Между тем утро незаметно наступило и, хоть окончательно ещё не рассвело, ночь уже ушла. Для жильцов этого дома час был ещё ранний, потому-то из всей массы машин, сбившейся здесь в спящее стадо, сейчас просыпались одна-две - ворчали, рычали, хлопали дверцами - в общем, проявляли активность. Прохожих было мало, только дворники уже орудовали метлами, сгребая в аккуратные кучки почерневшие мокрые листья, от дождя сразу потерявшие свою красно-оранжевую прелесть. Один из дворников шаркал метлой совсем рядом и блестела его двухцветная форменная курточка, неудобная, промокающая, холодная, халтурно сработанная близкими к власти швейниками, - но зато сумевшая придать работнику коммунальных служб социальную завершенность - уж ни с кем теперь не спутаешь.
Быков выдохнул дым и, молча потянувшись к бардачку, достал коньяк.
- Хлебни, - протянул он бутылку Семенову. - Самое время тяпнуть, раз такое дело.
Семенов сделал глоток, вернул коньяк Быкову. Тот шумно припал к горлышку.
- Хорошо! - сказал, отдышавшись.
Спртал бутылку и закурил новую сигарету.
- Слушай, а может бросим это дело? Или он тебя так сильно достал?
Семенов, не отвечая, курил. Быков отвел от него взгляд.
- Ну как знаешь.
Он постучал сигаретой по краю стекла, стряхивая пепел, и чертыхнулся: крупная капля, с шипением впитавшись в горящий кончик, погасила сигарету.
- Ладно, - бодро начал Быков, закурив вновь. - Ладно, тогда давай суммируем наши выводы. Мало ли, пригодится. Я первый. Итак, началось все с посылки. Ты обнаружил части трупа, понял, что Жук начал на тебя давить и решил линять на время из Москвы. Тут же на тебя покушаются трое варнаков под предводительством кавказца - хотели тебя прикончить на стройке, но не смогли. Нарвались, в общем. Ты их кончил сам. Они разъезжали на машине адвоката Сосницкого, у которого служит Кудрявцев. Кудрявцев, к тому же, пытается отбить у тебя Лизу и вообще проявляет повышенную активность, как мы выяснили. Ты находишь у убитых бандитов в записной книжке адрес казино "Московские зори", которым управляет мой бывший однокурсник по институту Королев или Король. У Короля ошивается и Жук, из-за которого вся эта канитель и завертелась. Жук имеет зуб на тебя и на меня, так как мы с тобой его отправили полтора года назад по этапу. Кроме того, как выяснилось, Королев знает, что твой высокий папа упрятал ихнего папу за решетку. Значит, и у Короля были причины тебя не любить.
Семенов повернул голову и посмотрел на Быкова, в такт словам дирижировавшего сигаретой. Он едва заметно усмехнулся, а Быков продолжал:
- Подытожим. Кто был заинтересован нанять тройку убийц, чтобы отправить твою чистую душу в мир другой этажности? - Быков захохотал при этих словах и тут же пояснил:
- Это я так шучу.
- Да уж я понял, - кивнул Семенов.
Быков тяжело заворочался в кресле водителя, поудобнее устраивая свое огромное тело.
- Продолжаю. Вопрос: кто был заинтересован в том, чтобы ухлопать тебя? Отвечаю: все. Жук, потому что ты участвовал в его деле (меня в счет не бери, обо мне речи пока нет), Король, потому что хотел отомстить за отца, даже Кудрявцев, потому что имеет виды на твою Лизку. Остается адвокат Сосницкий, который тоже мог быть заинтересован в твоем устранении, так как ты, естесственно, знал о его участии в деле твоего предка и старого Королева. Сосницкий как-то связан с Жуком, может только интересом к девочкам, и не хочет, чтобы приятели - Жук и Король - узнали о нем всё. Получается, куда ни плюнь везде могут быть заказчики. И ты уже, конечно, был бы трупом, если бы не один неучтенный всеми фактор, о котором они правда, могли и не знать: твое проклятое везенье. Я вот, честно говоря, думал, что это все случайность, ну, все эти твои штучки. И в школе думал, и потом. Только когда нас Жук прошлый раз запер в сауне у себя на даче и стал температурку поднимать, а помощи ждать было неоткуда, и я был уверен, что всё, отгулял Сережа Быков - обидно было, помнишь? - вот тогда поверил.
Семенов молча изучал распалившегося от воспоминаний Быкова.
А тот был весь в прошлом.
- У меня уже кожа полезла, уши от жара в трубочку свернулись - кричи не кричи, только Жуку удовольствие, - как вдруг - на тебе! - котел у него взорвался, электричество кончилось, вся его электроника полетела, а ещё и замки разом отказали: двери настежь. Помнишь, у него всё было на компьютер завязано? Ведь чепуха, случайность, везде может случится, а меня осенило. Нет, думаю, чего упираться? Одним одно, другим - другое. А третьим - всё. Вот тебе всё с рождения и до сих пор дается. Надо либо это принять, либо помереть от социалистического негодования: как же это так - неравенство практикуется самой Природой! В общем, Жук тогда проиграл. И сейчас проиграл. И Королев проиграл - я был уверен. А Кудрявцев вообще не та лошадь, чтобы на него ставить. Кудрявцев достаточно умен и достаточно осторожен, чтобы самому связываться с какой-нибудь группировкой: завязнешь. Сосницкий? Этот может. Но он, кажется, уже почил. Честно говоря, если бы не этот номерок телефона, я бы предложил отвести тебя домой, в постельку, баиньки, отсыпаться.
- Ты тоже сразу узнал? - спросил Семенов.
- Да нет. Почти, но не сразу. Думал, что-то знакомое, где-то видел этот номер. И совсем недавно. И бац! - осенило. Я же тебе его сегодня привез. Это же телефон Сосницкого, его особняк. Ну думаю, круг замкнулся. А ты что думаешь?
- Не знаю. Но съездить надо. Во вском случае, мы их врасплох застанем. Я был уверен, что Сосницкого грохнули. Его племянница сказала, что он уехал из Москвы в командировку. Хотя что это за командировка?..
- Одно другому не мешает: могли и в командировке грохнуть. Ладно, приедем-узнаем, - сказал Семенов.
Он подумал, что все остальные детали, отмеченные им сегодня, вряд ли имеют отношение к тому делу, вернее, к той конкретной вещи, что заставила их всю ночь проблуждать в этой расцвеченной мишурой тьме. Все остальные детали интересны, конечно, и придет время, к ним обязательно необходимо будет вернуться. Но это потом. Сейчас все конкретно обнажено, и это-то и следует прояснить.
- Поедем, - Быков выбросил окурок в окошко и завел мотор. - Поедем, разберемся и - спать. Хотя и спать особенно не хочется.
ГЛАВА 25
ХИЩНИЦА
Дождь полил сильнее, точно кто-то вдруг наклонил небо. "Дворники" на лобовом стекле заработали шибче, сохраняя окно в мир. Капли на боковых стеклах задрожали и вдруг, без всякого предупреждения, слились в изломанные косы. Один из двух ближайших людей-дворников взял метлу под мышку и ушел под козырек подъезда, а второй размеренно, словно механизм (которым, может уже и стал), продолжал мести.
Быков вывел "Форд" из арки дома, а когда сворачивали на шоссе вдруг ливень перестал. Лобовое стекло сразу очистилось, а с боков капли скоро сдуло. Уличные фонари продолжали пылать изнутри бледносалатным, уже ничего не освещающим светом. Семенов подумал, что до сих пор не удосужился узнать - всегда периферийно интересуясь - кто управляет рубильником уличного освещения: одушевленный ли разум или рефлекс фотоэлемента? Наверное, узнать не дано. И как всякая загадка, не требующая немедленного решения, эта задача будет, наверное, многие годы всплывать такими вот бессонными утрами или ночами... Почему он не поднял вопрос о том, что Быков теперь является единственным владельцем казино "Московские зори" и, значит, его участие в этом ночном безумстве было мягко говоря небескорыстным? Не мог же он не узнать номер телефона казино, который был найден в записной книжке умершего боевика напротив фамилии Жука?
Пользуясь относительной безлюдностью утра, дорогу им перебежала дворняга из той крупной беспородной породы, что в последине годы явилась результатом адюльтера: вывезенные из-за границы производители бросались по дворам в омут свободной любви с разными там русскими дворнягами. Пес, перебегавший дорогу был статью и поросячьими завитушками чисто ирландский волкодав, а пего-рыжим окрасом подкачал; скользнул впереди быстрой тенью и исчез, конечно, навсегда.