1
Из окна своего номера в гостинице «Ларентия» Второй советник Императора, герцог Родгери, с жадным, но тщательно скрываемым вниманием рассматривал стоящую в окружении шести телохранителей миниатюрную, рыжеволосую девушку в длинном платье цвета спелой вишни.
— Это и есть Джен Аль Джариет Хонн? — спросил герцог, не оборачиваясь, у знакомого ему «неприметного». — А держится, как императрица.
— Да, рыженькая и есть легендарная Джен Великолепная. А насчёт выправки, так она все же графиня в неизвестно каком поколении, — гость довольно усмехнулся. — И, поверьте, воспитание она в замке графов Джариет Корни получила вполне подобающее. И если бы не герцог Норги, то Джен сейчас блистала бы на балах в столице, а не шлялась по Герии в поисках приключений на свою аппетитную попку.
— А вот и сам Холрик Ван Хонн, — советник Родгери указал на приблизившегося к женщине высокого, широкоплечего мужчину в черном парадном камзоле. Левую половину лица его пересекала заметная даже издалека белая полоска шрама. — Ведь, правда, это — он? Судя по всему, они куда-то намылились. Интересно, куда же… И так, в открытую. Не знаешь, как они вообще попали в гостиницу? Моя охрана их не заметила.
— Думаю, что соглядатаи герцога Норги тоже, Ваша Светлость, — «неприметный» пристально осмотрел площадь перед гостиницей. — Так, Холрик в сопровождении «сияющих», Джен в сопровождении «олентийских котов». Вон та девушка около клена — это Мари Стенфорд, одна из жертв «ларентийского пари». Под охраной троих «котов». Значит, в свите Джен. Узнать бы, что они еще задумали?
— Мне кажется, что они собрались к кому-то в гости, — герцог неожиданно развеселился. — А они наглые! Демонстрируют Норги, что плевать на него хотели. И на ищеек его цепного пса — барона Хорини — тоже. Не удивлюсь, если они именно к Максвелу и собрались. Пожелать недолгих лет жизни.
— Сомневаюсь, милорд, управитель Ларентии по-прежнему в запое и никого не принимает, — отступивший в тень портьеры мужчина хищно прищурился и указал на выехавший из переулка четырехместный открытый экипаж. — Пожалуй, я знаю, куда они направились. Это парадный выезд, предоставляемый для лучших клиентов гостиницы «Ларентия». А едут наши друзья, скорее всего, в мэрию. Сегодня у мэра Ларентии, господина Гетрака, приемные часы.
— Нет, они не просто наглые, они оборзевшие сверх всякой меры! — Родгери одобрительно покачал головой, отстраняясь от окна и переходя к столу у стены, за которым уже устроился имперец. — Но мне они нравятся. И ничего не боятся ведь! Я более чем уверен, что мэр Ларентии отлично знает, что именно они являются источником всех его неприятностей за последние два месяца!
— А чего им бояться? — небрежно махнул рукой «неприметный». — Эта парочка здесь вполне официально и как олентийские подданные, и как маркизы Ван Хонн. Так у что у градоначальника кишка тонка с ними связываться. Будет юлить, сыпать комплиментами и потеть от страха. Особенно, в отсутствие самого Норги. Да и телохранители Ван Хоннов к вольностям не располагают. Репутация что у «котов», что у «сияющих» на должном уровне.
— А если и нам к господину Гетраку прокатиться? — советник предвкушающе прикрыл глаза. — Тоже с дружеским визитом. Я все равно собирался с Джен и Холриком лично познакомиться. Вот и пересечемся у мэра. Заодно пусть глава городской управы еще немного понервничает, с чего бы вдруг правая рука Императора так благоволит чете Ван Хоннов.
— Вы его хотите в гроб загнать, Ваша Светлость? — иронично поинтересовался «неприметный». — Ему и так плохо. Мало того, что хозяин земель куда-то пропал, да еще и Вы собираетесь на людях продемонстрировать свое расположение к семейству «холриков». Его тонкая душевная организация может и не выдержать. Вот уйдет еще и он в загул, и придется вводить в Ларентии прямое императорское управление.
— Вот и славно! Если лорд-управляющий Ларентии, герцог Норги, еще пару дней не появится передо мной, я так и поступлю, — Родгери потянул за атласный шнурок на стене, вызывая слуг. — Город на грани народных волнений, пора порядок наводить, отменять карантин, сообщать об отсутствии чумы. Как мне кажется, в отношении Ларентии Джен свою часть сделки выполнила — Норги можно снимать с должности, для этого есть все основания.
— Если Вы его снимете с поста по несоответствию и как не справившегося со своими обязанностями, Норги легче от этого не станет, — соглядатай Августейшего недобро нахмурил тонкие брови. — Холрик его все равно убьет. Хотя оправдаться маркизу Ван Хонну будет проще, все же прикончить равного по статусу аристократа и назначенного Короной лорда-управителя землевладения — это разные вещи.
— Любезнейший, Император не будет возражать, и ему совершенно без разницы, в каком из действующих статусов Холрик Ван Хонн убьет герцога Норги. Поскольку герцог не оправдал его доверия, — Родгери отдал указание появившемуся в номере слуге вызвать его камердинера и заложить экипаж для поездки в мэрию. — А уж мне-то совсем безразлична его судьба. Ты со мной поедешь?
— Разумеется, нет, милорд, — мужчина встал, собираясь исчезнуть из апартаментов советника. — Сами понимаете, моя работа не располагает к появлению на публичных мероприятиях, и сейчас я Вас покину. В Ларентии я пробуду еще три дня, после чего переберусь в Бренир. Если я правильно сделал выводы, это следующий город, намеченный в жертву Джен и её команде. Я Вас там сам найду. Или Вы в Бренир не собираетесь?
— Отчего же, собираюсь, — Второй советник Императора подошел к гардеробной, раздумывая, в чем поехать в мэрию — в парадном мундире советника или в камзоле цветов герцогов Родгери. — В Ларентии пока останется граф Отлиани, принимать дела у Норги. Я подожду официальных указов Императора о назначении нового лорда-управителя землевладения Ларентия. А заодно посмотрю на работу «золотой пятерки». Говорят, с точки зрения тонкости интриг — весьма впечатляющее зрелище!
+*+*+*+*+ В это самое время хозяин Бренира принимал у себя с докладом начальника службы безопасности землевладения. — Что нового узнал в Ларентии, мой верный Хьюнго? — герцог Ленкис находился сегодня в благодушном настроении. — Рассказывай, не томи.
— Все очень запутано, Ваша Светлость, — Хьюнго сел в кресло напротив своего господина и позволил себе слегка расслабить ворот дорожного камзола. — Ко всему прочему, примешалась личная месть. В Ларентию прибыла Джена Аль Джариэт Корни с мужем — маркизом Холриком Ван Хонном. Они недавно поженились. И оба жаждут крови герцога Норги. Джен — за убийство родителей, Холрик — за гибель своей роты.
— Про состоявшуюся свадьбу Джен и Холрика я знал, а вот про кровную месть мне герцог Норги рассказать забыл, — милорд Ленкис в задумчивости забарабанил холодными пальцами по столу. — Подробности знаешь?
— Десять лет назад милорд Норги дал команду убить семью Джен, а её саму отправил в тюрьму, — безопасник пожал плечами и протянул Ленкису несколько исписанных страниц. — Якобы за убийство своих же родителей.
— Очень глупый поступок, — лорд-управляющий пробежался глазами по строчкам. — Как Джена покинула тюрьму?
— Подробностей нет, достоверно известно только одно, её из тюрьмы забрал старший императорский дознаватель, — Хьюнго протянул милорду очередные страницы доклада. — Но приезжал он не за ней, а за Холриком. А забрал их двоих.
— А что Холрик делал в тюрьме? — герцог становился мрачнее с каждым словом, с недовольством рассматривая сидящего напротив него начальника службы безопасности Бренира. — Чтобы засунуть в камеру сына миледи Сиятельной надо обладать полным отсутствием чувства самосохранения.
— В то время он служил майором армии Герии под именем Харлик Харлисей, и не выполнил приказ командования, — Хьюнго протянул милорду Ленкису лист с биографией Холрика. — Отказался отвести от Шантогири свою роту и пропустить к городу наемников. Рота полегла практически вся, а Холрик очень за это осерчал на герцога Норги, который, по слухам, за оставление Шантогири без прикрытия войск получил весьма приличные деньги.
— Понятно, герцога Норги можем отнести к категории живого трупа, — милорд откинулся в кресле, прикрывая мерзнущие колени меховым пледом. — Но какое это всё имеет отношение к «ларентийскому пари»?! Как я полагаю, Джена мимоходом разорила еще и «Ларентийский городской банк» и ограбила «Деловой банк Ларентии». Это к личной мести явно отношения не имеет.
— Джен и её «золотая пятерка» последние пять лет работали на герцога Стила, лорда-управителя землевладения Сокраментия, — пожилой бренирец тяжело вздохнул. — И я догадываюсь, что голова милорда Норги — это плата за освободившуюся должность лорда-управителя Ларентии.
— Такие игры адмиралу Стилу не по зубам, — уверенно отрезал герцог Ленкис. — Тем более, что землевладения не могут быть объединены. И по финансам Ларентия и Сокраментия не пересекаются, все давно поделено. Или милорд Стил решил пересмотреть договоренности о распределении сфер влияния в одностороннем порядке?
— Или милорд Стил действует в интересах и по поручению Императора, — подал идею Хьюнго, страдающий от удушающей духоты в кабинете хозяина. — И это самый худший вариант развития событий и, к сожалению, самый вероятный. Иначе непонятно, зачем было вытаскивать на белый свет историю с «пари»? При местных экономических войнах между лордами-управителями императорских аудиторов не привлекали. А в Ларентии они сидят!
— Формальным поводом для их прибытия стали, как раз, игры молодежи в «ларентийское пари», и якобы прикрытие этих развлечений лордом-управителем, — Ленкис пожевал губами. — И, несомненно, откровения барона Викрая, племянника Норги. Причем он откровенничал явно с приставленным к горлу кинжалом.