда не имела дела со столь тяжелыми случаями. Мой профиль – хронические болезни и легкие бытовые травмы, а не реанимация безнадежных.

Тем не менее, я нашла в себе силы и подчинилась. Коснулась пальцами обнаженной артерии и зажала, где просили.

- Вот так, держи… - целитель низко склонился над раненым и принялся что-то зашивать.

Внезапно из артерии что-то вылетело. Теплая жидкость жирной струей брызнула на мое лицо. Рука дрогнула, раздался окрик от целителя:

- Держи! Не отпускай! Подумаешь, кровь капнула! Ассистент не должен одергивать руки, даже если его ноги кусает волк! – неожиданно взбодрился старик.

Я так оторопела от его тона, что и вправду застыла статуей. Сурово нахмурив брови, еще пять минут он штопал артерию несчастного, а когда, наконец, закончил, принялся залечивать глубокие порезы от когтей.

- Смотри внимательно, - негромко бросил он мне. – Сначала легким плетением зашиваются нижние слои, - комментировал он свои действия, а я с огромным любопытством следила за его работой. Когда еще увидишь столь мастерскую работу? Под его руками изуродованный полутруп вновь превращается в живого человека.

- А ваши швы не развалятся? – решила уточнить я, наблюдая за работой целителя. – Они же тоненькие.

– Если внутренние органы зашить плотными швами, душенька моя, то пациент скончается в муках, - поучительным тоном ответил мне целитель. – Сверху накладываются особые заклятия и мази, - в подтверждение слов он заложил прямо в живот пациенту белесую мазь. – Они и помогают мягкому заживлению органов. Жесткие плетения, как ты говоришь, накладывают лишь на мышцы и кожу.

Так вот, почему он доверил мне голень пациента.

- Что, снимаем стазис? – весело спросил у меня целитель, будто ему нужно мое разрешение.

- А ему не будет слишком больно? – я с тревогой оглядела пациента. Надо признать, что он выглядит гораздо лучше, чем тогда, когда я увидела его в первый раз. За полчаса целитель подлатал парня так, что теперь у него есть реальные шансы выжить.

- Обезболишь, - удивил меня целитель.

- Я? – от испуга расширила глаза.

- Не бойся, ты справишься, - он махнул рукой так, словно речь идет об обезболивании перелома, а то и вовсе мигрени. Но тут на человеке живого места нет! Он же буквально вскрыт живьем!

- Я не… - отшатнулась от стола, качая головой. Этот старик – сумасшедший! Хочет использовать меня, неопытную девушку, для столь ответственного задания? Скорее планирует повесить на меня осложнения, которые точно возникнут, едва спадет стазис.

Целитель не стал меня уговаривать. Он щелкнул пальцами, и время для раненого вновь потекло в обычном ритме. Его сердце забилось в груди, разгоняя кровь по разодранным артериям. Он должен был бы начать истекать кровью, но целитель так ловко его заштопал, что кровоточат лишь мелкие порезы.

- А-а-а! – стон боли наполнил комнату. Мужчина приоткрыл глаза, в которых отразилось столько страдания, что обезболивающее плетение сложилось само собой. Я окутала его им, покрывая все участки тела. Боги, а ведь у него даже внутренние органы заштопаны. Боюсь представить, что сейчас чувствует этот бедняга.

- Вот, умница, - оценил целитель, наблюдая за тем, как я пытаюсь не дать несчастному сойти с ума от боли. – Правильно, с головы начинай, так… Ага, и замыкай плетение на пять… Крокс, девочка и вправду сообразительная, - обратился он к дракону. – Умненькая, хоть и неопытная. Но ничего, я ее быстро поднатаскаю. Опыт – дело наживное, а у нее все способности имеются.

- Вы не хотите мне помочь?! – зашипела я на старого умника. Я стою тут, с трудом удерживая обезболивающую сетку из магии над огромным мужиком.

- А чего тебе помогать? – охнул целитель. – Говорю же, замыкай на пять и… - он подошел и вклинился в мое плетение. Не успела я опомниться, как старик перехватил контроль над всей конструкцией и замкнул ее так, что она больше не требовала подпитки. Больной теперь полностью обезболен. Вид у него такой, словно его опоили дурманом. Счастливая улыбка расплылась от уха до уха.

Ой.

Кажется, я слегка переборщила с обезболивающим эффектом.

- И ничего сложного! – целитель похлопал меня по плечу.

Я ответила ему таким взглядом, что старик неловко убрал руки.

- Что происходит?! – зарычала я на Крокса, который все это время стоял в сторонке и делал вид, что не имеет никакого отношения к происходящему. – Зачем ты притащил меня сюда?!