- Значит, гулял это я по берегу... - начал Руслан, стараясь не обращать внимание на захихикавшего царя. - А море сильно штормило. Ну, тут волна меня накрыла и в море унесла. Плаваю я плохо, и потому вскоре утонул... Вот так я и попал в твое царство.
- Ага, гулял ты, стало быть. В компании шестерых друзей, которым успел перерезать глотки, пока тебя волна несла. Не заливай, Руслан. Нет нужды тебе передо мной прибедняться. Я отпущу тебя обратно, наверх, только хочу сперва послушать о твоих похождениях. Русичи нечасто ко мне попадают, все больше какие-то совсем неотесанные кочевники. А твои земляки мне нравятся! Вот на днях... А, ну да, это же для меня на днях, а по-вашему с пяток лет уж минуло, занесло ко мне вашего купца по имени Садко. Отродясь не видал я таких прохвостов! Он сначала пытался моим поставщикам какой-то затонувший лес по сходной цене продать, а потом, когда я специальным указом запретил любые торговые сделки с выходцами сверху, а с Садко - в первую голову, этот пройдоха обучил моих придворных разным азартным играм. И ведь до сих пор не могу вытравить эту заразу! Стоит лишь отвернуться, глядь - здесь в орлянку играют, там - в чет-нечет, а за углом кости мечут, как рыба икру... Насилу я его наверх выпер... Ну, да ладно, это другой сказ, а теперь поведай про себя. И не ври, не надо. Я ложь за три моря чую.
- Отправился я в конце зимы из Киева за степи южные, в Таврику. Объявился там некий Черноморд, что повадился девок умыкать...
- Погоди-погоди! - удивленно замахал руками царь. - Черномора я отлично знаю, он уж пять тысяч ваших лет начальник над всей моей стражей. Последние лет триста он никуда не отлучался, да и не в том он возрасте, чтоб такими глупостями заниматься...
- Что ты, царь, я и не собирался твоего воеводу в лиходействе обвинять! Того колдуна, за которым я охочусь, зовут не Черномор, а Черноморд, потому как морда у него черная, будто сажей вымазанная.
- А, тогда все понятно. Продолжай.
И Руслан подробно рассказал морскому царю историю своих приключений, от похмельного утра в Киеве до жестокой битвы на берегу, в которой он потерял друга, после чего и сам утонул. В последней части повествования царь расчувствовался, даже слезу пустил.
- Добрый ты парень, Руслан Лазоревич. - сказал царь, когда богатырь умолк. - И дело твое правое. Поэтому надо мне тебя поскорее отпускать. На земле и под водой время по разному бежит, так что за те несколько часов, что ты провел здесь, там прошло уже много дней. Но прежде я еще должен отблагодарить тебя за спасение дочери. И не спорь! - повысил он голос, видя, что Руслан собирается протестовать. - Я здесь царь, потому как скажу, так и будет! Эй, там, позвать ко мне Черномора!
Старый дядька Черномор не замедлил явиться. Кряжистый, приземистый, с бородой лопатой, он почему-то напомнил Руслану Муромца. Сходство усиливала огромная булава, висящая на поясе.
- Зачем звал? - хмуро спросил Черномор.
- Вот, глянь, какого богатыря волной принесло!
- Это ж разве богатырь? - скривился морской воевода. - моему самому сопливому мальчишке - и то на левый мизинец...
- Не хвались, на рать... - начал было задетый за живое Руслан, но царь властным жестом прервал его.
- Раз я сказал, что богатырь, значит, так оно и есть. У них там, наверху, такие крепыши, как твои парни, давно уж все повывелись. Усохли. Я думаю, Святогор последним был. Дело вот в чем, Черномор. Этот витязь спас мою дочку там, наверху...
- Это младшую, что ль? - Черномор указал кивком головы на стоящую рядом притихшую царевну.
- А кого еще понесет нелегкая в верхний мир?! Ее самую. Сам же он на доброе дело идет, на подвиг, можно сказать. Да вот, вишь ты, неувязочка вышла. Доспехи у него после давешней драки на берегу - а ты, кстати, наблюдая тот бой, одобрительно языком цокал, я точно помню! - никуда не годятся. Не мог бы ты...
- Не мог бы. - сурово отрезал старый богатырь. - В каком состоянии наша скарбница, ты и сам прекрасно знаешь, мне уже надоело тебе об этом докладывать. Хотя... разве что вот как попробовать. Есть у меня доспех, года два назад сверху упал. Ладный, крепкий. Моим всем мал, а выбросить жалко. А этому... - он критически посмотрел на Руслана, в раздумьи покачал головой. Пожалуй, в пору придется.
- А что вместе с доспехом упало? - ехидно поинтересовался морской царь. Ну, я имею в виду, внутри доспеха?
- Что упало, то пропало. - отмахнулся воевода. - Добро, я пошел, пришлю кого-нибудь с доспехом.
- Вечером не забудь зайти, сыграем по маленькой! - крикнул ему вслед царь, и, видя лукавую улыбку на лице Руслана, вытащил из-под кресла шахматную доску. - А ты что подумал?
Доспех оказался на диво ладным, как по Руслановым меркам сделан. Кольчуга, усиленная булатными чешуйками, добрый шлем с личиной, поножи... Даже про штаны не забыли, надо же! Длинный кинжал в простых ножнах, крепкий щит. Меч Руслану вернули прежний, и богатырь обрадовался своему оружию. Зардевшаяся от смущения царевна принесла пару добрых сапог. Как и следовало ожидать, они пришлись по ноге.
- А у тебя это откуда? - слегка нахмурившись, спросил царь.
- Ну, помнишь, в том году корабль затонул неподалеку, когда ты опять проиграл Велесу в шахматы и с твоей досады семь морей две седмицы штормило? Вот там и подобрала.
- А, помню, помню, было дело. Ух, смотри-ка, вот теперь и дураку понятно, что перед ним богатырь, а не какой-то там оборванец... Ну, прощай, Руслан. Как из дворца выйдешь, иди прямо, никуда не сворачивая. Выйдешь к тому месту, откуда тебя смыло.
- Спасибо тебе, царь морской... Уж даже не знаю, чем тебя отблагодарить...
- А и не надо. Мы с тобой квиты. Бывай здоров.
- Прощайте. - поклонился Руслан, повернулся и пошел.
- И не ищи меня здесь больше! - крикнул вслед ему царь.- Я нахожусь там, где пожелаю, так что уже завтра могу быть на другом краю света!
Руслан кивнул и продолжил путь. Вскоре он заметил, что дно медленно поднимается вверх. Рыбы встречались реже, свет стал ярче. Вскоре голова Руслана показалась над поверхностью воды, и богатырь зажмурился от яркого солнечного света. Когда зрение снова обрело четкость, он увидел костер на берегу, и двух человек, жаривших рыбу. "Я, наверное, или сплю, или все же умер!" - суматошно подумал богатырь, выходя из воды. Один из сидящих у костра поднялся, пошел, сильно хромая и опираясь на палку, навстречу.