ГЛАВА 25

ГЛАВА 25

ДЖЕССИ

– Чего именно ты хочешь?

– Всё просто, Ричард.

Грэм наклонился вперед и обратился к руководителю своей юридической команды, опершись локтями о стол в зале заседаний, который отделял его от меня и моего агента Стива Уотерса.

Вчера, когда он вытаскивал меня из своего дома, он убрал руку с моего горла, но я уверен, что мысленно он всё ещё душит меня. Его руки тряслись от ярости, когда он потянулся к середине стола и увеличил громкость конференц-звонка, который он срочно затребовал.

– Я хочу обсудить немедленное расторжение контракта Джесси Каллагана с “Dallas Destroyers”.

Стив неловко поерзал на своем стуле. Я позвонил ему вчера вечером, чтобы предупредить, что это случится, но он всё равно выглядел удивленным, когда Грэм объявил о своих намерениях.

Подняв руку, он открыл рот, чтобы заговорить, но Грэм тут же остановил его.

– Я не хочу этого слышать, Стив. Ты представлял этого парня, – он злобно указал на середину моей груди. – С тех пор, как я совершил самую большую ошибку в своей жизни — подписал с ним контракт. На этот раз он зашел слишком далеко, и он представляет опасность не только для моей команды, но и для их будущего, – он сделал паузу и прочистил горло. – Лично для меня он тоже представляет опасность.

Затем Стив повернулся ко мне, его брови сошлись на переносице, плечи опустились в знак поражения.

– Кто-то должен ввести меня в курс дела. Всё, что ты сказал вчера вечером, это то, что ты снова облажался. Я предположил обычное – слишком много выпивки, или я был нужен, чтобы разобраться с твоим отцом и прессой, – он оглянулся на раскрасневшегося Грэма. – Что ты подразумеваешь под личной опасностью?

В моей голове промелькнуло лицо Мии, её слезы на щеках. Я представил, в каком состоянии она была, когда писала мне снова и снова прошлой ночью. Я прочитал каждое из них и почти на все напечатал ответ, но ничего так и не отправил. Я не мог заставить себя попрощаться, хотя и знал, что это именно это и нужно сделать. Грэм ни за что не согласился бы на что-то другое.

Грэм понизил голос и наклонился ближе к телефонной трубке.

– Мою дочь.

– О, чёрт, – вмешался Стив.

Грэм кивнул Стиву, и его взгляд метнулся ко мне.

– Из-за моей дочери, – повторил он. – Это не должно выйти за пределы этих четырех стен, никто не должен знать, кроме тех, кому я доверяю. Политика отношений между персоналом и игроками ясна. Обычно увольняются сотрудники. Но ни за что на свете я не брошу карьеру своей дочери под откос. Ей суждено возглавить команду. Она чертовски хороша в том, что делает, даже в таком юном возрасте. Она осваивается, и быстро, – он откинулся на спинку кожаного сиденья и скрестил руки на груди. – Но, несмотря на весь её потенциал, ей всё ещё девятнадцать лет, и она впечатлительна, – расцепив руки, он снова указал на меня, и в его тоне прозвучало обвинение. – И ты воспользовался этим. После всего – всех тех лет, когда я помогал тебе учиться в университете, платил за такси и снаряжение, чтобы ты ездил на тренировки и игры, потому что твои родители пропивали все мои пожертвования, — вот как ты мне отплатил. Ты посмотрел мне в глаза и сказал, что хочешь быть лучшим, править чертовой лигой. Ты сказал, что хочешь покорить весь мир и сделать так, чтобы я никогда не пожалел о своём решении оставить тебя. Я сел в самолет, чтобы поговорить с тренерами твоего университета и убедить их, что ты стоишь этого. Чёрт возьми, – он в ярости провел рукой по волосам. – Я даже подтирал твою рвоту, когда ты напивался до бесчувствия на вечеринках братства. И да, я знаю, что ты проводил больше времени, трахаясь с девушками, чем на льду.

Я почувствовал, как кровь прилила к моему лицу. Мне нечего было ответить, не на что опереться. В тот момент все решения, которые я когда-либо принимал, обернулись против меня.

– Мне очень жаль, Грэм.

– Пошёл ты, – насмехается он.

Стив открыл рот, чтобы снова заговорить, но Грэм поднял руку вверх. Когда он наклонился вперед через стол ещё больше, чем раньше, я почувствовал, как его отвращение проникает в меня насквозь. Лицо Грэма исказилось от ненависти, слишком похожее на лицо моего отца.

Никчемный человек.

– Моя покойная жена всегда говорила мне доверять своей интуиции. Особенно когда дело касалось тебя, Джесси. Она сказала, что ты был хорошим парнем из другого конца города и нуждался в поддержке больше, чем кто-либо другой. Она сказала, что видит, что ты хочешь этого, даже если ты облажался, – его голос дрожал от эмоций. – Она бы убила тебя, если бы узнала твои истинные намерения. Всё, чего ты хотел, – это нашу единственную дочь.

– Всё было не так, – мои руки были ледяными, боль пронзала грудь, а сердце колотилось в неровном ритме, отдаваясь эхом по всему телу.

– Ты поспорил на неё?

Я резко повернул к нему голову, гнев закипал у меня внутри.

– Мия для меня всё.

Он недоверчиво рассмеялся.

– Тебе просто жаль, потому что тебя поймали до того, как ты смог засунуть в неё свой член, – он снова сделал паузу, поправляя галстук, прежде чем пронзить меня взглядом. – Ты никогда её больше не увидишь. Я бы мог сказать, что ты сможешь мельком увидеть её, когда будете играть на выездных играх, но я сомневаюсь, что твоя карьера продлится больше сезона с тем, как ты играешь. Я окажу тебе последнюю услугу, хотя бы для того, чтобы убрать тебя из моей команды и из моей гребаной жизни. Но попомни мои слова, Каллаган. Взгляни на мою дочь ещё РАЗ, и ты лишишься ног, на которых можно будет кататься.

В комнате повисла тишина.

Стив уронил ручку на лежащий перед ним блокнот и отодвинул его, смирившись с моей судьбой.

– О какой услуге ты говоришь, Грэм?

Он взял свой мобильный телефон и начал несколько раз нажимать на экран.

– Майк Берроуз – мой бывший товарищ по команде и хороший друг. У него серьезные связи с генеральным менеджером “Seattle Scorpions”. Я знаю, что они некоторое время смотрели запись игр с участием Джесси. В какой-то момент они были заинтересованы и, вероятно, будут заинтересованы до сих пор, если мы сможем замять этот скандал, а Каллаган сможет держаться подальше от гребаной бутылки.

– Нам нужно будет ознакомиться с условиями контракта мистера Каллагана в отношении торговой сделки, – добавил Ричард.

Грэм покачал головой.

– Вы имеете в виду контракт, который он уже нарушает? Это нарушение дисциплины высшего порядка. Насколько я понимаю, он свободный агент.

Стив бросил на меня унылый взгляд и забарабанил пальцами по столу.

– Я не хочу, чтобы это затягивалось. Джесси нужно как можно скорее присоединиться к его новой команде. Если мы можем начать обсуждение, я хочу, чтобы переговоры были быстрыми.

Грэм энергично кивнул и отодвинул свой стул; он закончил разговор.

– Согласен.

Я едва мог дышать. Мне нужно было выйти на улицу. Я могу либо упасть в обморок, либо меня стошнит в любую секунду.

– Как я уже сказал, Каллаган...

Я остановился на пути к выходу из комнаты и обернулся, чтобы посмотреть на Грэма, как я знал, в один из последних раз.

– Ни единого гребаного слова об этом от тебя, даже твоим родителям. Эта сделка по обоюдному согласию. Ты доставляешь мне одни беспокойства, тебе не нравится, как я веду дела, и я больше не вижу здесь для тебя будущего.

Я кивнул, когда он повернулся и вышел через вторую дверь, ведущую в его кабинет.

Он сильно ошибался, если думал, что я обмолвлюсь об этом кому-нибудь, не говоря уже о моём отце. Он всегда говорил мне, что я придурок, но если бы он знал, у него были бы доказательства, подтверждающие правильность его теории.

Я вылетел из комнаты, оставив Стива заканчивать разговор с Ричардом.

Коридор, ведущий на парковку, к счастью, был пуст. Я не хотел, чтобы кто-нибудь видел меня в таком состоянии, особенно остальная команда. Они уже были взбешены моей игрой и тем, как Грэм дал мне гораздо больше шансов, чем они когда-либо могли получить.

Я дошел до конца коридора, когда чья-то рука опустилась мне на плечо, разворачивая меня. Кроме Грэма, это был последний человек, которого я хотел видеть.

Тейт Коулсон, наш капитан и опытный агрессивный защитник. За исключением Зака Эванса, который играет за “Scorpions”, он был парнем, с которым никто не хотел связываться. Мне не понравилось, как он на меня смотрел. Я знаю, что он не станет затевать драку прямо здесь, но я могу сказать, что он знает о том, что произошло. Он близок с генеральным менеджером. В отличие от меня, когда Грэм провел Тейта через свою программу, Коулсон ухватился за эту возможность обеими руками. Он был одной из первых историй успеха фонда Грэма, и он для него больше похож на члена семьи. Он также знал Мию с тех пор, как она была совсем маленькой. В глубине души я думал, что он хотел её, но он не был настолько безответственным.

– Итак, у кошки наконец-то закончились жизни, – усмехнулся он, глядя мне прямо в лицо.

– Брось это, Тейт, – ответил я, отступая к двери, чувствуя себя менее уверенным в том, что он не будет обсуждать это прямо здесь.

Он покачал головой и неодобрительно посмотрел на меня.

– Дочь генменеджера. Я всегда знал, что ты гребаный идиот. Но я никогда не думал, что ты похоронишь свою карьеру из-за сексуального скандала.

– Отвали. Ты получил, что хотел; я ухожу.

Я толкнул его в грудь, и он отшатнулся от меня, в его глазах горел огонь.

– Не думаю, что ты понимаешь, как много Дженкинс сделал для твоей жалкой задницы. Он верит, что ты лучший. И я говорю не просто о поколении; я имею в виду лучший в истории. Точка. Но знаешь, что я вижу? Я вижу среднестатистического игрока. Новичок, слишком напуганный, чтобы использовать свой потенциал, в сочетании с эгоистичным придурком, поглощенным зависимостью. Да, всё верно; Я знаю о твоих маленьких секретах. Слишком увлечен поиском очередной порции выпивки, чтобы беспокоиться о ком-либо. Когда Грэм позвонил мне вчера вечером, он сказал, что очень расстроен из-за того, что потерял тебя, даже после всего случившегося. Знаешь, что я ему сказал?