ГЛАВА 7. И ВСЕ — ТАКИ НЕТ

Из гримерки я захватила сумку с запасными ключами от квартиры Андрея. Знала, что он обязательно там появится. Клубная суматоха уже не занимала, и я постаралась выбраться незамеченной, наскоро предупредив Хока, что вернусь завтра после полудня.

Его не было дома. Ниточка силы, появившаяся благодаря клубу, отказывалась видеть подопечного в ближайшем окружении, поэтому я не спеша вошла в жилище, когда — то служившее мне приютом, и направилась к двери на балкон. Оттуда я точно могла наблюдать приближение призрачного ящера.

По пути прихватив теплый плед с кресла, опустилась на пол в позе лотоса и стала ждать. Сердце глухо колотилось, отбивая нечеткий ритм, в голову лезли непрошеные мысли о том, что я ошиблась и сегодня Андрей здесь не появится. Только бы не опоздать и не пропустить момент, когда уже нельзя будет помочь! Блеснувшая в небе серебристая точка положила конец обуявшим меня сомнениям.

Мигом перейдя на истинное зрение — единственный возможный помощник в поиске призрачного — я смотрела, как постепенно вырисовывается драконий силуэт на фоне ночного неба. Он был настолько прекрасным и сияющим, что дух захватило, и я уже не могла оторваться от вида чудесного создания. А потом все разом изменилось: подлетев на достаточно близкое расстояние, он почувствовал меня и ринулся в противоположную от дома сторону. На огромной высоте застыл совершенный силуэт: расправленные широкие крылья, длинный переливающийся хвост, мощные туловище и голова, и все это сияло не хуже звезд и не давало сосредоточиться на чем — то другом. Заставляя забыть об истинной цели моего ожидания.

Хвостатый гад! Воспользовался тем, что масса тела увеличена, и по — крупному включил обаяние, чтобы основательно запудрить мне мозги! Что же тогда позволил слиться со своей сущностью маленькой ниточке силы? Теперь не уйдешь, и я воспользуюсь ей, как поводком.

Разозлившись и ощутив идущую к призрачному связку, осторожно потянула за нее, а когда ящер начал сопротивляться, зашипела, пустив по паутине оставшуюся от недавнего резонанса энергию. Дракон тряхнул головой, но удар достиг цели. Я натянула упряжку, и махина сорвалась вниз.

…Столкновение туши с поверхностью земли наверняка назвали бы землетрясением местного масштаба. По крайней мере, стекла в квартире Андрея дрожали знатно. Но я уже не обращала на это внимания: если успею до того, как в окнах зажжется свет, добежать до дракона, иллюзия невидимости скроет меня вместе с ним.

Подошла к потерянному призрачному, пытающемуся прийти в чувство и оттого яростно мотающему головой, и еле вынесла полный муки взгляд, сверкающий зеленью:

— Не убегай от меня. Я смогу помочь, Андрей.

Он как — то обреченно выдохнул, когда я приблизилась и, обняв чешуйчатую морду, нежно поцеловала чуть выше ноздрей. А потом началась трансформация. Спустя несколько мгновений я стояла в объятиях дрожащего мужчины.

— Ты зря пришла, Ари, — прошептали над моим ухом, в то время как я отдалась во власть сжимающих меня рук. Они нежно гладили волосы, касались шеи и плеч, талии, не в силах увеличить расстояние между нами и, в то же время, ослабляя мой контроль над сознанием. — Сегодня ты себе только навредишь.

— Я могу помочь, — упрямо повторила, хотя разум отказывался генерировать идеи напрочь: слишком хотел подчиниться воле дракона.

— Ари! — бессильно зарычал он, но я и не думала отстраняться, а только крепче прижалась к судорожно дышащему мужчине с полыхавшими невыносимой зеленью глазами.

— Я чуть тебя не убила… — виновато прошептала я, обнимая его и пытаясь оставить на себе любимый запах, потому что интуиция кричала, что больше этого сделать не удастся.

Дракон заключил мое лицо в ладони и заставил посмотреть в глаза:

— Ари, ты меня не убиваешь! То, как ты на меня действуешь, гораздо хуже… Поэтому я и прошу тебя: уходи, пожалуйста, пока не стало слишком поздно.

— Нет, — покачала головой, и меня перестали слушать: притянули к себе лицо и поцеловали одновременно жестко и безнадежно. А потом по нити силы пришел настолько мощный поток эмоций, что я задохнулась. Погрузилась с головой в его переживания и ответила волной своих, вызвав мучительный стон Андрея. Я даже не поняла, как мы очутились в его квартире…

Когда отец только — только рассказал о помолвке с Дорианом, я часто думала о том, каково это: быть женой человека, которого тебе, по существу, подобрали родители. О чем мы, например, будем говорить, чем будем вместе заниматься. И что вообще стоило бы делать для того, чтобы нас могли считать образцово — показательной парой. А теперь поняла, что никогда бы в жизни и ничто не смогло сделать нас идеалом. Потому что сейчас, прижатая к стене благодаря усилиям дракона, я могла думать только о том, как продлить творящееся безумие. И столько нежности было в каждом его движении, столько невыраженной надежды и любви, что я не выдержала и расплакалась.

Андрей, видимо, воспринял это по — своему и, отодвинувшись так, чтобы я могла видеть его лицо, произнес сердито:

— Если ты сейчас не остановишься, то станешь моей истинной, Арина. И тогда никто не сможет отобрать тебя, а твои поиски закончатся, толком и не начавшись. Я имею на это полное право как представитель древнейшей расы во Вселенной….

Существо захлестнула волна горечи — так хотелось, чтобы все его слова стали явью! Хотелось, чтобы он забыл о сомнениях и без слов совершил, наконец, то, о чем предупреждал, давая последний шанс на отступление. Мне совсем не хотелось уходить. Но именно это и предстояло сделать.

Я не ответила — просто потянулась к нему, обняв, что было силы. Потянулась к губам сама, утонула в нежности поцелуя, позволила подхватить себя на руки и отнести в спальню. Оказавшись на прохладных простынях, тело стало жить отдельной от разума жизнью. Я запоминала, где именно у Андрея родинка, как реагируют на прикосновения его мышцы, отчего учащенно начинает биться сердце. А мое сжималось в это время от боли, и дракон, кажется, это почувствовал: переменил положение так, что я оказалась сверху. Меня пристально разглядывали пылающими изумрудными глазами, я запоминала выражение любимого лица. Когда блеснула во взоре искра понимания, я не позволила остановить себя: приблизилась, почувствовала на спине любимые руки, улыбнулась, обведя контур темных бровей, и поцеловала, прося прощения за то, что собиралась сделать. Поцелуй укрепил нить силы, и я разом отняла накопленную драконом энергию. Забрала то, что могло испепелить хозяина, замещая негативные потоки нежностью и лаской. Задохнувшись от переизбытка драконьей стихии, отдала излишек морю и устало опустилась рядом с неподвижным мужчиной, обняла и осторожно прикоснулась к виску:

— Ты знаешь, мой хороший, я больше всего на свете мечтала стать твоей истинной, — грустно улыбнувшись, отвела со лба отросшую прядь темных волос. Сейчас он понимал меня, хотя ответить будет не в силах минимум до завтрашнего вечера. — Но я никогда не обрекла бы тебя на жизнь рядом с женщиной, которая по ночам станет шептать имя другого. Я связана узами кровной помолвки… — прошептала перед тем, как поцеловать. Андрей тяжко вздохнул, прикрыв глаза — видимо, усталость начала одерживать победу. — Это не было моим желанием, за нас с Дорианом все уже решили родители. Ирония судьбы, но от этого ритуала нельзя отказаться, хотя я и надеялась, что получится. Я не хочу, чтобы ты мучился неизвестностью. Прости, что использовала жесткие меры, но тебе придется забыть обо мне и найти нормальную и свободную женщину. Пожалуйста, обещай, что сделаешь это, — с этими словами потянулась к нему с прощальным поцелуем и, легко соскользнув с кровати, покинула комнату. Подхватив сумку, потянулась к связке запасных ключей, что помогла мне сегодня, и… так и оставила на месте, окончательно перелистывая страницу с именем «Андрей». Находясь с той стороны двери, дала слезам волю и отправилась домой. А там забылась тяжелым сном без сновидений.

Очнулась я спустя два часа, в предрассветных сумерках поплелась на кухню, откуда уже с заваренным кофе вернулась в гостиную. Недолго думая, пристроилась на теплом ковре, опираясь на стену, и стала глядеть вдаль сквозь огромное окно. Не звала Дориана, ничего не желала, просто улетела к морю и попыталась обрести покой на теплых песчаных берегах. Но, видимо, у провидения были свои планы на меня на сегодняшний день.

Встречая рассвет с полупустой чашкой, услышала рядом с домом треск шин тормозящего автомобиля. На проверку им оказался огромный черный джип, из которого вылетела маленькая черная Инга и бросилась к моей двери со словами:

— Открывай, проклятая сирена, я знаю, что ты дома!

Я решила не испытывать судьбу и вскоре оказалась у двери, повернув «бабочку» замка. Зря я это сделала, ох, зря… Мгновением позже оказалась вжатой в стену частично трансформировавшейся пантерой, рука которой перехватила мое горло, царапая кожу прорезавшимися когтями. Глаза сменили зрачки на животные, а сама киса пребывала в крайней степени бешенства:

— Кто?! Кто, скажи мне, твою мать, позволил тебе использовать гламор этим вечером? Ты что, недобитая, не слышала, как Барс просил тебя не ерепениться? Совсем сбрендила, перепила или не докурила? — но, поскольку из широкого спектра звукоизвлечения мне сейчас был доступен только хрип, ответить, естественно, не выходило. Поняв, что перегнула палку, киса отпустила меня, хорошенько тряхнув напоследок, и метнулась на кухню:

— Выпить есть? Желательно, что — нибудь покрепче валерьянки!

— Тебе нельзя, — спокойно ответила я, ничуть не оскорбившись реакцией бешеной кошки. — Это может навредить малышам.

— Как?! — Инга принялась наворачивать круги по кухне и сверкать безумным взглядом. — Их еще и двое?!