И в то время, когда он говорил себе: "Будь осторожен, проклятый дурак, зачем ты его достал, ты же не соображаешь, что делаешь!" - он приближался к ней и вдруг, почти касаясь ее, остановился перед креслом.
- Ты пытаешься напугать меня? - сказала она, пристально глядя ему в глаза, и в ее взгляде было спокойствие.
Он сказал:
- Ты же не думаешь, что я тебя застрелю?
- Нет, думаю, ты бы мог. Думаю, ты должен выстрелить. - Не спуская с него глаз, она подняла руку и указала на мраморный бюст, белый и сверкающий, стоящий рядом с ней на столе. - Почему бы тебе не выстрелить в Храброго Билла? Ты ведь так ненавидишь его.
Он перевел взгляд на бюст, а потом, не отвечая ей, но испытывая громадное облегчение, пронизавшее все его существо, старательно навел дуло пистолета в лицо Храброго Билла и нажал на спуск. Раздался оглушительный выстрел; бюст слегка закачался, но удержался на столе уже с отколотым носом; пистолет выпал у него из руки и с грохотом упал на пол. Миллисент молниеносно вскочила на ноги и схватила оружие. Она посмотрела на него и усмехнулась. Услышав довольный смешок и увидев пистолет у нее в руке, он вдруг с силой ударил ее кулаком по лицу. С легким вскриком она отлетела назад, к креслу, он снова кулаком сбил ее с ног и, высоко подняв над собой тяжелый бюст, с ужасающей точностью обрушил его ей на голову. Раздался треск, как будто сломалась хрупкая доска; забрызганный кровью бюст откатился на мягкий ковер и там замер, уставившись отколотым носом в потолок.
"Нет, боже мой, - подумал он, - нет..."
Он шагнул вперед, подобрал с пола пистолет и мгновение стоял с ним в руке, затем внезапно бросился к двери. Открыв ее, он услышал шаркающие шаги поднимавшейся миссис Джордан и ее голос: "Мистер Льюис, это вы? Что там такое?" Он отшатнулся и замер в двух шагах от открытой двери, все еще с пистолетом в руке, не в состоянии ни двигаться, ни говорить; в сумраке лестницы он увидел лицо миссис Джордан, услышал ее вскрик, а в следующую секунду она судорожно запрыгала вниз по лестнице с криком: "Полиция! На помощь!
Полиция!"
Он медленно поднял руку и посмотрел на пистолет - вопросительно, как будто тот мог сказать ему нечто, что он хотел знать; затем с жестокой судорожной дрожью, потрясшей все его тело, он разжал пальцы, и пистолет упал. Он бросился в холл, хотел сбежать по лестнице, но голоса внизу заставили его вернуться в комнату; и, не глядя на то, что лежало на полу рядом с бюстом, он подошел к окну, поднял раму и высунулся наружу. Он услышал крики и при смутном свете уличных фонарей увидел быстро бегущих людей в форме. Он закрыл окно, старательно опустил штору, затем повернулся и быстро подошел к маленькому столику в углу, где стоял телефон, поднял аппарат, снял трубку и поднес ее к уху.
Через открытую дверь ворвались громкие голоса, звуки тяжелых торопливых шагов, когда он произнес в трубку:
- Челси 4-3-4-3.