Глава 14

ОСТИН

В ту же минуту, как мне позвонили, я понял, что это связано с Лорен. С тех пор как она вошла в мою жизнь, это была череда сумасшедших, хреновых эпизодов один за другим. Я ещё никогда не хмурился больше, чем в последнее время, но я также могу признать, что и смеялся я больше, чем когда-либо. Она пробуждает во мне не только этот безумный, абсурдный ужас, но и весёлую, глупую, игривую сторону, о которой я даже не подозревал.

Месяц назад я бы уволил её без раздумий, но сейчас она увольняется почти каждый день, улыбаясь каждый раз, когда подает мне заявление.

А вот то, что она не оплатила мои штрафные квитанции, было ударом ниже пояса. Моя машина – мой малыш – была конфискована, а у меня важная встреча с Денисом в ресторане, чтобы мы могли завершить пару дел.

Теперь я выхожу из офиса с ключами от её автобуса в руках. Ладно, это не настоящий автобус, но он чертовски близок к нему.

Я нажимаю «разблокировать» на брелоке и сажусь. Мои колени прижимаются к приборной панели, а руль так близко, что практически перекрывает доступ воздуха к моему грёбаному горлу. Я нащупываю сбоку кнопки, чтобы изменить положение сиденья и получить немного места для ног.

Как только я оказываюсь в нужном положении и кровообращение возвращается к моим конечностям, я нажимаю кнопку стартера без ключа, и машина сразу заводится.

Я пристёгиваюсь и отправляюсь в путь. Тихая музыка играет на заднем плане, потом внезапно машину начинает заполнять женский голос.

Мягкий поначалу, хоть и немного раздражает, поэтому я нажимаю кнопку на сенсорном экране, чтобы переключиться на радио. После первого клика ничего не происходит, поэтому я повторяю попытку. И снова ничего не происходит.

Я слишком занят, пытаясь пробиться сквозь поток машин на этом чудовищно огромном транспортном средстве, поэтому я пытаюсь просто заблокировать звук. И я в какой-то степени преуспеваю, до тех пор, пока не начинаются крики, которые пугают меня до чёртиков. Кто-то вопит о том, чтобы отпустить это (прим ред.: «Let it go» из мультфильма «Холодное сердце»).

Что это, чёрт возьми, такое? Я снова жму кнопку, на этот раз спутникового радио, но всё ещё звучит грёбаная песня о том, чтобы отпустить это. Голос становится всё выше и выше. Музыка становится всё громче и громче, пока я отчаянно пытаюсь её выключить.

Не в силах заглушить этот текущий Лорен-зависимый кошмар, я хватаю свой телефон, набираю её номер, всё ещё пытаясь уменьшить громкость, но безуспешно.

Она берёт трубку после первого же гудка.

— Да, — отвечает она, явно раздражённая тем, что я беспокою её, если судить по тону голоса. Что ж, хорошо, я тоже раздражён.

— Что-то не так с машиной, — кричу я в телефон, который держу в руке, и нажимаю на экран, включив громкую связь.

— Ну, что бы ты ни сделал, отмени это, — советует она, а затем продолжает. — Я говорила тебе до того, как ты взял её, что, если ты сломаешь что-то, ты заплатишь за это.

Я издаю тяжёлый вздох.

— Я ничего не сломал. Я не могу выключить радио.

Тем временем песня началась – снова – голос врывается с долбаным «отпусти это».

— О, это, да, я знаю. Я должна съездить на диагностику. Как будто она замёрзла, — говорит она и тут же начинает смеяться над собой. — Понял? Замёрзла? (прим ред.: игра слов между названием мультфильма «Frozen» с данным саунтреком и переводом слова как «замёрз»).

Я пялюсь на телефон, задаваясь вопросом, действительно ли это происходит, действительно ли я веду этот разговор.

— Я не понимаю, — фыркаю я, пока леди поёт о том, что холод всё равно её никогда не беспокоит. — Как, чёрт возьми, мне заставить её заткнуться? — я перекрикиваю музыку.

— О, ну да… я не знаю. Я попыталась погуглить, но ничего не вышло, — я слышу, как она печатает, словно этот разговор её совсем не волнует.

— Ты погуглила это, — невозмутимо отвечаю я, а затем переспрашиваю, потому что, конечно же, я ослышался. — Ты погуглила это?

Я практически слышу, как она закатывает глаза.

— Да, я погуглила это. Что ещё мне оставалось делать? Google знает всё.

— Лорен, у меня вот-вот лопнут барабанные перепонки, если мне придётся продолжать слушать, как эта девушка всё твердит и твердит о том, что всё прошло, и грёбаный холод никогда её не беспокоил. Как мне отключить это дерьмо? — я касаюсь каждой кнопки на экране.

— Ты не одинок в этом. Я просто не знаю, что делать. Думаю, мне нужно позвонить дилеру, — её голос ровный.

— Ты должна позвонить им в следующую же минуту, как позвонишь на штрафстоянку, и выяснишь, как, дьявол побери, вернуть мою машину, — огрызаюсь я, как раз перед тем, как радио снова кричит «отпусти».

— Да, да. Я этим занимаюсь. Это всё, что ты хотел? — она отмахивается от меня. Как раз в тот момент, когда снова начинается фортепианный рифф.

— Всё, — ворчу я. — Слава богу, я только что приехал на свою встречу. Эта грёбаная песня – саундтрек из ада, я уверен, — заявляю я, прежде чем отключиться и заглушить машину. Конечно, я потрясён и встревожен тем, что всё ещё слышу, как эта песня играет. Только когда я открываю дверь, радио, наконец, выключается. Я надеюсь, на самом деле молюсь, что магнитола перезагрузится сама. Схватив ключи и телефон, я закрываю дверь и даже не думаю запереть фургон, уверенный, что Лорен повезёт, если кто-нибудь его угонит.

Когда я открываю дверь в ресторан, в нос ударяет запах дерева и краски. Это моя любимая часть работы. Создавать что-то. Может, у меня и не очень хорошо с руками, но у меня есть дар видения и концептуализации, за что мне и платят.

Денис подходит ко мне, одетый в свои обычные брюки-карго и строительные ботинки.

— Эй, ты выглядишь намного лучше, чем в прошлый раз, — он протягивает свою руку, чтобы пожать мою. Без шуток, я чуть не умер, когда он видел меня в последний раз. Я просто киваю ему и направляюсь в бар, где разложены планы.

Я поднимаю взгляд на убегающую вверх превосходную лестницу. Отмечаю, что стеклянные блоки установлены именно так, как я предполагал, чтобы, когда посетители поднимаются по лестнице, они могли видеть сквозь них нижний этаж. Закруглённые кабинки отлично подойдут для группы друзей, которые хотят уединения; каждую кабинку также можно увидеть снизу. Я не могу дождаться, когда придут и будут развешены драпировки, завершив образ, к которому я стремился – как уютный форт. Сексуальный, первоклассный, но всё ещё уютный форт, очевидно.

Я осматриваюсь и вижу, что столы, которые будут расставлены по всей середине огромного пространства, все сложены в углу.

— Ты заказал и несколько высоких столов, верно? — спрашиваю я, оглядываясь в поисках их.

— Да. Они поступят на следующей неделе вместе с табуретами, подходящими к этим стульям, — он указывает на стулья, сложенные рядом со столами.

Я провожу рукой по барной стойке, тяжёлому красному дереву, гладкому, блестящему и сексуальному. Это единственный деревенский штрих в этом пространстве; основание бара – матовое стекло с лампочками, которые, чудится, встроены в его панели. Барные стулья выглядят так, словно они сделаны из тонких металлических прутьев, что придает им изящный современный вид. Вся задняя стенка бара зеркальная, в результате чего пространство выглядит больше. Полки, которые будут сделаны из того же матового стекла, что и основание бара, еще предстоит установить.

Я вижу, как Серена направляется ко мне. О, Серена, с блестящими каштановыми волосами, которые ниспадают до талии, и этими длинными, стройными, подтянутыми ногами, которыми она мелькала передо мной достаточно раз в своих попытках соблазнить меня. Её глаза не отрываются от моих, она неторопливо подходит ко мне, как охотница, выслеживающая свою добычу.

Я улыбаюсь, глядя на красный костюм, который облегает её изгибы, как будто он был сшит специально для неё. С теми деньгами, которые у неё есть, это, вероятно, так и было.

Серена – одна из спонсоров этого предприятия. Это одна из её «подработок», как она их называет. Большую часть своих денег она заработала на приложении для стиля, которое сама создала.

— Остин, — поёт она своим южным акцентом. — Я не знала, когда приехала сюда, что мой день станет в миллион раз лучше с твоим визитом, — она подходит прямо ко мне, крепко обнимает, склоняет голову и целует в нижнюю часть челюсти.

Я отодвигаюсь от неё и её кроваво-красных губ.

— Серена, я не знал, что ты будешь здесь, — говорю я поверх её головы и в основном Денису.

Какой бы горячей и великолепной ни была Серена, мой член знает, что, если я пойду этим путём с ней, она сделает всё возможное, чтобы вонзить в меня свои ярко-красные когти. Кроме того, она отсосала у Ноя и проглотила. Так что, да, я знаю, что это безумие, но мой рот никогда не приближается к её рту. Никогда. По этим причинам я не сделал даже маленького глотка из того, что она постоянно предлагает.

Я высвобождаюсь из её объятий и оглядываюсь.

— Это будет огромный успех, я чувствую, — заявляет Серена, продолжая оглядывать меня с головы до ног с откровенным плотским интересом.

— Я тоже так думаю. Денис, ты сказал, что тебе нужно что-то обсудить со мной, что-то на кухне? — я многозначительно смотрю на него, видя удивление на его лице, прежде чем он, наконец, понимает, куда я клоню.

— Да-да, — он кивает. — Я думаю, сантехник сказал что-то о... — он замолкает, как только мы входим на кухню, и дверь за мной закрывается.

— Бл*дь, она как стервятник, — я пытаюсь стряхнуть с себя её прикосновения.

— Ночь открытия будет интересной, — Денис знает, что она, вероятно, прижмётся ко мне и никогда не отпустит.

Я качаю головой, не желая даже думать об этом.

— Что ещё нам нужно сделать перед открытием? — спрашиваю я его, когда мой телефон пищит в кармане. Я достаю его, смотрю на экран и вижу сообщение от Лорен.

Машину можно будет забрать со штрафстоянки, как только вы отправитесь туда и заполните форму. Извините, я не могу этого сделать, потому что машина на ваше имя.