Глава 24

Они заперли меня в спальне, но я все еще слышала их сердитые крики, доносившиеся откуда-то из дома. Калеб сказал, что должен вернуть меня, но Итан орал, что я должна быть с ним. Я отчаянно хотела вернуться домой и молилась, чтобы Итан сдался и отпустил меня.

Раздался тихий стук в дверь, и затем она открылась. В комнату вошла привлекательная рыжеволосая девушка, которую я приняла за Селесту, дочь Калеба. На этот раз на ней не было очков, и ее поразительные зеленые глаза с интересом уставились на меня.

— Вот, — сказала она, протянув мне шорты и футболку. — Я слышала, тебе это нужно.

Я уставилась на нее, гадая, не вампир ли она тоже.

— Да, — сказала она с саркастической усмешкой. — Я та, за кого ты меня принимаешь.

— Ты что, умеешь читать мысли? — спросила я.

Она рассмеялась.

— Нет, я могла бы сказать, о чем ты думаешь, по выражению твоего лица.

— Что они собираются со мной сделать? — спросила я.

— Будь на то воля Итана, он бы никогда тебя не отпустил. Калеб на самом деле не доверяет тебе, но он неравнодушен к твоей маме и не хочет причинять ей боль.

Я нахмурилась.

— Какой он чувствительный.

Она рассмеялась.

— Итак, что думаешь делать? — спросила она. — Тебе нравится Итан?

— Я не знаю, — сказала я, натянув футболку через голову, — он смотрит мне в глаза, и я ничего так сильно не хочу, как быть с ним. Но это же нереально, да? Разве у него нет какой-то власти управлять людьми?

Она кивнула.

— Верно.

— Но даже сейчас... — сказала я. — Он так действует на меня, хотя его даже нет в комнате. Думаю, я действительно могу что-то чувствовать к нему. Все это так запутанно.

— Вполне естественно испытывать к нему вожделение, если дело только в этом. Он очень сексуальный.

— Это правда.

— Калеб сказал, что застал тебя с каким-то парнем по имени Дункан, — сказала она.

— Да, — ответила я. — Я вроде как встречалась с Дунканом.

— Тебе нравится Дункан?

— Кажется, я в замешательстве. Не знаю. Может быть, я немного влюблена в них обоих.

Она улыбнулась.

— Быть влюбленной в кого-то из нас опасно. Если решишь остаться с Итаном, ты не сможешь жить нормальной жизнью.

Я сглотнула.

— Так вы — вампиры?

Она поморщилась.

— Мне никогда не нравилось это слово.

Я сглотнула.

— Итак... ты пьешь кровь у людей?

Она подошла ко мне ближе и коснулась моей щеки, а я затаила дыхание.

— Мы получаем пищу везде, где можем ее достать. Некоторые готовы нас кормить, некоторые не имеют особого права голоса в этом вопросе.

Я отступила.

— Значит, ты готова убивать людей, если придется?

Она мрачно улыбнулась.

— Выживает сильнейший.

— Калеб превращает мою мать в одну из вас?

— Я полагаю, что он выбрал твою мать своей парой.

О, черт.

— Калеб — твой настоящий отец? — выдала я, продолжив задавать вопросы. Если она была готова отвечать, я не собиралась останавливаться.

— Да, — сказала она. — Сначала мой отец стал... вампиром. Затем он превратил в вампира меня, чтобы спасти мою жизнь.

Мои брови поползли вверх.

— О чем ты?

— У меня был брюшной тиф.

— Ого, когда это было?

— Тысяча восемьсот девяносто первый, — сказала она.

Я в шоке уставилась на нее.

— Это значит, что ты...

— Намного старше себя, — ответила она.

Калеб ворвался в спальню и помахал мне рукой.

— Пошли. Мы должны увезти тебя отсюда, пока не появились твой брат и Дункан. Думаю, они знают об этом месте от Сьюзен.

— Ты отвезешь меня домой? — спросила я, отступив от него.

Его глаза сузились.

— Ты не пострадала, и когда я вошел к вам с Итаном, вы, казалось, наслаждались происходящим. Ты же не планируешь выдвигать какие-либо обвинения против Итана, не так ли?

Я посмотрела мимо Калеба туда, где Итан стоял, скрестив руки на груди, и выглядел разъяренным.

— Нет, — сказала я.

— Ты же не собираешься создавать нам проблемы, правда? Хотя тебе все равно никто не поверит, — сказал Калеб.

— Если ты оставишь мою маму в покое, — сказала я. — Я буду держать рот на замке.

Лицо Калеба потемнело.

— Я не могу этого сделать.

— Нет, можешь! Ты думаешь, я хочу, чтобы моя мама превратилась в вампира? Я видела ее шею! — закричала я, удивив саму себя.

Он вздохнул.

— Есть вещи, которых ты не понимаешь. Твоя мать… у меня есть чувства к ней, и я сделаю для нее все, что угодно.

— Значит, ты хочешь превратить ее в одну из вас?

Он провел рукой по волосам.

— Как бы это сказать? — он подошел ближе. — У твоей матери рак, и я даю ей второй шанс.

Я фыркнула.

— Ты серьезно думаешь, что я в это поверю?

— У нее рак груди, — сказал он с мрачным выражением лица. — Черт, она даже еще не знает об этом.

У меня заболел живот.

— Что, ты это чувствуешь?

Он кивнул.

— Да, и если она станет одной из нас, то выживет. Если нет, то может умереть.

— Но ты даже не подумал о том, чтобы дать ей шанс?

— Я боялся, что она откажет, — сказал он. — Ты права, я не оставил ей выбора. Она может возненавидеть меня, когда узнает, но, по крайней мере, она будет жива.

— Ты считаешь себя живым?

Итан прошел мимо Калеба и положил руки мне на плечи.

— По-твоему, я выгляжу мертвым? То, что ты чувствовала раньше, было действительно так плохо?

Я отступила назад.

— Итан, ты снова пытаешься контролировать меня. Я не знаю, что чувствую к тебе, потому что это нереально. Ты используешь свои силы, чтобы заставить меня чувствовать то, в чем я даже не уверена.

— Я сделал это только в первую ночь, когда мы встретились, — сказал он. — И я... извиняюсь. Но с той ночи я вовсе не манипулировал тобой. Каждое чувство, каждая эмоция, которые ты испытывала с тех пор, были настоящими.

Раздался резкий стук в дверь, и кто-то вошел в комнату.

— Мы должны что-то сделать, немедленно! — крикнул один из парней, с которыми я видела Итана в закусочной прошлой ночью. — Здесь кто-то есть. Думаю, это ее чертов брат.

— Черт, — простонал Калеб.

— Подожди, — сказала Селеста. — Позволь мне позаботиться о нем.

— Не смей причинять боль моему брату, — огрызнулась я.

Она улыбнулась.

— Поверь, когда я закончу с ним, он будет умолять меня сделать ему больно. Но в хорошем смысле.

Я не была уверена, что она имела в виду, но Калеб кивнул и сказал:

— Селеста не причинит ему вреда, иначе она ответит передо мной.

Она надула губы и вышла из комнаты.

Калеб кивнул в сторону двери.

— Ты можешь идти, — сказал он мне.

Я посмотрела на Итана, который был явно расстроен.

— Я...

— Я уже говорил тебе, что ты можешь уйти, — сказал он. — Я бы никогда не причинил тебе вреда.

Я уверена, что он все еще думал, что я — Миранда, и хотел, чтобы я стала вампиром, как и он. Но сама мысль о том, чтобы сделать это, была невероятно пугающей. Я все еще не была уверена в своих чувствах к нему, но без сомнения знала, что не принадлежала к этому миру.

Я опустила глаза и прошла мимо него к двери.

— Никки.

Я повернулась к нему.

— Что, Итан?

— Мы виделись не в последний раз.

Хотела бы я притвориться, что эти слова меня не зацепили, но они задели. Должно быть, он заметил мою реакцию, потому что облизал губы и одарил меня медленной сексуальной улыбкой.

— Прощай, Итан, — сказала я и ушла.